Войти
Войти
 

Регистрация

Уже есть аккаунт?
Полная версия Пикабу
Любые посты за всё время, сначала свежие, с любым рейтингом

поиск...

Чума в цветах

в
Чума в цветах Полимерная глина, Крипота, Чума, Цветы, Кровь
Чума в цветах Полимерная глина, Крипота, Чума, Цветы, Кровь
  •  
  • 41
  •  

Депутаты отжали кровь

Депутаты отжали кровь Депутаты, Кровь, Доноры крови, Новосибирск

С каждого донора по 260 литров. За кружку.

  •  
  • 1756
  •  

Сегодня всё было хорошо ( часть 2 )

в

Начало - https://pikabu.ru/story/segodnya_vsyo_byilo_khorosho_chast_1...



Утро пятницы.


Я читал раз за разом эту ужасную строчку, но никак не мог осознать всё, что там было написано.

Как так? Почему? Сама эта надпись казалась нелепой, будто оставленная в насмешку.

До сих пор, я ко всему относился достаточно легкомысленно. Меня постоянно мучило любопытство, как это работает и что меня ждёт завтра, да и только. Такого ожидать я никак не мог...


По спине пробежали мурашки. Я почувствовал небольшую слабость в теле. В не себя от злости, я закрыл файл и тут же удалил его, понимая что это не поможет. Очистил корзину. В течении десяти минут установил несколько антивирусников.

Ещё во вторник хотел сделать это, но всё никак не доходили руки. Включил проверку на всех. Ещё и свои программы запустил. Комп начал подвисать, не справляясь с таким объёмом работы.


А если я перепишу файл? Напечатаю, что всё обошлось?

Головой я понимал, что всё это чушь. Уже пройденный этап - файл "крепкий орешек" Такой фигнёй его не возьмёшь, но нужно было хоть что-то сделать для успокоения. Я не мог сидеть и, вскочив, зашагал по комнате туда-сюда. В голове кольнуло резкой болью.


Твою мать! Успокоился, блин. Надо позвонить Ире. Я схватил телефон и тут же задумался. А что я ей скажу? Я так и не рассказал про эту хрень, да и она не поверила бы. Сообщи мне кто-нибудь такую историю... Я засмеял бы этого человека. Это же дичка полная.

Всё-равно набрал. Услышать голос. Мучительно долго гудки действуют на нервы. Теперь я понимаю людей, которые не могут дозвониться до нужного им человека.


— Да? — весело отозвалась Ира.

— Ты где? — я расслабленно выдохнул. Живая! Пара антивирусников показывали, что ничего вредного в системе нет. Кто бы сомневался.

— Отдыхаю дома, — ответила она. На фоне играла музыка и еле слышные шуршания. — Ну как отдыхаю... Еду готовлю, салатик режу. Вспоминаю про тебя нецензурными словами. Даже говорить не хотела.

— Ага, ты молодец, что передумала, — я замялся, не зная, как продолжить разговор. — Хочешь заскочу к тебе?

— А ты не промах, — засмеялась девушка. — На халявную хавку рот разинул. Или снова извиняться?

— Я тебя увидеть хочу. Честно.

— Я шучу, дурачок. Салатом я поделюсь. Так уж и быть.

— Ты это... не выходи только никуда, пока я не приеду, — сказал я, ожидая вопросов.

Они не заставили себя ждать.

— А что такого? — Ира удивлённо задышала в трубку, прислонив телефон поближе. — Опять ты какой-то загадочный.

— Я такой, да. Но дождись меня, я быстро.

— А вы умеете убеждать молодой человек. Постараюсь. И не разочаруйте меня.

— Хорошо, я тоже постараюсь. Минут через сорок буду.


Я положил телефон на стол и стал собираться. Нужно успеть как можно быстрее. Уложиться в более короткие сроки.

Блин, как же это глупо выглядит со стороны. Несусь к девушке, из-за того, что мне написано в файле. Обычном, мать его, файле! Что я буду делать когда приеду? Останусь до завтра? Скорее всего - это лучший вариант.


Я вызвал такси, чтобы быстрее доехать. Непонятная тревога разливалась по всему организму. Так ли точна информация, появляющаяся в файле? До этого были достаточно мелкие события, связанные только лично со мной. Ну да, а Ира, типа, нихрена не значит для меня...



Расплатившись, я вышел у дома. Набрал номер квартиры по домофону. Никто не отвечал. Что за...?

Опять началось волнение. Мурашки ходили волнами от всего этого. Вытащив телефон, я только с третьего раза попал по номеру Иры.


— Я у дома, — как только девушка сняла трубку, я перебил её.

— Быстрый какой. Я сейчас подойду.

— Какой подойду! Я же сказал быть дома - это так сложно?!

— Во-первых, не ори. А во-вторых, мне с работы подруга звонила - кое-что забрать у неё. Не буду же я говорить, что мне "запретили" выходить. Ещё вспомнила, что майонеза и хлеба нет. Я же не знала, что ты так резво приедешь.

— Ты скоро подойдёшь?

— Уже почти. Вижу твоё глупое лицо. Сделай его попроще и люди потянутся.


Я прищурился и увидел Иру, через пару домов. Она помахала мне рукой, всё ещё что-то говоря в трубку. Но я не слушал. Заметил тачку, резко вынырнувшую из-за поворота. Ира её не видела, продолжая щебетать.

Я громко закричал. Машина, не сбавляя ход, неслась прямо на неё...


В последнюю секунду вильнула и объехала девушку, часто сигналя. Ира что-то крикнула вслед безумному водителю. Я подбежал к ней. Её немного потрясывало.

— Всё нормально? — я крепко обнял девушку. Почувствовал колотящееся сердце.

— Идиот какой-то! — не смотря на состояние, злости её не было предела. — Понакупят прав, уроды!

— Главное, ты цела, — может всё и обойдётся? Какая-то ошибка в предсказанном сегодня.

— Не узнаю я тебя, — она заглянула мне в глаза. Было видно, как ей всё-таки страшно. — Я хочу тебе кое-что рассказать... Надо было раньше...Но...

— Давай зайдём домой сначала, — я, перебил её и повёл к дому, обняв за плечи. Другой рукой она цепко ухватилась за мою. Похрен, всё ей выложу, как есть! Как бы это глупо не звучало. Хватит секретов.


Мы дошли до подъезда. Ира повернулась ко мне, доставая ключи из сумочки. Спросила, но я не расслышал что.

Шум сбоку привлёк моё внимание. Я отвлёкся на секунду...


Раздался неприятный хруст. Так хрустят пальцы, только в несколько раз громче и неприятней. Мне на щёку брызнули капли. Я недоумённо повернулся и стёр их ладонью...



Уже сильно стемнело, а я никак не мог заставить себя зайти в дом. В свою квартиру. Сидел на лавке неподалеку и глушил виски с горла, хренов мажор.

Телефон одно время разрывался от звонков и я его тупо отключил. Ничего не хотелось. Только нажраться и забыться.


Перед глазами до сих пор маячила ужасная картина - кирпич пробивает Ире голову с тошнотворным звуком, забрызгав мне лицо кровью. Она падает на асфальт, тело изгибается под немыслимыми углами, чуть не сбивая меня с ног. Она пытается что-то сказать, но из горла у неё только мерзко булькает. Этот звук из памяти не выбьет никакой алкоголь...Я в это время просто стою и смотрю, охваченный ужасом.

Потом девушка замирает, только потихоньку расширяется лужа крови, вытекающая из головы. Точнее от грубого подобия головы. Остекленевшие красные глаза смотрят на меня. Рот, по-дурацкому, приоткрыт, будто смеясь надо мной. Остальное лицо всё в крови. И голова. Расколотая как орех.


Я истерически засмеялся, чуть не подавившись алкоголем. Вместо головы Ирки - орех. Или кокос. Вот умора-то. Ахаха. Может и вместо безобразной мешанины мозгов я видел какое-нибудь желе?


Я всё ещё чувствовал эти мерзкие капли у себя на лице, хотя давно их оттёр. Так и не решился наклониться к Ире поближе. Наоборот, отошёл подальше, ошарашенно сев, прямо на землю. Достал телефон и замер, не зная, что делать дальше.

Так бы наверное и сидел ещё неизвестно сколько времени, но проходящие мимо люди вызвали и скорую, и ментов...


Через полчаса, может меньше, менты проверили крышу. В месте, откуда выпал кирпич, действительно всё держалось на соплях. На честном слове. Вообще счастье, что не обвалилось больше. Вытащили самые неблагонадёжные, от греха подальше. Сказали, что не сегодня - завтра такое могло произойти с любым человеком. Но не повезло Ире...

Несчастный случай. Но я знал, что это не так.


Меня мурыжили ещё около часа, будто не видя моё состояние. Плюс звонки её родителей... Не помню, как я отвечал её матери, что случилось с их дочерью. Наконец меня отпустили, сочувственно похлопав по плечу. Типа, крепись, друг.

На меня, ещё в отделении, навалилась апатия и безразличие. Какие-то вопросы, подписи, звонки... Хотелось просто тупо напиться. Чем я сейчас и занимался. Потихоньку глуша своё горе.


Я ведь только обрадовался этой непонятной штуковине, умеющей... А что этот файл может? Даже наоборот, что он НЕ может? Он предсказывает твои действия на сегодняшний день? Или сам меняет их? Этот кирпич предназначался только ей? Или её могла сбить и та машина? Или оборваться лифт?

Одни вопросы и нет ответов. И так каждый сраный день. Но сегодня мне они были нужны как никогда.


Я допил последний глоток и кинул бутылку в кусты. Открыл вторую.

Немного посидев, качаясь, всё же решился. Дошёл до подъезда, еле нашарив ключи в джинсах, всё ещё сохранивших несколько пятен крови. Да и рубашка наверное замызгана остатками. Её остатками...


У своей двери долго выбирал, каким ключом открывать. Завалился в коридор, кое-как закрыв за собой. Прошёл в комнату, натыкаясь на стены.

— Мразь! — непонятно кому, кое-как выговорил я и врезал ногой по системнику.

Затем не раздеваясь, свалился в беспамятстве на кровать.



* * *

Суббота


Разбудил меня звонок. Я что вчера включил телефон? Не помню такого. Я приподнялся и тут же застонал, рухнув назад. Телефон продолжал надрываться, заставляя меня всё больше мучаться.

Я поднял его с пола. Уставился на экран. Музыка прекратилась. Пропущенный от матери. Я решил пока не перезванивать. Быстро написал ей смс, что всё в порядке, хотя кого я обманываю, потом наберу, пообщаемся. С ошибками, но, надеюсь, она разберётся. После того, как я её отправил, телефон заорал снова. От одного из наших с Ирой общих знакомых.


С Ирой... Вчерашнее происшествие снова ярко встало перед глазами. Алкоголь хоть немного притупил это вечером, но сейчас... Я не мог смириться с её гибелью. Все эти кадры снова лезли в голову, заставляя сжимать кулаки. Я вырубил телефон. Не хочу ни с кем разговаривать.


Поднялся, кряхтя, как старый дед. Раньше такие дозы бухла мне были в норму. Сейчас ощущение, будто я литр самогона выпил. Еле сдерживаясь, пошёл до кухни, стараясь не смотреть в угол, где был компьютер. Как я его вчера не разбил, как смог сдержаться? Наверное просто уже не было сил.

Хотя я знал ответ почему...


Выпил воды, ополоснулся. Немного полегчало. Посмотрел на себя в зеркало. Ну и рожа. Осунувшийся и небритый, я будто постарел лет на десять. Дошёл обратно до комнаты.

Несколько минут я просто смотрел на комп, не решаясь сделать какое-нибудь действие. Шутки закончились ещё вчера. Это уже серьёзней некуда. Что если там про смерть моих близких, друзей? Или ещё хуже? Как тогда быть? Опять одни вопросы.

Или наоборот? Будет хорошая вещь. И жизнь вернётся в прежнее русло.

Ага. Что Ира живая и невредимая, а я вчера просто увидел не то...


Всё-таки любопытство пересилило меня. Я ХОТЕЛ, мучительно жаждал узнать, что ждёт меня сегодня, но при этом до дрожи боялся последствий. Как мышь, которая видит сыр, но при этом понимает, чем может для неё это закончиться. Или как наркоман, трясущийся от ломки и при этом знающий, что его это постепенно убивает, но ничего не может с собой поделать. С моим лицом второй вариант ближе к истине.


Так и головой можно поехать от этих мыслей. Я аккуратно подошёл, пока была решимость и включил комп, плюхаясь в кресло. Скрестил руки.

"Она погибла из-за тебя..." - шептал мозг - "Сейчас она была бы живой и невредимой, а теперь лежит в морге, обезображенная и холодная..."


Пока система запускалась, я никак не мог отделаться от мыслей, что это всё зря.

Высветился рабочий стол, на котором приковывал внимание один файл. Всё там же. Всё такое же название. Каждый день неизменно одно - этот чёртов файл. От этого тоже становилось не по себе.

"Сегодня всё было хорошо" Было хорошо, твою мать! Нихрена не было хорошего!

Я открыл файл. Прочёл, что там было написано. Вскочил, чуть не опрокинув кресло. Дёрнулся к сетевому фильтру и вырубил всё. Комп мгновенно затих. Ну и как? Рад до усрачки, что открыл его?!


В мозгу бьётся строчка "и я кого-то убил. Мне понравилось))"

Так и было. Со смеющимися скобками.

Страх пробирал меня. Страх и непонятность происходящего. С каждым днём становилось всё хуже и хуже. Но почему так?

Что теперь будет? Я буду вынужден кого-то убить? На меня накинутся, типа ограбления? Я убил человека или животное? Там же не было указано.


Мне не хватало воздуха. Я пытался успокоиться, но не получалось. Грудь судорожно ходила туда-сюда. Я вышел на балкон, в надежде, что там хоть немного полегчает. Ветерок обдувал разгорячённое лицо. Внизу копошились люди. Зелёные деревья раскинули ветви. На крыше чирикали птицы.

Ничего из этого не отвлекает. Все мысли возвращаются в эти проклятые строчки. Нельзя было стоять вот так, просто. Но при этом... что делать-то?


Выходить на улицу, да даже за дверь квартиры, нельзя в любом случае. Будут звонить соседи, дребезжать домофон - меня нет. С телефоном что? Так и оставить отключенным или вначале предупредить мать и несколько друзей, чтобы не докучали мне сегодня?

Вопросы, вопросы, вопросы... И хотя бы один сраный ответ.


Я вернулся в комнату. Тишина давила на нервы, но я не решался снова включать комп. Написал своим друзьям, чтобы не звонили мне. Что я хочу побыть один некоторое время. Отключил телефон, не дожидаясь ответов. Голова трещала, как от недельной пьянки. Я сожрал таблетки, какие смог вспомнить и завалился на кровать, мечтая, чтобы это всё оказалось сном. Чтобы я проснулся и всё было, как раньше - живая Ира, весёлый отдых с друзьями и никаких непонятных чёртовых файлов.



Из полузабытья меня вырвал звонок. Я повертел, ничего не соображающей, головой. Сколько времени прошло? И я же отключил телефон. Спустя секунд двадцать я понял, что это в дверь. Остался лежать, надеясь, что трезвон прекратится. Но он продолжал греметь у меня в ушах и, закипающем от этого шума, мозгу. Без остановки. Качаясь и матерясь, я дошёл до коридора.


— Кто? — выдавилось из моего пересохшего рта. Как же хочеться пить.

— Открывай, Сань, это я, — голос Димы.

Нахрена он припёрся?!

— Я же просил тебя не звонить мне, — просипел я.

— Дружище, тебе сейчас нужна поддержка, — сказал он. В глазок я увидел, как Дима переминается с ноги на ногу. — Не держи это всё в себе.

— Спасибо, но мне не нужна помощь, — отрезал я,прислонившись лбом к холодной двери. Как же хорошо!

— Скажи с тобой точно всё в порядке? Я волнуюсь чувак. И остальные тоже.

— Да! Да! Всё замечательно! — я дико заорал, не сдерживаясь. Закашлялся. — А теперь убирайся отсюда!


Это было грубо, но мне нужно было, как можно быстрее, чтобы Дима убрался отсюда. Как только он уйдёт, отключу ещё и дверной звонок. Нахрен всех!

Я увидел по лицу, что его это задело.

— Хорошо, но не пропадай, Сань, — он отвернулся, собираясь уходить.

Щёлкнул замок у меня под рукой...



— Мне больно, Саш, — прохрипела Ира, протягивая ко мне свои бледные руки. Её голова представляла ужасающее зрелище. Лицо всё залитое кровью, тёмно-красные глаза, от полопавшихся капилляров, трещина на голове почти рассекала лоб надвое и там что-то тошнотворно копошилось. — Почему ты не спас меня?

— Я...я не смог, — прошептал я, пятясь от неё. Нужно проснуться, сейчас же!

Она расхохоталась, нелепо дёргаясь. Засунула руку в свой раскрошившийся череп. Начала там шевелить пальцами, отчего по носу и губам стала стекать кашица гнилостного цвета.

— Оставайся со мной, — прорычала она. — Это будет твоя плата!

— Нет, нет...

Ира кинулась на меня, приблизившись рывком вплотную.

— Это твоя вина...

Собственный вопль нестерпимо зазвенел в моих ушах.



Я, закричал, открыв глаза. Сердце колотилось, будто в последний раз. Меня потрясывало, кулаки сжаты до боли в ладонях, голова дико болела, всё было, как в тумане. Я почувствовал слёзы на щеках. Поднял руку к лицу стереть их.


У меня нож... Окровавленный нож в руке. Я отбросил его, как какую-то мерзость. Нож отлетел к стиральной машинке. Я приподнялся. Нахожусь в ванной комнате. Уже что-то. Отдышавшись, резко поднялся, уцепившись за шкафчик. И заляпав его... кровью?

Судорожно дыша, я осмотрел себя. Руки в засохшей крови, одежда и пол тоже, ванна в красных разводах. Да что такое происходит со мной? Я не хочу так больше! Это же до сих пор сон?! С зеркала на меня пялился улыбающийся смайлик, нарисованный кровью. Я попытался его стереть, но ещё больше размазал по всему стеклу. Кое-как расчистил небольшой кусок.


Моё лицо было ненамного лучше всего остального. Какой-то зомби, недоевший мозги. Включил воду, пытаясь успокоиться. Вначале нужно отмыть себя. Нет... Вначале надо узнать...Надо узнать убил ли я Диму... Но всё равно ополоснул руки и лицо. Холодная вода чуточку помогла. Я, стараясь никуда не смотреть, вышел в коридор.


Пусто. Всё на тех же местах. Только на коврике у двери большое пятно. Я осторожно подошёл. Ручка и замок тоже в засохших следах заляпанных пальцев. Посмотрел в глазок.

Ничего.

Решившись, щёлкнул замком и вышел наружу. Тела нигде не было. Опасаясь соседей, я, крадучись, прошёлся по всему этажу, оглядывая все углы. Дошёл до мусорки. Тоже вроде всё в порядке. Это хорошо или плохо? Голова трещала и еле соображала. Как же мне хреново. От алкоголя никогда такого не было. Сейчас такое ощущение, что мне в мозги ввинчивают шурупы. Один за другим. Тупая и мучительная боль. Я поплёлся назад. Закрыл за собой дверь. Нашёл телефон, валяющийся у обуви.


Позвонить Диме? А что...что если он не возьмёт трубку? Эти мысли убивали меня. Как я убивал его...

Так! Хватит!

Я включил телефон. Куча пропущенных звонков - и от матери, и от родителей Иры, и от знакомых. Но мне нужно было узнать время. Я уставился на дисплей - два часа ночи.


Во сколько я пошёл говорить с Димой? Вспоминай, вспоминай! Часов 15-16 где-то, не больше. И что было дальше? А дальше охрененно длинный провал в памяти, в течение которого я, непонятно что творил. Это ещё больше угнетало меня.

Что со мной происходит? Это уже совсем за гранью...


Я схватился за голову. Меня захлёстывали эмоции. Эти два дня слишком сильно ударили по моей психике и состоянию в целом. Может я уже поехал кукушкой? И сейчас лежу, обсаженный лекарствами и привязанный к кровати. А Ира стоит и смотрит с укором на меня из-за двери...


Я истерично расхохотался. Похрен, если соседи услышат, на всё посрать! Их же нету. Это всё творится в моей голове. Смех перешёл в, так долго сдерживаемые, слёзы. Голова опять кружилась. Я привалился к двери в комнату. Доползти до постели уже нет сил. Я, навзрыд заплакал, скрючившись комочком, в коридоре. Провалился в спасительную темноту.



— Тебе понравилось убивать меня? — Дима чётко произносил слова, хотя глотка его была перерезана. Крови не было, только глубой разрез, почти до кости. — Признай это.

— Я этого не делал..., — у меня уже не было сил. — Отстаньте от меня.

Он картинно посмотрел по сторонам.

— Дружище, я тут один, — он хлопнул себя по голове, отчего она запрокинулась назад, обнажая разрубленные гортань и трахею. — Хотя нет... Сейчас Ирка подойдёт. Она хочет с тобой серьёзно поговорить. Про то, что ты даже толком не спрятал моё тело. Бездельник!

Я зажался в угол.

— Прекратите это! Я больше не хочу!

— А зря, — прохрипело сзади что-то, обдав смрадом изо рта. — Это ещё не самое интересное...



* * *

Воскресенье


Пробуждение было отвратным. Пульсирующая боль в голове никуда не делась, несмотя на принятые вчера таблетки. Даже стала сильнее.

Я дошёл до кухни, опрокинув чайник, стоящий на плите. Тот звонко задребезжал по полу, действуя мне на нервы. Я врезал по нему ногой, отчего сильно ушиб пальцы. Но хотя бы боль с одного места переползла на другое.


Похлебав воды с крана, я сумрачно дошёл до ванной комнаты. Полузакрыв глаза, разглядывал царящий там бардак пару минут. Надо прибраться здесь. Но это немного после. Собрал все силы, чтобы залезть в ванную, полную непонятно чьих кровавых следов. Смыл вначале всё из неё, поборов отвращение, потом свалился туда сам.


Я чувствовал себя лет на пятьдесят, не меньше. Вода шумела, постепенно наполняя ванную, а я в это время размышлял. Больше мне нечего было сделать. Если мне тупо разбить системник? Что тогда будет. Я же не буду знать, что сегодня меня ждёт. Да даже просто не буду его включать. И всё. Никаких ужасных вещей, написанных там, ничего не будет. Это же легко.


И почему я уверен, что убил вчера человека. Друга. Может это была кошка? Или большой кусок мяса. Разморозил, оттуда и кровь здесь. А что неплохой вариант. Кстати да, нужно проверить в морозилке, вдруг так и есть. Немного пришёл в себя, "откисая" в горячей воде. Кое-как вытерся. И принялся за уборку. Пока ещё оставались силы.



Вроде бы всё отмыл. Я ещё раз тщательно проверил каждый угол комнаты и коридора. Точно ничего не пропустил? Вполне возможно, что что-то и осталось.

Руки опять начало потрясывать. Желудок урчал, то ли требуя поесть, то ли выплеснуть остатки в унитаз. Я даже не помню ел ли я вчера. А в пятницу? Тоже нет.


Надо перекусить. Даже если не хочется. С трудом собравшись, я пошёл в магазин. По дороге встретил соседку. Она жалостливо посмотрела на меня, но ничего не сказала, только поздоровалась. Я вроде ответил ей. Или просто открыл рот.

Купив пельменей, а на большее меня не хватало, я заметил ещё взгляды нескольких покупателей и кассирши. Представляю, что они думают - заросший, осунувшийся и бледный урод с трясущимися руками. Небось, наркоман. Вот и сбылись разговоры бабок у подъезда.


Я криво ухмыльнулся в никуда, стараясь сдержать рвущийся наружу нервный смех. Чем, видимо, очень напряг девушку на кассе. Расплатившись и стараясь больше ни на кого не смотреть, я поплёлся домой.



Открыв дверь, я услышал скрип кресла. Что за...? Бросил пельмени на пол и кинулся в комнату.

За компом сидела мать. Обернулась на шум. Приветливо улыбнулась и тут же охнула, глядя на меня.

— Зачем ты приехала, — "накинулся" я на неё.

— А ты как думаешь, — она продолжала меня разглядывать, — ты на звонки не отвечаешь. Я волнуюсь, сынок.


Через её плечи я заметил кое-что. Подошёл поближе, уже всё понимая.

— Что ты наделала, — прошептал я, хватаясь за голову.

— Об этом, — она махнула рукой на экран, — я хотела с тобой поговорить особенно.

Она открыла файл! Крупным жирным шрифтом там было выведено... "и я покончил с собой"

— Я пришла повидать тебя, поддержать, раз ты сам позвать не можешь, фотографии свои на флешку скинуть, а тут это...Скажи мне, что это не правда, — умоляюще спросила она. — ты не настолько же одурел с горя?

— Это не то, что ты думаешь, — безжизненным голосом сказал я, привалившись к стене.

— А что мне думать, если после смерти Иры ты не отвечаешь на звонки?! — взъярилась она. — Ты себя видел? Покойники краше выглядят.


Она осеклась.

— Извини, — мать наконец-то поднялась и обняла меня. Я еле сдержался, чтобы опять не заплакать. Сколько же всего свалилось...Ни о чём думать не хотелось. Только стоять так.

— Хорошо хоть Дима сказал, что с тобой всё в порядке...Более менее.

— Диман? — я перебил её. —Он живой?

Она недоуменно посмотрела на меня.

— Да. А с чего ему не быть живым? Не пугай меня, Саш.

— Когда он звонил?

— Ну, это я ему звонила. Вчера вечером. Сказал, что приезжал к тебе... Но ты не ответил. Что это такое? — требовательно спросила она, показывая на монитор.

— Это шутка, — соврал я. — Специфическая. На почту прислали, а я и забыл удалить.

Было видно, что она не поверила мне.

— Я хочу остаться. Тебе точно не помешает помощь.

— Нет! — твёрдо сказал я, отстраняясь. — Ты не понимаешь. Мне нужно остаться одному.

— Я не верю. По тебе видно, что ты сам не свой.

— Вот поэтому я и не хочу никого видеть. Хочу побыть один. Собраться с мыслями.

— Дай, хоть что-нибудь приготовлю. Ты как-будто килограмм десять сбросил с того раза как я тебя видела.

— Мам, честно. Я завтра к тебе приеду и мы всё обсудим. Честно.

Она колебалась.

— Ты всё-равно что-то не договариваешь.

— Я просто не хочу сейчас ни с кем общаться. Пойми.


Кое-как выпроводив её, обещая, что только можно, я устало уселся на диван. Пельмени теперь подождут. Посмотрел на экран. Скрипя зубами поднялся и, стараясь держать себя в руках, завалился в кресло.


Вот и всё. Хотя, в принципе, я что-то такого и ожидал. Но не так быстро. Думал, что сраный файл помучает меня ещё немного. Я слишком быстро купился на весь этот бесплатный сыр. Я закрыл файл, опять заметив дёргающиеся пальцы. Это тоже неспроста. Такое ощущение, что из меня вытягиваются все силы. И началось это где-то в четверг-пятницу. С каждым днём даже думать всё тяжелее.


Меня ждало удивление, когда рядом со своим неизменным файлом я заметил ещё один. Вот это очень странно.


Файл назывался. "Сегодня всё БУДЕТ хорошо" И что это означает? Послать всё и разбить эту чёртову хрень? А что мне впринципе уже терять-то... Но рука потянулась сделать другое.

Я открыл его, напряжённо скрючившись в кресле. Надо выпить ещё таблеток. Иначе я кони двину. Хотя, может в этом и есть план. Заставить меня сожрать кучу таблеток и травануться ими.


Внутри продолжение - "и завтра тоже. Если я, как можно скорее, отправлю этот файл" И несколько имэйлов.


Вот так. Значит ли это, что файл мне тоже перекинулся по почте? Но я вроде все письма смотрю. Такое название я бы точно запомнил. Полез, удостовериться в своей правоте. Просмотрел всё, что мне приходило на той неделе. Ничего такого.

Минутку...А удалённые в корзине? Когда я последний раз туда заходил или чистил её? Что-то крутилось в голове. Я не мог ухватить эту мысль.


Вот оно...Это письмо. В воскресенье вечером. Когда у меня в гостях была Ира. И номер почты её. Значит, когда я отошёл на кухню, она открыла это письмо, а затем удалила его, чтобы я ничего не узнал. А дальше всё вот это... Она знала, догадывалась, как всё обернётся? Получается у неё тоже был такой файл, рассказывающий про сегодняшний день. Но она не выглядела испуганной все эти дни. Уставшей, разбитой. Наоборот, была весёлой и жизнерадостной.

Ну, я вначале тоже был всем доволен...Получается она сделала это не под страхом смерти, а как прикол, розыгрыш, думая, что всё это невинная шутка.


Возможно об этом она и хотела мне рассказать перед смертью, не знаю. Я об этом не задумывался в таком ключе. У меня теперь другие думки... Моя жизнь в обмен на жизни двух человек. Незнакомых людей. Хотя, почему незнакомых? Вдруг там почта приятеля, друга, родственника? Могу ли я перечеркнуть их жизни?


В каком-нибудь фильме или книге, герой бы долго мучался, терзал свою душу, размышляя о непростом поступке. О всех за и против своего решения.

Я был более самолюбив. И очень хотел жить. Если выпал такой шанс, им следует воспользоваться. И побыстрее, пока перестала трещать голова от постоянных волн боли.


Через несколько минут всё было сделано. Я поступил неправильно. Мерзко. Но боль прошла, сознание прояснилось.

Я свободен?

Я удалил все эти файлы, письмо, выключил комп. Куплю завтра новый.

Что-то щёлкнуло в голове...



Сознание прояснилось, будто я просто на секунду закрыл глаза. Но успокоения это не принесло.

Я одетый, был не дома, а стоял у дороги, недалеко от нашего подъезда. Я попытался пошевелиться, но ничего не вышло.

Ноги задвигались неуклюже, как у марионетки, которой я сейчас и являлся, в руках неловкого кукольника. Я раскрыл рот, но крик застрял в горле. Ещё шаг. И ещё.

Впереди замаячил грузовик.


Нет, нет, нет! Я пытался вернуть контроль, но всё было тщетно. Все мои потуги были смехотворными. "Но я же выполнил свою часть сделки!"

Я немного вышел на проезжую часть. Грузовик всё ближе...


Сзади раздался крик. Я обернулся. Там стоял парень моего возраста. И одна из соседок, доставшая телефон и пытающаяся куда-то позвонить.

— Не делай этого! — донеслось до меня.

Я криво ухмыльнулся ему, хотя в этот момент беззвучно орал, помахал рукой и сделал несколько быстрых шагов вперёд...



* * *

Понедельник


Аня допечатала предложение и нажала отправить. "Сегодня с Игорьком встречаюсь. Надеюсь всё будет хорошо)"

"Главное, не позволяй ему ничего такого. Помурыжь его ещё немного" - пришёл ответ от лучшей подруги.

Она отправила Маше пару смайлов. Свернула страницу, чтобы найти свою вчерашнюю фоточку. Надо её выложить побыстрее.


Взгляд наткнулся на странный файл, расположенный посередине рабочего стола.

Она недоверчиво присмотрелась. Чепуха какая-то. Вначале непонятное пустое письмо, теперь это. Аня хотела удалить файл, но любопытство пересилило её.


"Сегодня всё было хорошо..."

Щёлкнула открыть его. Это шутка такая? Или вирус?

"и Игорь подарил мне новенький Айфон"


Конец.

Показать полностью
  •  
  • 33
  •  

Кошки-мышки

в

Сколько себя помню, всегда любил играть в войнушки. В детстве я часами сидел на полу и играл в пластмассовых солдатиков, которых мне покупал отец. Я представлял, как они убивают друг друга из маленького оружия, простреливают друг другу головы и сердца. Представлял, как они падают на землю, задыхаясь в луже собственной крови. Тогда я играл в бога и мне это нравилось. Со временем я перешёл на компьютерные игры, где покупал оружие, бегал по локациям и расстреливал людей. Мне было недостаточно того, что они замертво падают на землю. Практически всегда я подходил к ним и делал ещё несколько выстрелов. И на моих устах отражалась улыбка.


***


Сейчас я тоже улыбался. Я стоял над бездыханным телом, которое лежало у моих ног. На улице стояла непроглядная ночь, в арке, в которой мы находились, не работали лампы. Лишь фонари на улице, где-то там, в нескольких метрах отсюда, освещали пустынные улицы. Я нагнулся и ещё несколько раз ударил мёртвое тело небольшим клинком. Это был мужчина лет сорока — короткая стрижка, квадратное лицо, небольшие морщинки и кровь… вытекающая изо рта. Все мои перчатки были в крови, его бежевое пальто тоже медленно становилось бордовым. Я запрокинул голову назад, расправил руки в стороны и запел тихую мелодию, которую я любил ещё в детстве. Это было что-то вроде небольшого ритуала. Я наслаждался этим моментом. Это был момент эйфории. Оставался лишь последний штрих. Я нагнулся и, взяв человека за голову, в несколько движений отрезал его ухо. Сувенир на память, которых у меня уже было очень и очень много.


Оказавшись дома, в своей обители, я кинул ухо в банку с формалином и поставил её на полку, к остальным экспонатам коллекции. Умывшись, я вошёл в свою комнату. Все стены были завешаны вырезками из газет, новостными лентами, статьями, написанными какими-нибудь офисными крысами. «Убийца, отрезающий своим жертвам уши», «опасный серийный маньяк, оставляющий сувениры на память» — гласили заголовки статей. В одной из свежих газет, валяющихся на столе, была ещё одна статья, новость из которой вот уже несколько дней не давала мне покоя. Все СМИ говорили о загадочном убийце, который отрезает своим жертвам языки. Был ли это мой подражатель или просто ещё один умник, решивший лишить меня «работы» — я не знал, но пообещал себе, что как только найду его, лично отрежу ему всё, что только можно.

Я открыл ноутбук и включил ту самую музыку. Я повернулся к стене с коллекцией и не отводил от неё взгляд. Из динамиков раздавалась ритмичная мелодия.

— Вы слышите? — спрашивал я их, — вы слышите это? Согласитесь, что это прекрасно?

Но мои жертвы, от которых здесь остались только уши, лишь молчали, продолжая плавать в формалине.

— Неужели вы не слышите этой прекрасной мелодии? — я танцевал, делал плавные движения из стороны в сторону, наслаждаясь этим моментом.

Я был счастлив.


***


Следующим вечером я ехал в метро, сев на сиденье у самого края. Напротив, в окне отражалось лицо обычного человека — такого же, каких десятки в этом поезде. Слегка растрёпанные волосы, уверенный взгляд, слабая, ехидная улыбка на губах. Никто из людей, сидящих рядом, не мог даже и предположить, что с ними в одном вагоне едет «тот самый психопат», режущий по ночам людей. Мы привыкли, что убийства происходят где-то там, далеко, в телевизоре, в сводке новостей, в другом городе. Но не здесь, не с тобой и не сейчас. С тобой априори не может случиться ничего плохого. Потому что ты примерный семьянин, образцовый работник и хороший друг. В твоём ограниченном мире нет маньяков, нет убийств, нет вообще ничего плохого.

Поток моих мыслей прерывает девушка, зашедшая в вагон. Она садится прямо напротив меня. Несмотря на то, что она была точно таким же обычным пассажиром, что-то не давало мне отвести от неё взгляд. На вид ей было лет двадцать пять. На ней была чёрная толстовка, которая была явно на два размера больше. Её русые волосы были собраны в хвост. Их локоны начали спадать на лицо, когда она наклонилась и начала читать книгу. По-моему, «Преступление и наказание» Достоевского. Ещё одно место, где спрятались убийцы и психопаты — это сюжеты книг, но никак не вагон метро. Но сегодня эта девушка встретится с настоящим психопатом лицом к лицу. Потому что я уже выбрал того, кого «съем» сегодня на ужин.


Я вышел на её станции и пошёл за ней, пытаясь не потерять её из виду. Когда мы вышли в город, на улицу уже опустилась ночь. Начал моросить мелкий дождь, который заставил её натянуть на голову чёрный капюшон. Я шёл за ней по многочисленным дворам, переулкам, мимо домов и закрытых магазинов. Пока… пока не потерял её после очередного поворота. Я огляделся вокруг — её не было нигде. По дороге справа проехало пару машин, слева стояли тихие домики, жители которых уже наверняка спали. Я побежал в соседний двор, как резкие, приглушённые звуки заставили меня остановиться. Я посмотрел за угол, и там, между домов, куда почти не попадал свет от фонарей и где никто не мог стать свидетелем, девушка прижимала к стене женщину и беспощадно била её ножом в живот. Я спрятался за домом, не поверив своим глазам. Жертва, которую я хотел убить, только что сама совершила убийство. Видимо, это я не готов был встретиться с убийцей лицом к лицу. Она словно была мной… только в женском обличии. Когда глухие удары прекратились, послышался едва тихий свист. Девушка насвистывала ту же самую мелодию, которую так любил я. «А вот это переходит уже все границы» — подумал я. Эта девчонка вторгается на мою территорию, отбирает мой хлеб и выполняет те же ритуалы, что и я. Через минуту свист прекратился.

Только я хотел вылезти из своего убежища, как эта девушка оказалась передо мной и приставила к моему горлу лезвие ножа.

— Теперь твоя очередь, — быстро сказала мне девушка, чье лицо скрывалось за тёмным капюшоном.


— Я смотрю, ты тоже в детстве любила играть в солдатиков, — улыбнувшись, сказал я, подняв руки в сдающейся позе.

— Что ты несёшь?! — спросила девушка, чуть крепче надавив на нож, с лезвия которого уже капала моя кровь.

— Я говорю, — медленно и спокойно произнёс я, — что ты, наверное, тоже любишь играть в бога. Вот только я с самого детства ненавижу проигрывать, — я схватил её руку с ножом двумя руками, резко отвёл её в сторону, повалил на землю и выбил нож из её руки. Теперь ситуацию контролировал я.

Я поднял девушку, схватил её сзади за горло и начал угрожать клинком.

— Поэтому, — громко и чётко сказал я ей на ухо, — нужно лучше разрабатывать свои стратегии и знать, на кого нападаешь.

Я приставил клинок к её уху.

— Читаешь новости? — спросил я, — слышала, наверное, про трупы с отрезанными ушами?

— Слышала, — хриплым голосом ответила она, — но если бы ты читал новости не только про себя, то заметил бы, наверное, ещё одну полосу. На которой говорилось про убийцу, отрезающего своим жертвам языки.

С этими словами она свободной рукой достала что-то из кармана и показала мне.

Даже несмотря на глубокую ночь и почти полное отсутствие света, я понял, что у неё в руке в маленьком пакетике, в который обычно складывают улики полицейские, лежал человеческий язык.


***


Сука. Мразь. Ненавижу. Эта наглая девчонка лезет на мою территорию и мешает спокойно работать. Не знаю, почему я не убил её прямо там, в переулке. Надо было сынициировать суицид и оставить записку от её лица, признавшись во всех убийствах. Следствию было бы меньше проблем, да и от меня отстали бы до первого убийства. Но теперь эта девушка сидит напротив меня в круглосуточном кафе и мило пьёт свой ещё не остывший кофе. Была бы моя воля, подсыпал бы в её кружку цианид. Но я решил, что она может ещё мне пригодиться, важно только понять, как её использовать.

— И большая у тебя коллекция? — спрашивает она, подняв на меня взгляд. Спрашивает так, будто мы сидим на самом обычном свидании и разговариваем о коллекции марок.

— Побольше твоей будет, — резко отвечаю я.

— Откуда ты знаешь?

— Ты дилетант. Ты не расчётлива, импульсивна, горяча, ты действуешь, следуя зову эмоций, а не разума. Если бы ты была чуть умней, я бы не смог тебя выследить и поймать.

— Начнём с того, что ты за мной и не следил. Ты просто выбрал себе идеальную жертву. Молодая, одинокая девушка, поздно возвращающаяся домой. Но ты и предположить не мог, что у твоего горла окажется нож.

Я не знал, что ей ответить, и молча сделал несколько глотков из своей кружки.

— Ну, и кто тут не расчётлив? — улыбнувшись улыбкой победителя, спросила она.

Чёрт подери. Почему она мне так нравилась? Нравилась не в плане любви, а в плане характера, философии, каких-то принципов. Я видел в ней себя десятилетней давности. У меня были те же искры в глазах, тот же огонь в груди, та же мысль о том, что мир принадлежит мне.

— Откуда ты знаешь эту мелодию, которую ты насвистывала? — спросил я.

— Не ты один любишь ритуалы, а мелодия не так непопулярна, как ты думаешь.

К нам подошёл официант и принёс десерты. Мы на минуту замолчали и продолжили, когда он удалился.

— У меня идея, — сказала она, облокотившись на спинку стула и посмотрев мне в глаза, — давай очистим этот город от серийных убийц.

Я чуть не подавился пирожным, после посмотрел на неё удивлённым и испуганным взглядом.

— Что?!

— Я говорю, что в этом городе слишком много мразей, которые убивают по ночам людей. Взять хотя бы нас с тобой. Ты отрезаешь уши, я — языки. У каждого свой фетиш. Кто-то насилует детей, избивает до смерти в глухих парках женщин, грабит, придумывает всё более изощрённые способы убийств. Почитай газеты и найдешь сотни заметок о нераскрытых делах.

— Ты из полиции? — улыбнувшись, спросил я.

— Ты издеваешься? Я лишь хочу, чтобы нам никто не мог помешать. Чтобы мы остались одни в этом городе, способные убивать, чтобы нас боялись.

— Нас?!

— Ну, я думала, что мы команда, — девушка улыбнулась.

Я призадумался. Это была действительно неплохая идея. Можно будет продолжать заниматься любимым делом, устраняя своих же конкурентов. А потом также тихо и спокойно убрать её из моей жизни. Останусь только я, моя музыка и кровь, льющаяся с улиц.

— По рукам, — ответил я, протянув ей руку, — кстати, как твоё имя?

— Ева, — сказала она, ответив на рукопожатие. Наверняка, это имя она придумала только что.

— Адам, — солгал я.

— В таком случае, ты платишь, Адам, — Ева улыбнулась, поднялась из-за стола и направилась к выходу.

— Завтра встречаемся здесь же, — бросил я ей вслед.


***


Ева пришла ближе к вечеру. Заказала себе всё тот же Капуччино и села напротив.

— Вот, смотри, — с этими словами она бросила на стол газету.

— И тебе добрый вечер, — улыбнулся я.

Взяв газету, я пробежался по ней глазами. Там говорилось о маньяке, который похищал, а потом жестоко пытал своих жертв. Почти год полиция не могла его поймать, в то время как всё больше людей не приходило вечером домой.

— И что? — хладнокровно спросил я, — ты хочешь его поймать?

— Да. И я даже догадываюсь, где он может провожать своих жертв в последний путь.

Я обратил внимание на её уверенный взгляд. На её идеальную причёску, собранные в хвост волосы, на два локона, которые падали ей на лицо. Прямо как тогда, в метро.

— И где же?

Она достала небольшую карту, развернула её на столе и ткнула в неё пальцем.

— Здесь. Заброшенное здание недалеко от города. Я там уже побывала. Если бы ты знал, сколько там глухих коридоров, разрушенных стен и комнат, в которых запросто можно убить человека, и он пролежит там несколько месяцев. Нам никто не сможет помешать, потому что в радиусе пары километров от него нет ни одной живой души.

— Допустим, и ты думаешь, что полиция до сих пор не знает про это место?

— Знает. Однажды там и нашли труп молодой девушки. Какой-то турист случайно нашёл это место, а уже через несколько минут звонил в полицию, трясясь от страха. — Ева сделала несколько глотков кофе. — Это было его первое убийство. После этого он каждый раз менял свои локации.

— Так, и? — спросил я.

— Тебя хоть раз тянуло на место своего первого преступления? Наверняка, ты считаешь это место чем-то вроде молельни, место, где ты нашёл себя.

Я вспомнил про своё первое убийство. В голове словно фрагменты видеофильма проигрался ролик. Это было в 15 лет. Я скинул собственного отца с крыши дома, когда мы вместе занимались ремонтом крыши. Уже не помню из-за чего именно, но он тогда накричал на меня, схватил за руку и что-то громко выкрикивал мне в лицо. Я разозлился на него, и, когда он был у края, со всей силы толкнул его в пропасть, в неизвестное. Всё списали на несчастный случай. Но тогда на крыше я смотрел вниз, смотрел на тело, истекающее кровью и не испытывал ничего, кроме внутреннего удовлетворения. А с магнитофона, стоящего рядом, играла та самая мелодия.

— Ты правда думаешь, что он объявится там? — скептически спросил я.

— Более того, я думаю, что он частенько там бывает, и сегодня именно тот день, когда он просто обязан быть там. Потому что ровно год назад он совершил своё первое убийство, — сказала Ева и подняла на меня полный энтузиазма взгляд.

— Ну, поехали, — согласился я, откинувшись на спинку сиденья, — если ты хочешь убить своё время ни на что — пожалуйста, — я уже представлял, как на этой заброшке скоро найдут ещё один труп. Труп Евы.


До места мы добирались на машине. Припарковавшись возле разрушенного здания, я вылез из машины, взял фонарик и направился внутрь. С каждым шагом на улице становилось всё темнее. Ева, пробираясь сквозь небольшие заросли кустов, шла за мной. Когда мы оказались там, пол словно был готов рассыпаться на части, провалиться вниз, оставив от нас лишь мёртвые тела. Мы забирались по ступенькам на крышу, освещая коридоры и любуясь надписями вроде «God is dead». С улицы не доносилось никаких звуков. Стояла полнейшая тишина. Не было ни намёка на то, что сейчас здесь находится маньяк, не считая, конечно, нас. Совсем скоро мы оказались на крыше. Вокруг — лишь пустырь и огни города, горящие где-то вдалеке. Мы находились на высоте восьмого этажа. «Идеальное место для убийства» — подумал я, рассматривая округу. Я медленно достал из пальто клинок, готовый повернуться и порезать Еву на куски.

Озлобленное лицо Евы, красный кирпич и резкая боль в виске — последнее, что я запомнил, перед тем, как погрузиться в темноту.


***


Я открыл глаза и увидел перед собой всё тот же пейзаж. Голова раскалывалась на части. Я сидел на неустойчивом стуле. Руки за спиной были крепко связаны, отчего запястья начинали скулить. Так же, как и ноги. Я увидел перед собой Еву, стоящую на фоне ослепительно белой луны и размахивающую моим же клинком.

— Проснулся? — ехидно спросила она.

— Твою мать, ты больная?! Отпусти меня! Какого хрена ты делаешь?! — кричал я, пытаясь освободиться. Но узлы на руках не давали мне этого сделать.

— Ты, — она ткнула клинком в мою сторону, — проиграл. Я знаю, ты и сам бы хотел убить меня, клинок был уже наготове, разве нет? — улыбнулась Ева.

— Сука! Если ты…

Ева не дала мне договорить, наступив ботинком между моих ног.

— Как же долго я пыталась тебя поймать, — сказала она, наклонившись к моему лицу, — это оказалось проще, чем я думала. У всех маньяков есть одна слабость, которая их рано или поздно погубит, — она отошла на шаг и начала расхаживать из стороны в сторону, — это — жажда славы. Они хотят, чтобы о них говорили. Чтобы заголовки газет пестрели их кличками, чтобы их боялись и уважали. И если кто-нибудь занимает их место — они словно маленькие дети обижаются и пытаются во что бы то ни стало вернуть себе славу. И чтобы поймать убийцу, нужно думать, как убийца, — она сделала акцент на этих словах.

Сука. Только не это. Серьезно, я как ребёнок попал в детскую ловушку. Но нужно было что-то делать, пока она не прикончила меня.

— Хочешь знать, как ты здесь оказался? Ты, подонок, — Ева остановилась и посмотрела мне в глаза, — убил моего брата, — она размахнулась и со всей силы заехала мне в челюсть. Я почувствовал вкус крови во рту, — я должна была встретиться с ним в тот день, но опаздывала на встречу. А когда пришла, не поверила своим глазам. Прямо передо мной моего брата резали на куски, а я ничего не могла с этим поделать. Я спряталась и пыталась не выдать себя, чтобы остаться живой. А потом я услышала эту мелодию, которую ты напевал. И с тех пор она застряла у меня в голове. Ну же! Что же ты?! Почему ты не поешь её сейчас, мразь?! — Ева опрокинула стул на котором я сидел и несколько раз ударила меня ногами.

Я откашлялся и попытался вспомнить то убийство. Но у меня ничего не вышло. Для меня мои жертвы были лишь безликими существами. Меня не волновал их заработок или семейное положение, не волновало — торопятся ли они на встречу или к ребёнку домой. Передо мной стояла цель и я следовал этой цели.

— Тогда я загорелась идеей отомстить. И, зная о ваших слабостях, сама стала убийцей. Я хотела, чтобы обо мне говорили, чтобы писали, а вы сами рано или поздно объявились бы, желая вернуть свою славу. Но я, в отличие от тебя, убивала таких же подонков, как ты. Я тренировалась на насильниках и маньяках, на ворах и педофилах. Я надеялась, что однажды найду и тебя. Тогда, в переулке, я не хотела тебя убивать. Ты стал свидетелем, как я убивала женщину, которая неделями избивала своих детей. Я хотела лишь припугнуть тебя, но, когда ты «шепнул» мне на ушко про то, что ты тот самый маньяк, я поняла, что сорвала джекпот.

Я чувствовал себя ребёнком, которого отчитывают за проступок. Захлёбываясь в собственной крови, я сам стал беспомощной жертвой, которых десятками убивал в переулках.

— И кстати, будь ты чуть умнее, обратил бы внимание на статью, которую я показывала тебе пару часов назад. Тот маньяк был Потрошителем и его поймали двадцать лет назад. У меня чудом сохранился этот выпуск, — спокойно сказала она, сев на корточки у моего лица. — Игра в кошки-мышки, окончена, «Адам», — передразнила Ева, — ты искусил запретный плод. И теперь поплатишься за это.

Я не видел её лица, лишь ноги, согнутые в коленях и яркую луну на небе, горящую где-то вдалеке.

— Это — за моего брата, — сказала она и в несколько движений отрезала мне ухо. Она положила его рядом, сделав финальный штрих.

Я кричал и корчился от боли, всё моё лицо заплыло в крови. Теперь я не видел практически ничего. Бордовая пелена застилала мне всё лицо.

— А это — сувенирчик для меня, — с этими словами она открыла мне рот, и я почувствовал привкус металла на языке, когда она зажала его плоскогубцами.

Я пытался сопротивляться и кричать, но всё было бесполезно.

— Больше ты никогда не сможешь петь свою дебильную песенку. Надеюсь, ты не умрёшь до приезда полиции. Я им позвонила и сказала, что сбежала из твоего дома, когда увидела уши в банках, и оставила координаты, где ты можешь находиться. Сколько же у них будут радости, когда они устроят обыск. Хочу, чтобы меня грела мысль о том, как тебя насилуют в тюрьме.


Ева уходила с крыши, довольная собой. И последнее, что я услышал перед тем, как провалиться в темноту — незамысловатая, ритмичная мелодия, затухающая всё больше с каждой секундой.

Кошки-мышки Текст, История, Рассказ, Маньяк, Убийство, Кровь, Длиннопост
Показать полностью 1
  •  
  • 32
  •  

Можно ли сдать кровь без утренних мучений?

Почему сдавать кровь зовут по утрам?


Врачам удобнее сравнивать анализы. В течение дня в крови изменяются соотношение эритроцитов, лейкоцитов и тромбоцитов и активность некоторых гормонов. Результаты одного и того же анализа, взятого у одного и того же человека утром и вечером, будут разными.


Чтобы избежать такой путаницы, государственные лаборатории договорились брать кровь по утрам, и врачи об этом знают. Так анализ, взятый у одного человека в одной лаборатории, можно сравнить с повторным анализом того же человека, взятым в другой лаборатории.



Лабораториям удобнее отправлять образцы крови на анализ. Точность анализа зависит от времени хранения образца крови. Например, если в образце нужно определить факторы свертываемости крови, а он будет храниться дольше 4–6 часов, то результаты будут недостоверными.


Лаборатории договорились о логистике: с 8 до 10 утра медсестры собирают кровь, а в 11 часов приезжают курьеры и отвозят образцы на анализ. Если анализ поступил до 12 часов дня, лаборант точно знает, что кровь не испортилась.

Показать полностью 2
  •  
  • 560
  •  

Пустой контейнер для крови похож на снежную вершину горы

Пустой контейнер для крови похож на снежную вершину горы
  •  
  • 849
  •  

В бой!

в

Девушки - воительницы...

В бой! Средневековье, Аниме, Красота, Жизнь, Кровь, Длиннопост
В бой! Средневековье, Аниме, Красота, Жизнь, Кровь, Длиннопост
Показать полностью 7
  •  
  • 29
  •  

Домашние любимцы: когда недомолвка может обойтись дорого

в

Чаще всего ветеринарная экспертиза исследует кошек и собак. Однажды клиенты обратились с такой ситуацией. Собаке при лечении поставили внутривенный катетер, закрепив его пластырем. Собака катетер разгрызла, после чего потеряла много крови. Сперва хозяева ничего не заметили и обратились в клинику лишь день спустя. После начались осложнения, которые и заставили хозяев собаки обратиться к нам. Мы взялись за экспертизу, и… По всем параметрам работа врачей выглядела профессиональной, а дальше по ходу исследования появилась любопытная информация…


А именно — у собаки была врожденная гемолитическая анемия, то есть постоянное падение эритроцитов, которое требует регулярных переливаний крови. Что в данной ситуации важно: первое переливание можно сделать у любого донора, а вот последующие уже обязательно с совмещением крови. При обращении в клинику хозяева о проведенном переливании умолчали. К счастью для собаки, до переливания в клинике не дошло, и животное выжило. Скрытие такого факта не могло не отразиться на заключении — хозяйка собаки дело проиграла.


Но на этом заказчица не успокоилась — она была возмущена тем, что выводы независимой экспертизы не совпали с её желаниями. К последним примешивалась значительная доля самоуверенности — её муж был офтальмологом. Она принялась искать учреждение, которое подтвердит её правоту и напишет нужное ей заключение — после посещения пяти-шести мест таковое нашлось. Проблема в том, что оно не смогло отстоять свою рецензию, и Краевой суд подтвердил решение суда первой инстанции. Напоследок хотелось бы сказать, что факт заказа независимой экспертизы вовсе не тождественен тому, что она подтвердит выводы заказчика по ситуации — на то она и независимая.

  •  
  • 77
  •  

Домашнее вино по рецепту из интернета

Домашнее вино по рецепту из интернета
  •  
  • 5699
  •  

Случай на станции скорой помощи

Подцепил я как-то клеща в походе за кислицей (горец альпийский).  Пришёл с отцом на станцию скорой помощи за инъекцией иммуноглобулина.  Сообщение по рации на пульт диспетчера:  "Мужчина ударил  другого мужчину в бок топором.  Нападавший задержан. Раненный скрылся в неизвестном направлении"  Смеялась даже диспетчер, а она и так многого на работе наслушалась.

  •  
  • 60
  •  

Трагикомедия.

в

История эта мне известна от лица обоих участников.
Приехала сестра как то в сад. Участок наш напротив дома сторожа находится, а между нашим участком и участком сторожа, тропинка проходит на другие участки. Сестра тогда в институте училась. Решила на природе к сессии готовиться. Дело было среди недели. Родители на работе.

СЕСТРА:
Рабочий день. Тишина. В садах почти никого нет. Пошла собрала клубники. Только началась ягода. Ароматная. Вкусная. Готовиться конечно надо, но вначале решила красоту навести. А что для этого надо? Правильно, сделать масочку на лицо. То, что не съела, размяла. Сметаны не нашла, с чем клубнику смешать. Решила, а ладно. И так сойдет. Наложила мякоть клубники на лицо. Вид мой был примерно такой:

Трагикомедия. Сестра, Сторож, Ягода, Лето, Кровь, Испуг, Маска для лица, Трагикомедия

Взяла конспект, устроилась на диване, лежу читаю. На улице жара, а в доме хорошо, прохладно. Приоткрыла шторы, а то они плотные. Темновато в комнате. Тут слышу за калиткой сторож зовет: " Хозяева, эй хозяева? Есть кто?" Ну вот, и здесь не дают спокойно заниматься. Про маску на лице и то что вид у меня с ней ещё тот, напрочь забыла.

СТОРОЖ:
Рабочий день. Народу в садах мало. Выглянул в окно, вроде как в доме напротив кто-то ходит. Странно. Хозяева с утра работают, дети в институте должны быть. Время - утро. Пойду ка лучше проверю, кто там ходит. Мало ли чего. К калитке близко не стал подходить. Остался на пригорке. Так лучше и дом и двор и крыльцо видно. Позвал хозяев. Открывается дверь, выходит какая-то девица на крыльцо. Лицо всё в крови. Мне аж плохо стало и сердце скололо. Кто ж её родимую так?

- Лена? Ты?
- Здравствуйте дядя Федя. Я.
- Что случилось?
- Ничего. Всё нормально. Вот конспект приехала почитать. К экзамену готовлюсь. Вам плохо? За сердце держитесь и бледный какой-то.
- Ты скажи, что с тобой? На тебя напали?
- С чего вы взяли? Всё нормально.
- А лицо почему в крови?
- А, это? Это маска питательная из клубники. Чтоб лицо гладкое и красивое было.
- Тьфу ты. А я уж думал на тебя напал кто, пока от остановки до сада шла. Как же ты меня напугала! Издали натурально, как кровь смотрится. У меня аж сердце в пятки ухнуло...
Сторож потом долго эту историю вспоминал. А при виде сестры, каждый раз спрашивал:
- А сегодня ты маску будешь делать? Ты это, заранее предупреди. А то опять чего померещится...

P.S. Сестра моя. Значит и тег - "моё"
Фото взято с просторов интернета для наглядности. Чтоб примерно могли представить, как выглядела сестра.

Показать полностью
  •  
  • 59
  •  

Белорусская марафонщица залила всю форму кровью, перепутала дорогу перед финишем, но все равно выиграла

К титулу чемпионки Европы Ольга пришла через пот и кровь


На чемпионате Европы по легкой атлетике в Берлине Ольга Мазуренок взяла золото в марафонском беге, преодолев дистанцию за 2 часа и 26 минут. Но забег для Ольги получился не самым простым.


Жара, на этой неделе напавшая на Берлин, сменилась более-менее приятной температурой. Воскресным утром термометр в столице Германии показывал вполне комфортные + 21. Но, несмотря на это, у лидера сезона Ольги Мазуренок проблемы случились уже в начале гонки. После 30 минуты у спортсменки, которая с самого начала шла в лидерах, из носа пошла кровь.

Белорусская марафонщица залила всю форму кровью, перепутала дорогу перед финишем, но все равно выиграла Бег, Легкая атлетика, Происшествие, Спорт, Длиннопост, Кровь

Бывший шведский прыгун в высоту Линус Тернблуд во время трансляции на «Евроспорт» предположил, что все это может негативно сказаться на дыхании Мазуренок.


Она всячески пыталась остановить кровотечение – просто вытирала лицо салфетками и использовала их как тампон. На мгновение показалось, что белоруска может сойти с дистанции – кто знает, что произошло,– но справиться с кровотечением все-таки удалось, и белоруска продолжила бежать.


На последних километрах Ольга вместе с француженкой Клеман Кальвен серьезно оторвалась от преследовательниц. И здесь едва не произошло самое неожиданное. Сначала Мазуренок уверенно погасила попытку Кальвен выйти вперед, дав той полидировать несколько десятков метров, а на последнем повороте перепутала дорогу и едва не ушла с трассы. Ошибка Ольги и невнимательность судей, которые не успели вовремя сориентировать бегунью, едва не стоили ей золотой награды.

Белорусская марафонщица залила всю форму кровью, перепутала дорогу перед финишем, но все равно выиграла Бег, Легкая атлетика, Происшествие, Спорт, Длиннопост, Кровь

Но Ольга вновь догнала и опередила Кальвен, заняв первое место.

Белорусская марафонщица залила всю форму кровью, перепутала дорогу перед финишем, но все равно выиграла Бег, Легкая атлетика, Происшествие, Спорт, Длиннопост, Кровь

Оригинал

Показать полностью 3
  •  
  • 6458
  •  

Воспоминания мужа: "кровавая бойня"

в

В связи с тем, что в последнее время мы с мужем часто разговариваем про моё и его детство, спросила я у него про самый яркий день, который он запомнил. Далее от первого лица.


Самое яркое воспоминание, к сожалению, связано  с самым большим испугом. Я пришёл из школы, было мне лет 9-10, захожу во двор и вижу страшную картину. Наверное, детское сознание добавило немного жести к воспоминаниям, но я помню так: во дворе никого, абсолютная тишина и вся земля усыпана окровавленными тряпками, бумагой с кровавыми следами, везде красные лужи - всё было буквально залито кровью. Естественно, я испугался, воображение стало рисовать картину страшной расправы над всей моей семьёй.


Я сполз по забору вниз и, опустив голову на колени, обхватил её руками. Желание расплакаться сдерживали мысли о моей дальнейшей незавидной судьбе. Не знаю, сколько я так просидел, но меня окликнула вышедшая из дома бабушка. Я, не веря своему счастью, подбежал к ней, обнял и закричал что-то вроде: "бабушка, бабушка, ты жива, как хорошо, я так рад!", - и расплакался.

Дальше я не помню, как дело было, и что мне ответила бабушка.., наверное, она очень удивилась моей реакции)


Сам "момент истины" я не помню, ну, то есть, как меня успокаивали и объясняли, что произошло. Но на самом деле было так: папа с моим крёстным работали в гараже, крёстный чем-то распорол себе ногу, сильно распорол, после чего выбежал во двор и начал бегать из стороны в сторону.

Папа схватил охапку газет и тряпок и пытался остановить кровь, прикладывая их к ноге бегающего крёстного.

Увидев всё это из окна, мама побежала к соседу и попросила его отвезти их в травму, и все, кроме бабушки, уехали, а она как раз собиралась всё убрать.

Всё обошлось, крёстный по сей день жив и здоров.


Несколько дней я боялся уснуть, так как фантазия предлагала мне во сне всё новые и новые альтернативные версии случившегося.


Мама, кстати, настаивает, что крови было совсем немного, "луж" не было вовсе, тряпки и бумага были, но не так много)

Тем не менее, я до сих пор в деталях помню картину, которая может конкурировать со многими фильмами ужасов)

  •  
  • 1020
  •  

Я заберу её обратно. Я заберу её всю.

в
Я заберу её обратно. Я заберу её всю.
  •  
  • 1674
  •  

Дожить до рассвета ( часть 3 )

в

Начало - https://pikabu.ru/story/dozhit_do_rassveta__chast_1__6073642

Середина - https://pikabu.ru/story/dozhit_do_rassveta__chast_2__6075625


"Ну, хоть в чём-то я не ошибся - Влад действительно оказался первым. Правда, всё-равно, не так я всё рассчитывал"


Мысли, несмотря на обстановку, были спокойными и уравновешенными. Вот этот несчастный, недоверчиво ощупывает стрелу, торчащую в голове. Пялится на меня своей ужасной обезображенной мордой. Что-то прохрюкав, падает на землю и затихает. Из темноты, в десятке метров от нас, выходит маньяк. Громко кричит, но я не обращаю внимания. Стреляет ещё один раз и попадает Ане в колено. Та шипит и тянет ко мне руки, с удивительно длинными ногтями. Как я их раньше не замечал?


— Саш, помоги мне, — она умоляюще смотрит и хлопает ресницами. Я, как в бреду, хочу что-нибудь сделать, например, унести её на руках в безопасное место, но также быстро сознание отрезвляется. Делаю пару шагов назад.


— Ну, нахер! — я стремительно несусь к заветной двери внутрь. Больше некуда.

— Стооой, — визжит она мне вслед, — ты что не хочешь узнать мою историю? Как я стала такой? Про Влада?


— Как-то не очень.

— Да что ты за му...— голос обрывается.


Я оборачиваюсь. Мужик, подскочив к девушке, осыпает её каким-то белым порошком. От этого Аню начинает трясти. Она пытается заглянуть в глаза маньяку, наладить зрительный контакт. Поглаживает по ноге, поднимаясь всё выше.


— Я же хорошая, правда.

— Хорошая, плохая...главное у кого ружьё, — пафосно произносит он, выпятив грудь и смотря куда-то вдаль. Достаёт из-за спины небольшой обрез и сносит ей пол головы. Не глядя.


"Блин, было красиво, как не крути. Только мне трусы придётся менять"

— Парень, остановись! — требовательно говорит мне в спину мужик.

Я молча улепётываю внутрь. За собой слышу тяжёлое дыхание. Бежит, зараза! Я думал пойдёт медленно, как раньше.


В гостиной торчит, как столб, Серёга. Увидев меня, он быстро делает страдальческое лицо и идёт вперёд.

— Сань, мне плохо. Что-то происходит. Что-то внутри меня. Нехорошее...Я чувствую это...

Ага, заебись, хорошего я уже и не жду. Что же ты стоял всё это время. Как манекен или актёр, которому пришло время выйти на сцену.

— Не держи это в себе, братан, поешь свеклы, сходи в туалет, только отстань от меня.

Он, корчась, падает на пол, начав кататься по ковру.


В дом забежал маньяк. "Я от всего происходящего скоро сам тронусь рассудком!" У Серёги затрещали кости и стала удлиняться шея, как у сраного жирафа.


— Я так и знал, что не надо было трогать ту загадочную штуку, недалеко от дома, — из его спины лезут извивающиеся щупальца и какие-то лапы с клешнями, как у краба, но он продолжает говорить, быстро тараторя слова, будто боясь не успеть вывалить эту никчёмную информацию, — перед тем, как напугать тебя я приметил светящийся камень, который дымился и трещал, а из него лезли мелкие чёрные букашки. Ну я и потрогал его. А потом положил в карман и носил всё это время. Что же могло пойти не так?


Изо рта, разворотив всю челюсть, вместо языка, высунулась уменьшенная копия головы Серёги и продолжила что-то верещать шёпотом. Такой херни я даже в пьяном угаре не мог представить.


Блин, на эту адскую помесь Чужого и Нечто я не подписывался!


Я, с грохотом, пронёсся по коридору и ввалился в первую попавшуюся комнату. Запер её. Буквально через полминуты в неё заколотили.

— Слышь, парень, открой, а? — какой-то грубый бас раздался с другой стороны.

— Это кто? — я не сразу въехал, наморщив лоб и пытаясь вспомнить этот голос.

— Ды убийца я..., — заканючил он, — пусти, мне страшно...

— Ты совсем ёбу дал что ли? — я не мог поверить. — Иди нахер отсюда!

Маньяк засопел за дверью.

— Ты видел что там творится?! Открой, говорю!

— Я вас не звал. Идите на хуй! — моя голова просто разрывалась от иррациональности происходящего.

— У меня топор есть, — выдал убийца, — если не откроешь я разнесу дверь и убью тебя.

Не хватало мне ещё "А вот и Джонни" из Сияния!

— А если, типа, открою, то цветы подаришь?

Он замялся. Но нашёлся с ответом.

— Убью, но потом. А может и вообще не трону, ты вроде нормальный.

— Меня это не устраивает, — я решил закончить диалог, — пошёл вон, тварь дрожащая.

Маньяк, ещё немного подёргав ручку и поугрожав, захныкал. Раздались удаляющиеся шаги.


Я прислушался. Кто-то всё равно дышит рядом с дверью.

— Ты же не ушёл, мудила, я тебя слышу!

— Слушай, нам надо держаться вместе. Так больше шансов.


И не поспоришь, так -то. Вроде он, особо, и не пытался меня убить. В какой-то степени даже спас. Надо рискнуть, что ещё делать в такой ситуации.

— Хер с тобой, пролазь быстрее, — я приоткрыл дверь, впуская, возможно, свою погибель.

Он компактно протиснулся в ту щель, которую я оставил. Мы притаились, настороженно поглядывая друг на друга и прислушиваясь к творящемуся снаружи комнаты.


— Хочешь узнать мою историю? — нарушил тишину громким голосом маньяк.

— Мужик, ты жить не хочешь? Тут отвратная чупакабра ползает где-то по дому. Давай молча посидим несколько минут, а потом разойдёмся восвояси.

— Хорошо, — он заткнулся. Ненадолго. Нахмурил брови. Постарался чтобы отблески фонаря придали его серьёзному лицу какой-то загадочности. — Мы с братом охо...

— Бляяяя, — я схватился за голову и обречённо уткнулся в стену. "Пусть его сожрёт Серёга, я же многого не прошу."


Где-то сверху раздались вопли. Затряслась люстра, ради такого дела включившись и начав бешено мигать. Дом немного покачнулся, на голову посыпалась штукатурка.


Мужик бесстрашно оттолкнул меня и открыл дверь.

— Эта тварь пока-что далеко. Нам нужно быстрее наверх! Помочь!

— Ага, удачи, приятно было посидеть, послушать ахуительные истории, — я махнул рукой, прощаясь.

— Ты должен пойти со мной. Ты как-то связан со всем этим, я чувствую! — он силком вытянул меня в коридор. Я, наконец, выдернул свою руку из его хватки.Чтоб вас всех!

— Ладно, ладно, — я настороженно оглядывался по сторонам. Вдалеке, в темноте, где-то в гостиной, шумело существо, бывшее моим другом.— Только не ори и не свети фонариком. А то мы приманим эту штуку.


Мы аккуратно, как можно тише, подошли к лестнице. Луч фонаря, почти целиком закрытый рукой, давал минимум света, только для того, чтобы не грохнуться об ступеньки.

Шум приближался. Что-то завывало и рычало в дальней комнате, ближе к чердаку. Звучали непонятные гортанные слова, будто какая-то молитва.

Маньяк, хотя я теперь и не знал как его называть в сложившейся ситуации, ускорился и, невзирая на мои угрожающие попискивания, загрохотал сапогами по полу. Ну, теперь точно нас все услышат.


— Брат, я иду! — заорал он. Так ещё лучше. Просто супер интеллектуал.

Распахнул дверь. Перед глазами всё поплыло, как от удара по голове.


Практически идентичный мужик, в маске грабителя, с книгой в руках, монотонно зачитывает предложения на незнакомом языке, немного приплясывая.

На стенах различные символы, значения которых для меня непостижимы. Большой круг, посередине комнаты, из белого, немного светящегося в темноте вещества, наподобие того, что был на улице. В кругу мечется Наташа, с безумными красными глазами, в чёрном одеянии, растрёпанная, рот перекошен и, вообще, представляя собой пугающее зрелище. В который раз - что за пиздец тут творится?!


Будто все стандартные сюжеты фильмов ужасов перемешали в миксере и залили мне против воли в рот этот коктейль, смотря, откину я копыта или нет. Уже не только маньяки, но и инопланетянин, и зомби, а теперь ещё и ведьма. А Аня, исходя из логики и своего состояния на тот момент, была чем-то типа демона - суккуба или тварью из фильмов "Особь" и "Приманки", любительницей покушать переполненных спермотоксикозом парней.


Наташа, оправдывая мою догадку про ведьму, немного поднялась над землёй и принялась, завывая, как подбитый мессершмитт, нарезать круги. Но прибывший со мной мужик её быстро утихомирил, начав поливать из фляжки водой. Святая, наверное!


Она зарычала и упав, принялась ругаться, пытаясь дотянуться до нас пальцами, но натыкаясь на невидимый барьер, окружающий её.


— Я стала такой уже очень давно! Красоту мне дарует постоянное убийство красивых девушек и последующее купание в их крови. Я заключила договор...

— Сгинь, нечистая! — я тоже решил внести свою лепту и пытаясь перебить её, ибо уже настопиздели их предыстории. Пару раз перекрестил, хотя и неверующий, но мало ли, лишним не будет.

Мужики посмотрели на меня, как на ебанько. Даже Наташа замолчала и с интересом уставилась.

— Ты чё делаешь? — спросил один.

— Крещу типа, — пробормотал я, краснея от такого пристального внимания к своей скромной персоне, — вы ж святой водой её поливаете?


Вместо ответа он достал зажигалку и, чиркнув несколько раз, дождавшись небольшого огонька, медленно швырнул в Наташу. Та мгновенно заполыхала.

— Я же не успела ничего рассказааать! — завопила она и, пытаясь руками сбить пламя, начала судорожно носиться по комнате. Наконец, спустя минуту, упала в углу и затихла. Конец ведьме.


Не успел я хоть немного успокоиться и рационально пораскинуть мозгами, как нас опять потревожили. Я волей случая отошёл от двери, и когда она, хлопнув, развалилась на несколько кусков, меня всего-лишь отбросило в сторону, неплохо приложив об шкаф.


Существо забежало в комнату, безумно крутя вокруг себя руками и остальными частями тела. "Серёга" был похож на какую-то тефтелину с прилипшими к нему извивающимися макаронинами и клешнями краба.

Может мне просто сильно хотелось есть, но виделось это так. Желудок заурчал с такой силой, что "Серёга" повернулся на шум, отвлекаясь на меня. Его маленькая голова, торчащая изо рта, заулыбалась. Зрелище, скажу, на любителя. Ночные кошмары и мокрая простыня мне обеспечены, если я доживу до этого.


— Вот ты где! Я сожру тебя и ты станешь частью меня, — он потянулся своей тонкой тщедушной ручкой к лицу.

— Блин, братан, может не надо? — выпалил я, не подумав.

— Надо..., — он задумался, глаза на обеих головах затуманились, — не зря же мы тебя сюда привезли.


Больше размышлять ему не дали. Мини-огнемётами, сделанными из баллончиков и зажигалок, с двух сторон, братья опалили его. Видимо бензин закончился. Хотя баловаться с огнём, в комнате, наполненной легковоспламеняющимися парами, была та ещё затея.

Видимо огонь действовал на это существо очень болезненно. Всхлипнув, оно попыталось уползти, но не тут то было! Я, сам от себя такого не ожидая, загородил проход, получил по рёбрам и опять отлетел, только теперь в коридор. Воспользовавшись этой заминкой братья продолжили поливать его огнём со всех сторон. Тварь скорчилась и, наконец-то, тоже задымила и заполыхала.


Запахло хорошо прожаренной грудинкой. Меня опять сотрясли спазмы голода. До чего же вкусный запах! Монстр, будто прочитав в моём взгляде и стекающей слюне по подбородку, свою дальнейшую судьбу, шевеля щупальцами бросился в окно, расшвыряв всех по углам. Треск стекла, смачный шлепок об землю и тишина...


Я, кряхтя, встал и проковылял к разбитой раме. Высунулся, посветив вниз еле сохранившимся фонариком. Ночной холод пробрал до костей. Бесформенной кучей опалённого мяса валялась туша моего друга, подёргивая несколькими щупальцами. Всё ещё аппетитно, чёрт побери!


Я отвернулся и направился к шевелявшимся ребятам.

— Брат, я умираю, — страдальчески прошептал один из них, зажимая живот, — осталось немного.

Второй вскочил и вместе со мной встал рядом.

— Закончи это дело, Сэм. Парень тебе поможет...

— Хватит хернёй страдать, — я присел на корточки и бесцеремонно отодвинул его руки с раны... — да тут ничего и нет! Даже крови нет ни капли! Симулянт хренов.

Он недоверчиво уставился на живот.

— Блин, точно, — как-то печаленно склонил голову, — а я уже слышал ангельское пение и птички щебетали под ухом.

— Это живот мой урчит, — я отодвинулся, — он у меня очень музыкальный.


Мужик поднялся.

— Я Денис Калашников, — протянул мне руку, — можно просто Дэн. А это, — махнул на второго, — Семён, мой брат.

— Его сокращённо Сэмом зовут, да? Вы, типа, борцы с монстрами и охотники на сверхъестественное?

— Откуда ты знаешь? — он удивлённо уставился на меня, — мы разъезжаем по нашей необъятной родине на старом чёрном запорожце и ищем присутствие потусторонних существ. Уничтожаем их без устали и отпусков. Знал бы ты, сколько раз мы были на грани смерти и сколько раз воскрешали друг друга, продавая свои души налево и направо!

— Догадываюсь. А здесь какими судьбами?

— Чутьё, предвидение - называй как хочешь. Сэм заметил вас на заправке, решил проверить, так как место, куда вы направлялись, было очень опасным. Мы давно следили за ним - древняя земля, проклятая тысячу раз, как раз притягивает всякую мразь. Раньше уничтожить было нельзя... то есть некогда, — исправил сам себя Денис. — Сам понимаешь - остановить Апокалипсис, убить дьявола, спасти Землю, перевести бабушку через дорогу, короче, работы выше крыши. Ну, по итогу мы не ошиблись. Собралось каждой твари по паре, так сказать. Кроме тебя... Мы думали ты тоже относишься к ним. Радует, что хоть в чём-то ошиблись. Сэм предлагал отрезать тебе голову и посыпать солью. На всякий случай.

— Ммм, — я поперхнулся, — спасибо, обрадовали.

— Остался один и мы зачистим это место. А потом сожжём здесь всё дотла, давно надо было так сделать.

Я хотел сказать им откуда я, но передумал. Кто знает, что у них там в головах по сценарию прописано. Да я и не мог толком сформулировать свою сумасшедшую историю. Постоянное движение не давало мне и пяти минут на обдумывание сложившейся ситуации. Единственное, что я понял, это то, что сюжет действительно менялся на ходу, стирая предыдущие линии поведения персонажей и рисуя новые. А где я и что...

— Погодите, — я вспомнил кое-что, — Влад говорил, что в подвале тоже есть какая-то хрень.

Сэм подбоченился и горделиво задрал голову.


Мы вышли в разгромленный коридор. Порванные обои, ковёр в слизи и тёмных пятнах.

— Ну, осталось единственное место где может быть Игорь.— Я задумался и ткнул пальцем в лестницу ведущую на чердак. — Там обычно много всякой срани происходит - от нахождения древних трактатов по призывам демонов и до книги рецептов "100 способов варки говяжьего дошика на утро после пьянки"


Люк наверху затрясся и приглашающе открылся, нарушив тишину. Мы минуту молча пялились на него, не решаясь подойти. От напряжения затекла шея. Как же я устал...Чувствовал себя слабым, как котёнок. Надеюсь скоро всё закончится - хорошо или плохо, сложно сказать.


— Ну, что? Полезли, братцы?— я начал подниматься по грубо сколоченной лестнице. Блин, занозу подцепил! Теперь мне точно пиздец, в конце окажется, что она была ядовитая, и я превращусь в какую-нибудь образину с тремя куриными пупками на лбу.


Чердак был весь залит тёмно-красным светом. По сторонам стояли большие прожекторы и освещали каждый угол, превращая это место в солярий. Очень мрачный солярий. Я посмотрел на братьев, под таким светом наши лица и одежда казались все облиты кровью. Просто выходцы из ада.


Под ногами расположилась громадная пентаграмма, а вдали стоял гроб. Даже саркофаг. Тяжеленный, небось. Хрен знает, как он ещё не провалился вниз. Зрелищность в угоду реализму.


Крышка отлетела и перед нами в кружащейся пыли предстал Игорь. Я тут же зачихал и немного сбавил эффектное появление. Последняя битва...


— Никчёмные смертные! — с килотоннами пафоса произнёс он. В элегантной рубахе и чёрной накидке, весь прилизанный и надушённый, он походил не на вампира, а на модель из журнала "Гламурный пидарок". Одёрнул манжеты на рукавах, сбросил невидимую пушинку с плеча и продолжил. — Как вы посмели нарушить этот ритуал и, вдобавок, убить моих друзей!

— Я живой ещё.

— Ты просто жертва, глупое создание! — махнул он на меня рукой. — Ну, ничего, я всех вас прикончу и завершу начатое. Не зря мы столько выбирали время и место, разыгрывали этот спектакль.

— А что в итоге ты хочешь? — я заинтересовался. — Деньги и власть?

— Фи, дурак, — он скривился, будто ему пёрднули под нос, — это всё для низших форм жизни. Я хочу..., — он набрал в лёгкие побольше воздуха (хотя он же мёртвый, зачем ему дышать), и заорал, выпучив глаза и брызгая слюной, — уничтожить мир!!!


Мда, негусто. Надо продолжать говорить с ним. Ведь монолог главного злодея всегда длится минут пять, а то и дольше.За это время он должен выложить всё своё прошлое, все свои дальнейшие планы, ещё и про нас рассказать тёмные тайны.


— А потом что? Что дальше-то будешь делать? Ты ведь тоже погибнешь.

— Это всё вторично, — он отмахнулся, — вначале разберусь с этим, а после буду думать дальше. Хватит! Мне надоели разговоры.


Он сделал шаг. Протянул ко мне руки и оскалился. Блин, даже нормальных клыков не завезли. Крошечные клычки. Такими только у помидоров красную жидкость высасывать.

Рядом со мной свистнуло и ему в грудь прилетел колышек. Чпок! Игорь недоверчиво посмотрел вниз.

— Рубашку испортили...


Хлоп и разлетелся пылью по комнате и нашим лицам. Я опять громко чихнул и начал откашливаться, пытаясь вытравить эту хрень из запорошенного рта и носа.

Ну, ахуенно, чё. Я прямо разочаровался. Представлял себе охеренные повороты сюжета, бодрый экшон. Драку на мечах, визжащую полуголую красотку в цепях, которую нужно спасти; предсмертную речь злодея, в которой оказалось бы, что он мой сын, или я его мать, или всё вместе, не знаю как; горящий дом, горящий пердак, превозмогание и победа, а в итоге...хлоп и всё.

Денис пожал плечами - типа, извини, в другой раз.


Мы в гробовом молчании спустились вниз, вышли наружу. Начало вставать солнце.

Я всё-таки пережил эту ночь! Добрался до финала.


В ушах заиграла весёлая мелодия. Я даже обрадовался ей. но потом вспомнил. Ближе к самому концу процентов девяносто, что произойдёт что-то плохое! Недобитый монстр, появление его родственника, апокалипсис, начавшийся вопреки всему, или вскочивший чирей на щеке.


Братья, забыв про меня, радостные и довольные, пошли навстречу рассвету, обсуждая еле слышно какие-то свои дальнейшие переживания.

— Эй, ребята! — я попытался подбежать, но сил не было. Полное оцепенение. На мои крики они не обращали никакого внимания.


В кустах зашелестело. Из зарослей вылез Серёга. Весь обгорелый и ещё более уродливый, но живой. Тихо пополз за братьями, тоже не заметив меня.

Вокруг начало темнеть. Всё? Конец фильма?


Затемнение всё сильнее и...меня завертело и закрутило в воздухе.

Бам! Я очутился на земле.

"Ты неплохо справился, довольно интересно получилось...— раздался непонятный тихий голос в голове.— но ты забыл про сцену после титров. Задел на сиквел..."


* * *

Я открыл глаза. На меня угрожающе смотрел огурец в фуражке. Его криво прорезанный рот распахнулся. Мне в лицо дунуло рассолом.

— Употребляли что-нибудь?


Я идиотски заулыбался. Смешной какой. Стоит тут важный, с пупырышками на голове. Недавно вытащили наверно.


Я повертел головой. Вроде сознание отключилось всего на несколько секунд, а вокруг творится полная наркомания. С неба время от времени сыпятся ириски. Мимо прошла здоровенная тётка, волоча за собой на поводке сосиску. Обычную сосиску, но размером с бревно. Презрительно глянула на меня и ускорилась. Мне бы испугаться, но мозг похоже окончательно "завис".


Прискакал второй огурец. В отличие от первого видно, что свежий. Я удивился:

— А вы знаете, что напарник-то ваш - засоленный?

Огурцы переглянулись. Солёный весь подобрался и как-то скукожился.

— В каком смысле? Что вы имеет в виду?

— Не обращайте на меня внимания. Надеюсь, я тут долго не задержусь.

Они шёпотом обменялись несколькими фразами и свежий продолжил.

— Странные вы разговоры ведёте. Может всё-таки расскажете, как вы здесь оказались?


По зелёному небу пролетела, хохоча, гигантская голова с руками, махая ушами, как бабочка. Она подмигнула мне, типа - не ссы, Сань, прорвёмся. И кинула мне напоследок зигу...


Я расхохотался. Оглушительно заржал, раззявив рот, как пенсионеры на концертах Петросяна. Вытер выступившие слёзы.

"В какой же очередной пиздец я попал..."



P.S. Пока что это конец, есть наработки на следующую часть, но, думаю, что выйдет не скоро, так как хочу, чтобы получилось всё чики-пуки. И материал выходит очень неохотно) На данный момент пишется другой рассказ, в более мрачном стиле. Ну, и в юморном охота ещё попробоваться.


Всем спасибо за отзывы ( положительные и нет)), подписки и оценки.

Показать полностью
  •  
  • 94
  •  

Дожить до рассвета ( часть 2 )

в

Начало - https://pikabu.ru/story/dozhit_do_rassveta__chast_1__6073642



Немного помедлив, я опять распахнул дверь, высунувшись наружу. Не знаю, может ожидал, что погода снова станет относительно нормальной или увижу маньяка, крадущегося к дому, пока никто не видит. Его появление, конечно, было слишком пафосное. Гром, молния, исчезновение... Хотя такими вещами уже не запугать. Особенно если представить, что он просто, подгадав момент, спрятался за деревом и стоит такой лыбится, довольный произведённым эффектом. Ну и пусть мокнет под дождём, дурак!


Пока я размышлял у двери, из гостиной все пропали. Только пара свечей кое-как разгоняли мрак в большом помещении. Что же за неспокойная компания мне попалась. Зашибись!


Включился большой телевизор на стене, ослепив меня непривычно ярким светом.

Там какая-то хрень, закутанная в белый балахон, направлялась в мою сторону.

— Ну уж нет! — я подскочил и выключил его.

Он заискрился и опять заработал. Я выдернул розетку. Не помогло.

— Я ведь человек не гордый, могу и стулом переебать, — с угрозой в голосе сказал я в пустоту.

Экран обиженно хрюкнул и погас.


Зато задребезжал, непонятно откуда взявшийся, телефон на столе. Я посмотрел на номер, состоящий из одних шестёрок и взял трубку. Хуже уже не будет.

— Семь дней. Ты умрёшь через се...

— Да вы издеваетесь надо мной... — перебил я. — Вы ошиблись, у госдумы другой номер.


Я понял, что стоять смысла нет и, схватив одну из свечек, направился наверх, предварительно притащив вплотную к двери одно из кресел. Может немного, но задержит того, снаружи.


Вдруг цель этого идиотского сна, а я принял всё-таки это решение, что всё вокруг ненастоящее, в том, чтобы остаться в живых? Или сделать так, чтобы все добрались до финала? У меня, наконец, появилось время обдумать всё. На улице убийца, это точно, но что дальше? Он один или это какая-нибудь группа культистов, или семейка уродов - каннибалов? Если один, то обычный маньяк или бессмертный, типа Джейсона или Майерса? Может надо его раньше времени попробовать прибить? По идее, глядя на персонажей, должна выжить Аня, ну и завалить его по ходу дела. Последняя девушка.

Серёга под вопросом. Либо тоже остаётся относительно целым, либо умирает ближе к концу, спасая Аню от какой-нибудь хрени. Остальным точно пиздец. Только вот куда вписываюсь я?


Всё равно детали не стыкуются. Куклы, книги, духи. Такое ощущение, что "сценарий" правится на ходу. Кто-то решает по какому пути мы пойдём дальше. И кто в итоге будет противником.


Пока что здесь получается стандартный слэшер. Группа ребят, вдали от цивилизации, против непонятного убийцы. Хотя, видимо, были и другие варианты.


Слишком много всего понамешано... Голова трещит от всех этих непоняток. Но для начала надо собрать всех этих непутёвых оболтусов. Я всё ждал чьей-нибудь руки на плечо и музыки, оглушительно бахающей по ушам. Но всё было спокойно. Даже не выпрыгнул никто из темноты.


Поднявшись на второй этаж, я сунулся в первую попавшуюся дверь. Распахнув её, мне предстала интереснейшая картина - страстно целующиеся Аня с Серёгой. Уже без верхней одежды. А зайди я на минуту позже и без нижней бы остались!


— Студентики, что ж вы себя не бережёте-то?! — рявкнул я, закатив глаза. — Попросил же по- человечески свои пестики и тычинки оставить в штанах.

— Да у нас что-то вспыхнуло в головах, — растерянно сказал Серёга, быстро надевая рубашку и прикрывая Аню, — страсть обуяла...

— Знаю я, что там вспыхивает. И явно не в головах. Потушите пока свои огни, приберегите до финальных титров. Где остальные шароёбятся?


Пока они, стыдливо отводя глаза, одевались, снизу раздались голоса, зовущие нас. Мы спустились. Довольный Игорь и раскрасневшаяся Наташа, стоявшие у лестницы, наводили меня на печальные мысли. Вот они успели всё-таки. И главное - в полной тишине. Надо было вначале проверять первый этаж! Хотя... тогда на втором произошла бы подобная сцена. Что так, что так, полный бардак.


— Ну и что это значит?

— Мы это... на кухню сходили... вкусняшек попробовать, — Игорь смотрел на меня так, будто опасался, что я всё пойму.

— И как? — я закрыл глаза и покачал головой. Как же вас спасать, если вы сами лезете в петлю? — Вкусная ватрушка?

— Кислая немного, — Игорь рассматривал свои ноги, — зато мы фонарики нашли.


Не успел я вывалить на них ещё кучу претензий, как сверху раздался вопль, быстро сменившийся хрипением.


— Как мне надоело бегать туда-сюда, — пожаловался я в пустоту, — девушки стойте здесь. Прямо вот тут. Никуда не уходите! Понятно сказал?

— Мы не глупые, всё поняли, — ответила Аня.

— Серёг ты тоже останься, на всякий случай.

Он не стал возмущаться, судя по лицу, даже обрадовался.


Мы с Игорем поднялись наверх.

— Мне кажется это Влад кричал, — поделился со мной он, — похожий голос.

Я промолчал. Не стал раньше времени наводить панику. Хотя уже убрал со счетов Влада.

Неяркий свет выбивался из ванной комнаты. Мы, осторожно ступая, подкрались поближе.

Игорь подошел к двери, я встал за ним, свет фонаря освещал часть коридора и дверь, ведущую внутрь. Мы застыли на пороге, не решаясь пойти дальше.

— Ладно, открывай аккуратно, — прошептал я, глядя на посерьёзневшее лицо Игоря. Ему тоже стало не до шуток.

Тот сжал губы и толкнул её.


Влад, недвижимо, сидел на толчке. Изо рта что-то торчало. При более лучшем освещении, я понял, что это ёршик, вбитый ему почти полностью в глотку. Хотел такое орудие убийства — получите, распишитесь. Влад, немного накренившись набок, сполз вправо и упал на пол, напугав нас до усрачки.


Мы переглянулись с Игорем. За шумом в ушах и грохотом сердца, я только увидел его шевелящийся рот, пытающийся что-то сказать. Холодный воздух пронёсся по коридору, пройдя по нашим лицам и устремившись дальше.

Мы, не сговариваясь, помчались из комнаты. Подошвы скользили по полу, а звук моего дыхания, казалось, заглушал топот Игоря. Я потерял равновесие и упал, больно ударившись коленом, кое-как поднялся и рванул дальше. Мы кубарем скатились по ступеням и предстали перед остальными, потные и дрожащие от страха.


Если раньше, я как-то относился ко всему этому несерьёзно, то сейчас, вид мёртвого Влада, отрезвил меня. Я понял, что могу закончить так же. Мысли о том, что всё нереально, покинули голову. Что будет, если я окажусь на его месте? Всё это слишком похоже на настоящее, чтобы быть пьяными сновидениями.


— Что там случилось? — Наташа, видя наше состояние, пугливо переводила взгляд то на меня, то на Игоря, — что вы увидели?

— Звони ментам, срочно! — у Игоря слегка дрожал голос, но в целом он как-то быстро успокоился. — И валим отсюда!


Связи ни у кого не было. Я и забыл, что телефоны никогда не работают, когда начинает твориться какое-нибудь дерьмо. Закон жанра.


Игорь всё порывался выйти на улицу, к машине. Я еле удержал его. Уверен, что колёса спущены и бензин вылит на землю. Меня, как и Игоря, тоже начало накрывать спокойствием. Вроде бы и друга убили, но надо же и о себе думать. Решать дальнейшие проблемы.


Наконец-то, на возмущённые вопли девушек, мы им сказали правду. Что Влад мёртв, а я видел кого-то на улице. И сомневаюсь, что этот незваный гость электрик или сантехник. Наташа, под стать своей роли дурнушки, рванула наверх, увернувшись от руки Игоря, думая что мы её разыгрываем.

Моя злость на всю эту тупость, сменилась удивлением, даже сказал бы ахуем, когда в комнате не обнаружилось лежащего тела. Ни крови, ни следов.


— Быть такого не может, — прошептал Игорь, косясь на меня.

— Вы, балбесы! Зачем так пугать нас — ярилась Наташа, а Серёга согласно поддакивал.


Одна Аня тихо стояла в проёме. Прижав одну руку ко рту, она светила в потолок. Я обратил на это внимание, и проследив за её взглядом, хмыкнул. Что-то новенькое.


Пропажа трупа, в подобных сюжетах, не нова. И объясняется, примерно так же, как и сверхъестественная скорость убийцы. Типа пока герои рассуждают о жизни этой грешной, он, быстренько, выносит труп, может в бочке с кислотой растворяет, потом хватает швабру, тряпку и какой-нибудь "Мистер Пропер", и начинает уборку, напевая под нос весёлые песенки.

Но вот, когда на потолке остаются кровавые следы ног и рук, будто что-то выбежало из комнаты, забыв про гравитацию, это уже никуда не вписывается.


Я, как можно незаметнее, покачал головой Ане. Она умная девушка, поймёт, что поднимать лишнюю панику не нуж...


— Ааааа! Мы все умрём!!! — её лужёной глотке позавидовал бы солист любой металл-группы.

Все вздрогнули. Раздался громкий треск. Мы одновременно посмотрели на Серёгу.

— Чё вы вылупились, не я это!

— Это из другой комнаты, — поддержал его Игорь.


Мы гурьбой вышли и встали перед "шумящей" дверью. Мне в голову опять полезли мысли об исчезновении Влада. Пропало бы тело просто так. И думать не надо. Но следы на потолке рушат всю картину. Это уже не просто дурашливая резня студентов, а какой-то мистический триллер. И музыка в голове прекратилась. Хорошо это или плохо - я ещё не понял. Надоела уже эта суета и кутерьма. Что же сделать, чтобы вырваться отсюда?


Игорь приложил ухо к двери.

— Кажется я что-то слышу!

— Друган, не начинай, — я улыбнулся.

— Я серьёзно, там какие-то звуки есть.

— Я уверен, что когда мы зайдём, там будет пусто. Это такая хрень для нагнетания атмосферы. И потянуть время, — я, в свете фонарика, пристальней присмотрелся к самой дальней комнате, и стоявшей рядом лестнице на чердак, — чтобы убийца выскочил совсем из другого места. Вы доску для вызова духов наверху нашли?

— Да, — ответила Аня, — но какое это имеет отношение к творящемуся здесь? Хватит уже сказок про маньяков своих и убийц, вы с Игорем неплохо нас разыграли, признаю. Пусть Влад выходит уже, шутка чересчур затянулась.

И толкнула дверь.


Та стукнула в лоб какому-то здоровенному детине в шапке с прорезями, как у грабителя. Он, от неожиданности, выронил мачете приличных размеров на ковёр. На котором была краской начертана фигня, типа пентаграммы.

Народ, истошно визжа, как поросята на убой, увлекли меня за собой по коридору к лестнице. Сзади забухали шаги этой махины.


Всё должно быть по другому! Почему некоторые вещи — наподобие внешнего вида маньяка и его оружия ( мачете? ну, это несерьёзно ), прямиком из списка штампов фильмов ужасов, а другие, будто из других жанров прилепились.


Мы забежали на кухню. Ребята переводили дыхание, хотя пробежали мы совсем немного.

— Я говорил, что не нужно было сюда ехать, — заныл Серёга, кое-как отдышавшись, — у меня предчувствие было. И вещий сон. Я сказал, что это поездка в один конец!

— А я говорила, что дом пользуется дурной славой. Про него рассказывали, что он с привидениями! — вторила ему Наташа.

— И ещё тут кругом сумасшедшие дома, тюрьмы и психушки, — добавила Аня.

— А помните, нам на заправке, какой-то полуслепой дед, когда узнал куда мы едем, сказал, что мы повернули не туда в этой жизни, раз собрались отдыхать здесь?

— Так какого буя, мы сюда, в итоге, поехали?— Я не знал смеяться мне или охреневать от происходящего. — Раз столько всего понаговорили про это место нелицеприятного, может, и в самом деле, нужно было другое место искать для отдыха? Хотя... для чего я ищу ответы? Даже если перед домом висела бы табличка "вы не доживёте до утра" или "покайтесь перед смертью грешные шкуры" всё равно заселение это не испортило. Сраные законы жанра.

Все, немного задумавшись, ответили, что уехать назад было бы неинтересно. А табличку "вам всем пиздец", написанную красной краской прямо перед домом, Игорь успел выдернуть, прежде чем я её увидел.

— А сейчас, вообще заебись? Прямо чувствуется веселье и азарт?


Перебив меня, по коридору, по направлению к нам, раздались шаги.

— Эй, там есть кто-нибудь?! — вдруг заорала Наташа.

Я вздрогнул.

— Мы убежали от громадного ублюдка с грёбаным гигантским мачете, как думаешь, кто там ещё может шуметь?


Еле освещаемая фонариками, вдалеке, вышла эта махина, медленно направляясь к нам, чуть ли не прогулочным шагом. Блин, вроде бы коридор был раза в два короче. А сейчас такое ощущение, что он метров пятьсот длиной.


— Надо разделиться, ребята, — выдал замечательную идею Игорь. — Я бегу с Наташей, Аня с Серёгой, а ты один, Сань.

— Стопэ, стопэ, что это я один? Почему ни с кем нибудь из вас, третьим?

Игорь задумался. Взгляд затуманился.

— Так нельзя.

—Тьфу, блин, зачем я вообще ищу тут смысл. Разделяться ни в коем случае нельзя. После этого самая срань и начинается! Народ, здесь везде ножи и прочая утварь. Бля, да тут на столе бензопила лежит, — я махнул на неё рукой, показывая, что это не шутки. — Давайте вооружимся и отмудохаем этого маньяка всей толпой.

— Это неправильно. Он один, а нас много, — заметила Аня без тени усмешки.


Тот, будто бы почуяв, что речь о нём, ускорился. Я схватил первую попавшуюся сковородку и кинул в него. Удар пришёлся прямо в голову. Убийца, ругнувшись, свалился.

— Бежим! — завопила Наташа.

— Куда бежим? Щас я его добью, не очкуйте, — я взял нож, но не успел ничего сделать. Игорь с Серёгой вцепились в меня и, упирающегося, поволокли прочь от этого места.


Девушки немного отставали от нас в этой суматошной беготне.

Наташа обернулась, завизжала и споткнулась об невидимую кочку. Упала, горестно всхлипнув.


Ох, стоит юным несчастным девушкам побежать от мужика с мачете, как они превращаются тут же в калек, только что поднявшихся с унитаза, или отлежавших ноги во сне. И спотыкаются обо все, обо что только можно споткнуться, даже об пустоту, так как коридор был девственно чист. И, как можно одновременно бежать и повернув голову назад орать, что есть сил? Такое не каждому одержимому демоном по силам.


— Я помогу ей! — крикнул Игорь, замедлившись и направившись назад.

В ходе этой погони отстал и Серёга, крикнув, что он отвлечёт маньяка на себя. Какой герой!


Мы с Аней, в итоге, прибежали в гостиную. Она судорожно начала перебегать с одного места на другое.

— Саш, нужно выйти на улицу! Вдруг, машина всё-таки работает. Или связь появится.

— Я уверен, что нет. Это было бы слишком просто. Там нам будет только хуже. Хотя...


На открытых пространствах частенько и убивают маньяков. Больше места, больше вариативности событий. Наверняка, где-то в лесу, неподалёку, есть его дом или убежище, где будет более ясно с чем мы имеем дело.

Опять это сраное спокойствие! Все разбежались, всё идёт не по плану, ничего непонятно, но я расслаблен. И особо не переживаю за судьбу своих товарищей.

— Ладно, Ань, посмотрим что да как. Только тихо!


На улице было всё так же темно, но хотя бы дождь прекратился.

Машина, как я и предсказывал, была со спущенными колёсами. Но ещё и расписана такими же символами, как в комнате с убийцей. Рядом, на земле, я разглядел неяркое свечение. Подойдя поближе, стало заметно, что это какое-то белое вещество. Поводя по сторонам фонариком, я понял, что эта щедро насыпанная непонятная фигня, непрерывной линией устремилась по поверхности влево и вправо, чертя какой-то контур.


Аня приблизилась ко мне, обняв сзади.

— Мне страшно! Что это за чертовщина, сотри её, сейчас же! Это больной человек делал.

Мне было приятно её прикосновение, но оно чересчур затянулось. Особенно, когда она начала тереться об меня.

— Слушай, ты симпатичная девчонка, но вроде ты с Серёгой была, — я попытался отстраниться от неё.

— Мне он не нравится, я хотела тебя заставить ревновать хоть немного, — она задышала мне в затылок, а потом развернула к себе, — вдруг мы умрём скоро...

— Всё будет нормально! — я, наконец, через силу, отодвинулся от неё. — Все будут живы— здоровы. А сейчас не лучшее время и место для подобных разговоров.

— Но я хочу тебя прямо сейчас, болван! — она схватила меня за руку.


Все мысли и переживания улетучились у меня из головы. Я еле сдерживался, чтобы не накинуться на неё, срывая с себя джинсы. как школьник, впервые дорвавшийся до порнушки.


— Оставишь мне немного? — раздался голос сбоку.

Я посмотрел и остолбенел. Там стоял Влад, живой и невредимый.

Ну...относительно невредимый. Всё лицо было заляпано кровью и представляло собой месиво из ободранной кожи. В горле зияла дыра, из которой со свистом выходил голос при каждом выдохе. Половины зубов нет, как и верхней губы. Но он, как будто, не замечал своих увечий. Улыбнулся оставшимися и подмигнул, отчего его второй глаз немного вывалился наружу.


— Ну и нахрена ты вылез? — бросила ему Аня — Не мог потерпеть? Оставалось немного.


— После того, как меня укусила та херня из подвала, я постоянно хочу жрать, — шепеляво, прохрипел он, сыпя зубами на землю, — оставь мне мясо. Тебе оно всё-равно ни к чему. Особенно хочу попробовать его мозги. Мозгиии!!!


От этого слова он, будто, впал в экстаз, начав постоянно повторять его.

Заткнулся он только тогда, когда прилетевшая стрела воткнулась ему прямиком в глаз. Из темноты вышел тот детина из дома, но уже с арбалетом.


"Да что тут вообще происходит?!"


Продолжение следует.



Завершающая часть будет завтра

Показать полностью
  •  
  • 82
  •  

Дожить до рассвета ( часть 1 )

в

На экране девушка убегала по лесу, огибая кусты и перепрыгивая через коряги и брёвна, то тут то там высовывающиеся из земли. Не лес, блин, а полоса препятствий какая-то! Ещё и картинка вся трясётся немилосердно, будто оператор целый день на стройке перфоратором херачил стены, а теперь с трудом может стакан ко рту поднести, ничего не разлив, не говоря уж про камеру.


Жертва обернулась на громкий хруст ветки и пронзительно закричала. Какая же ужасная актёрская игра! Я поломанной ветке и то больше поверил.


Из темноты вышел здоровенный бугай, в маске, сшитой из волчьих жоп. Всегда веселило, что маньяк, еле-еле передвигаясь в кадре, всегда каким-то чудом догоняет свою жертву. Ещё и чаёк, небось, успевает попить между делом. Или ножик заточить. У этого, правда, не нож, а трезубец. Трезубец, ёпт! Я, когда увидел в первый раз, ржал, чуть не сдох. Типа мачете и топоры уже неинтересны, надо что-то поэкзотичней. Так скоро дойдём, что в ужастиках, будут убивать черпаками или ёршиками заострёнными.


В это время героиня, ранее, почти что в полной темноте, видевшая все преграды на пути, естественно спотыкается об гриб или муравья, падает и ползёт. Подняться и продолжить бежать нельзя, нужно ооооочень медленно ползти, хныча о нелёгкой судьбе и прося пощады.


Да, конечно, маньячила, выглядящий как сосед дядя Ваня, две недели беспробудно предававшийся размышлениям об устройстве вселенной и сущности бытия вместе со своим другом Самогонием, заросший, с красными глазюками и вонью, сбивающей с ног, убивший всех друзей, тебя-то пощадит. Так и вижу:

— Отпустите меня, я никому не скажу!

— Ну ладно, иди. Вот деньги на такси. Приезжай ещё.


Тьфу, блин, полная хрень. Потом появится недобитый герой, истекая литрами крови, спасёт девку, может помрёт сам, не от потери красной жидкости, а от осознания того, в какой срани он участвует, а девушка замочит маньяка, и пофиг, что он выше и сильнее её в 2 раза. Пизданёт ему в голову коробком спичек, тот ляхи вверх и задерёт. Только тапочки полетят в стороны. Хэппи энд!


Ну, либо маньяк окажется крепче и выживет, не смотря на десять тысяч выстрелов в голову, разрубания пополам и ядерного взрыва. И в самом конце выскочит из-за угла, из-под земли или из бардачка машины и грохнет эту визжащую шмару. Шаблонная чепуха.


Прям настроение даже упало. Хотел расслабиться, посмотреть ненапряжный фильм под пивко, а в итоге так раскритиковал его, что выбесило всё. Последнее время это часто происходит - глупый сюжет, глупые персонажи, одни и те же штампы каждый раз. Хоть что-нибудь новое придумали бы!

Я вырубил фильм. Попытался немного поиграть, но настроение было уже потеряно. Плюнул на всё, допил пиво и отключил комп. Немного поворочавшись, всё-таки уснул.


Из приятных сновидений меня вырвал женский крик. Я, от неожиданности, запутавшись в одеяле и толком ничего не понимая, чертыхаясь, свалился с кровати. Помянув всех матерей, кое-как выпутался и встал. Шум исходил от компьютера, на котором шёл фильм, хотя я точно помню, что выключал его. Подойдя поближе я уткнулся в монитор. Какая-то компания из двух девушек и стольких же ребят сидела в большой комнате, типа гостиной, и весело что-то обсуждала. Девушка упрекала парня в том, что он опрокинул на неё вино, а тот вяло объяснялся. Посмотрел на название— "Дожить до финала".


Я такое вообще не скачивал. Чушь полная. Я потянулся мышкой закрыть его. Ребята уставились на меня.

— Что так долго пропадаешь, Сань? — обратилась девчёнка. Плавный наезд камерой на её выпирающую грудь и невысохшую одежду, которая эту грудь очень качественно облепила.

Я недоверчиво оглядел по сторонам свою комнату. Что за ...?

— Ну что ты как вкопанный стал, давай за встречу, — махнул мне тот неуклюжий парень бутылкой пива.


Я отступил от стола. Помотал головой. Первый раз глюки словил. Такие реалистичные...Закрыл глаза. Открыл их...


И очутился рядом с этой компанией. Вцепился руками в большой диван. Ощупал его.

— Это сон... — прошептал я, — обычный сон.

— Сане больше не наливать. Что-то он совсем прибитый, — засмеялась Аня.

Аня? С какого хрена я знаю как её зовут?


Серёга сунул мне в руку бутылку. Она приятно холодила и я приложил её ко лбу. И на ощупь была очень правдоподобная. Я посмотрел по сторонам. В голове творилось непонятное. С каждой минутой добавлялась новая информация.


С одной стороны я понимал, что нахожусь непонятно где и непонятно с кем. С другой я постепенно вспоминал, как кого зовут. Что скоро летние каникулы и мы долго друг друга не увидим. "Хотя какие каникулы, я уже лет восемь как закончил институт!".Что эта встреча очень многое значит для Ани, которая только недавно в нашей компании, что та грудастая, Наташа, давно хочет переспать с Игорем и сегодня у неё предоставится шанс сделать это. Что Серёга, стеснительный малый, и всё никак не решиться подкатить к Ане. Мелкие вещи, происходившие со мной и с ними. С Владом, например, мы несколько дней назад так жёстко бухали, что полезли к подругам на пятый этаж в общаге, заблевали их коридор и были с позором вышвырнуты. Я смотрел на всех и мозг жёстко тупил, одновременно транслируя мне настоящие, реальные воспоминания и эти, неизвестно откуда взявшиеся.


Бросив бутылку на пол и забрызгав ковёр, я подбежал к двери, открыл и выскочил наружу. Была ночь. Ветер издалека гнал, буквально, чёрные тучи. Я отбежал подальше. Мы находились в большом двухэтажном доме. Не типа загородных дач или деревянной избы, а больше как в американских фильмах. Совсем не наша обстановка. Красивый, ухоженный, с подстриженным газоном, небольшим мангалом во дворе, он выглядел слишком прилизанно, будто с картинки. Я вспомнил, что это место мы сняли на выходные где-то в Подмосковье. Как я из Воронежа очутился здесь это другой вопрос.


А вокруг, как говорится, стоял стеной лес. Вид которого, показывал, что не стоит и думать идти через него.

Где-то в глубине чащи кто-то завыл. Замечательное место. Только ужастики снимать.


— Бууу! — раздалось сзади.

Я, крутанувшись на месте, не удержался и шлёпнулся на землю.

— Игорь, дебил ты этакий! — я поднялся и посмотрел на него. Высокий, крепкий, спортсмен, на таких обычно вешаются девушки, открытая самодовольная улыбка, из богатой семьи, благодаря ему, в большей степени, мы и смогли заполучить это место. Да ещё и любитель подколоть и поржать.

Всё это промелькнуло у меня в голове за несколько секунд.


— Пошли, балда, в дом, что ты тут стоишь! — он хлопнул меня по плечу.

— Ага..., — я рассеянно поплёлся следом. Игорь вдруг замер, не дойдя до двери. Я уткнулся ему в спину.

— Мать твою, каланча,ты что встал?

— Ты слышал? — он испуганно повернулся ко мне.

— Что? — я почувствовал его страх и тоже заозирался. — В лесу кто-то выл. Волки, наверное.

— Нет, где-то здесь. По-моему справа.

Я напряг слух. Тишина. Потом из темноты зазвучал шёпот.

— Тебе будет очень плохо...

— Блин, что это? — меня передёрнуло.

— Очень плохо..., — таинственный шёпот приближался. Я уже видел силуэт, — поэтому постарайся не заблевать ковёр, мудила!


Сзади раздался гогот. Это ржал Игорь, снимая меня на камеру. Из темноты вышел Серёга, немного пристыженно на меня поглядывая. Посмотрел на моё лицо и тоже не смог сдержаться, начав хохотать.


— Ну и рожа у тебя, чувак. Небось в штаны приспустил? — Игорь не мог остановиться.

Я облегчённо выдохнул.

— Вы два еблана, вот что я скажу.

— Надо девкам показать, — Игорь помчался внутрь.


Я прошёл за ним. Чем больше проходило времени, тем более спокойней мне становилось. Но при этом я осознавал, что это какое-то неправильное место, но не мог чётко сформулировать в чём это проявлялось.


Внутри дом тоже не был похож на обычный. Всё какое-то не то. Опять американщина в обстановке. Посередине комнаты находился большой мягкий диван и два глубоких кресла. Полупрозрачные шторы на окнах, картины с природой на стенах, несколько шкафов. Камин, незажжённый, но уже со стопкой дров. На нём расставлены мелкие игрушки из фарфора. Приятная музыка льётся из колонок.

Стандартный дом из фильмов.


Я, терзаемый этими сомнениями, поднялся наверх. Зашёл в ванную комнату. Опять же - откуда я знаю где что находится?


Наклонился над раковиной. Умыл лицо. Твою-то мать куда я вляпался? Посмотрел на своё угрюмое отражение в зеркале небольшого шкафчика. Раскрыл его. Зубная паста, таблетки и другая мелкая фигня. В голове заиграла тревожная мелодия на одной ноте. Я захлопнул дверцу.


Музыка взвизгнула. Я тоже.

Сзади стояла Аня.

— Какого хрена ты подкрадываешься? — я схватился за сердце. Музыка смолкла.

— Я... — она задумалась, — не знаю... Просто решила постоять за тобой.

— Молодец, блин, штаны новые за тобой, — я отдышался, — А музыку ты слышала?

— Ты о чём? — она непонимающе уставилась на меня. — Мы там нашли спиритическую доску. Хотим вызвать какого-нибудь духа. Прикольно, правда?

— Ага, ахуенно просто, — я не разделял радости. Задумался.


Присмотрелся к ней внимательней. Начал вспоминать остальных. Мои краткие описания про них. Безумная догадка возникла в мозгу.

— Ты же умная, да?

— Ну, — она покраснела и замялась, — есть такое.

— Но до поры до времени находишься в тени, хотя храбрая и ближе к финалу сможешь пересилить себя и отмудохать негодяя. А Игорь у вас мачо, типа, лидер, качок и спортсмен, — я начал развивать мысль, которая крутилась у меня в голове, — Наташа - красотка, да и ещё и блондинка. Серёга тоже умный малый, такой стандартный персонаж, в последнюю секунду придёт на помощь, тайно влюблён в тебя и всё такое.

Она ещё сильней запунцовела. Подняла брови.

— С чего ты взял?

— Знаю, не мешай, — я ошарашенно уселся прямо на пол. — А у вас друг - негр есть? Может я его не увидел?

— Ты о чём вообще? Не пугай меня, Саш.

—Значит "чёрный умирает первый" не будет... Хотя... мы же в России, откуда здесь ему взяться.

"Вместо него будет Влад. Единственный безликий статист. Второстепенная роль. За всё это время я от него ни одной реплики не услышал"

— Что ты такое говоришь?!

— Я в сраном фильме ужасов, — прошептал я еле слышно. — Как такое произошло? И как отсюда выбраться...


Снизу раздались голоса.

— Нас зовут, — Аня, будто проигнорировала мои слова, схватила за руку и поволокла на выход. — Хватит фигню нести!

Я, поражённый своими мыслями, позволил себя отвести к остальным.

— Ну, чё, вы там так долго? А? — Игорь, идиотски улыбаясь, тыкал меня плечом. — Показал ей свою змею? Гы-гы.

— Заткнись, идиот, — стукнула его по голове Наташа. — давайте начнём уже. Сколько можно бегать туда-сюда! Будет весело!


Доска лежала посередине стола. Старинная, потемневшая от времени, она так и манила к себе. Буквы алфавита, цифры от одного до девяти, слова "да" и "нет", маленький чёрный указатель. Я помотал головой.


— Не, ребят, это хрень полная. Не стоит начинать.

— Боишься? — заржал Игорь. — Вон даже Серёга согласился.

— Будет интересно, Сань, — он потёр переносицу и поправил очки. Повторил за Наташей. — И весело.

— Ага, до охерения просто. Вы вызовете какую-нибудь потустороннюю срань, она вселится в одного из вас и поубивает всех. Ну, почти всех . Выживет или Аня, или ты, я не понял ещё.


Сверху раздался грохот. Будто опрокинули что-то тяжёлое.

Все передёрнулись. Аня вполголоса ругнулась.

— На чердаке похоже...Я схожу, гляну, — вызвался Игорь и направился к лестнице.

— А ну, стой! — я подскочил к нему. — Ты, что - идиот?

— Да, — он согласно кивнул и заулыбался.

— Ох, ёпт, точно, — я хлопнул себя по голове. — Если я действительно нахожусь там, где я думаю, то тебе нельзя туда!

— Сань, хватит умничать, — он сдвинул меня в сторону и решительно направился дальше.

— Да стой ты!


От мощности оркестрового удара из моих ушей чуть не полилась кровь. Дом резко погрузился во мрак.

— Бля, — я схватился за голову, — да хватит уже!


Я стоял в темноте, напряжённо вглядываясь вперёд. Мелодия скрипки, как вилкой по тарелке. Засунуть бы эту вилку невидимому звукачу...и меня сзади хватает чья-то рука. Это Игорь.


— Вы меня до паралича хотите довести? Следующий кто так сделает получит по морде!

Он, как баран, уставился на меня.

— Скажи, ты вообще зачем обошёл меня и схватил сзади? — я не мог сдержать эмоций. — За что мне всё это?!

— Ладно, Сань, — пристыженно прогундел он, — щас во всё разберёмся. Наверно, пробки выбило. Пойду проверю.

— Один? В темноте? Даже без сраного фонарика?

— Ну, а чё такого?

— Всё нормально, всё хорошо, — я погладил себя по голове, — ты сможешь, Сань... Пошли вместе.

— Да я и один смогу...

— А я говорю пошли вдвоём. Все остальные живы - здоровы?!


Народ нестройно ответил, что Влад пропал, а так всё в порядке.

— Я всё-таки просто сплю, — я сильно ущипнул себя за щёку, — блин, больно! А ну ударь меня.

Игорь ударил. Стало ещё больней. Хорошо зуб не сломал, мудила.


Мы направились к подвалу. Девушки зажгли свечи, непонятно как, здесь взявшиеся. Очень странные - практически чёрные, даже пламя было какое-то тусклое.


— Ой, может не будем пока свет включать? — захлопала ресницами Наташа, подмигивая Игорю, — давайте так оставим! Такая атмосфера романтическая.

И подтолкнула Аню к Серёге. Оба стыдливо заулыбались.

— Скорее мрачная, — я не разделял их интересов, — со светом спокойнее будет.

— Ладно, Сань, расслабься, — Игорь понял все намёки Наташи, подошёл, приобнял её, — Наталья, не поможете мне поискать нашего непутёвого друга Влада наверху?

Я влез между ними, чувствуя себя бабкой, говорящей "вы ещё потрахайтесь здесь"

— Не, ребят, не в мою смену, — я был непоколебим, —я ещё не понимаю что здесь творится, но знаю точно - дружба организмами в таких местах до добра не доводит. Инфа соточка.


Из тёмного угла раздался писклявый голос.

— Мама.

Серёга бесстрашно пошёл на голос и вынес на свет большую куклу. Большую стрёмного вида куклу.

— Ой, какая прикольная! — радостно взвизгнула Наташа, будто позабыв про неудачу с Игорем.

Я внимательней присмотрелся к кукле. Размалёванное бледное лицо, растрёпанные волосы, рот, целиком незакрывающийся - выглядит прямо как моя бывшая с утра. Мда... таким красивым ебальничком только доводить людей до самоубийства. Она неожиданно скосила на меня глаза-пуговки.

— Серёг проверь, есть ли у неё батарейки.

— Нет, — Серёга удивлённо смотрел на спину игрушки. В отсеке было пусто. — Как тогда она говорила?

Я выхватил куклу из рук. Бережно положил на пол. И с размаху принялся бить ногой ей по голове. Она проскрипела "за что", что-то пшикнула и заткнулась.


— Вот и нет проблем, — я осмотрел ошеломлённые лица вокруг, — можете не благодарить за спасение. Кстати...

Я взял со стола спирическую доску и отнёс её в чулан.

— Поверьте, так будет лучше. Если увидите ещё что-нибудь непонятное говорите мне.

— Типа такого? — Влад протянул мне небольшую тетрадку. — Там на непонятном языке написано, я думал это стихи, хотел почитать.


Я, даже не глядя, порвал её. Только потом, взглянул на парня.

— А ты откуда взялся?

— Я смотреть ходил, наружу, что со светом. Щиток с проводами, короче, оборваны. Если это чья-то шутка, — он обвёл взглядом всех, — это ни фига не смешно.

— Да и хрен с ним со светом, — Игорю было вообще фиолетово на всё, хотя сам первый и порывался посмотреть, — давайте расскажу историю об этом месте...


Заиграла таинственная тихая мелодия. Жалко кроме меня никто её не слышит.

— Говорят, — произнёс Игорь жутким голосом, и пламя свечей, задрожало, будто кто-то невидимый дунул на них,— что здесь, год назад, произошла резня, прямо в этом домике. Убили пятерых ребят, примерно наших лет. Их нашли освежёванными, висящими на деревьях. Потом вычислили убийцу. Им оказался лесник, которого в детстве бил отец, и не разрешал общаться с другими детьми. Он вырос, убил батька и этих ребят, за то что они смеялись над его уродливым лицом, ведь он родился страшным мутантом. Таким уродливым, что даже мать при его рождении сказала "да ну нахуй" и задушилась пуповиной. Когда нагрянула полиция он сидел в кресле и разговаривал со своими носками, натянутыми на руки. Они заменили ему друзей... Его расстреляли при задержании и поджарили на электрическом стуле, но с тех пор его дух всё ещё бродит здесь в поисках новых жертв...

— И новых носков, — добавил я, — что за лютую хуергу ты несёшь? Может, что поинтереснее есть?

— Есть, — Игорь на пару секунд замолчал и продолжил, — тут недалеко тюрьма и из неё недавно сбежал маньяк - людоед. Его излюбленным блюдом были поджаренные ломтики мяса с задницы, сервированные тушеным дайконом, маринованной морковью и семенами горчицы.

— Не, спасибо, дальше. Может тут и кладбище какое есть? Домашних животных, например?

Он удивлённо выпучил на меня глаза.

— Откуда ты догадался? Животных нет, но мне рассказывали, что здесь, в окрестностях, есть тайное кладбище, лично расстрелянных Сталиным! Мы могли бы сходить, посмотреть.

— Это тоже мимо, не хочу зомби - коммунистов с серпами и молотами.

— Ребята, гляньте, что я нашла, — Аня показала нам книгу, — прямо здесь на полу валялась. Давайте почитаем?

На обложке большими русскими буквами было написано "Некрономикон"


Я выхватил книгу из её рук. Подошёл к входной двери, распахнул. Швырнул, как можно дальше.

На улице мгновенно начался дождь.

Всё небо заволокли тучи, полная темнота, озаряемая только вспышками молний. Одна из них осветила стоящий силуэт недалеко от дома. Несколько секунд, ещё один разряд... и на том месте зияет пустота.

— Началось... — прошептал я и закрыл дверь.



Продолжение следует.

Показать полностью
  •  
  • 140
  •  

Чья голова?

Году в 94-95, товарищ позвал меня с собой в деревню, что - то там помочь, кого мы обманывали не понятно, оба знали, что едем бухать. Ибо работниками мы были рукожопыми, а спирта в городе было много. Прихватив с собой 3 бутылки "Рояля" (в водочном эквиваленте 9 литров). Мы отправились в деревню,  время провели, видимо, замечательно, потому что оба практически ничего не помнили. Кто-то, то ли родственники моего друга, то ли приобретённые в процессе пьянства друзья, подарил нам, зачем - то здоровенную свинную голову. Положив голову в пакет, мы отправились домой в город. До города добрались , почему-то только ночью. Не горя желанием идти по домам, мы чё-то бродили по райончику. В какой-то момент  привлекли к себе внимание доблестных блюстителей общественного порядка. Чем так заинтересовали их два молодых нетрезвых субъекта с кровавым пакетом, понять, конечно же, было трудно,но тем не менее факт остаётся фактом - завязался непринуждённый разговор, в духе здравствуйте молодые люди, где вы живёте, покажите ваши документы. Когда дошла очередь до вопроса :

- А что в пакете?

Молчавший до этого друг ответил просто и незатейливо:

- Голова.

Слегка подофигевший милиционер, забирая пакет :

-Чья?

Друг, тяжело вздохнув:

- Твоя, еб ты.

Я уж не знаю какие чувства испытал страж правопорядка, открыв пакет и обнаружив дружелюбно улыбающуюся свинную башку,  но в итоге нас почему-то даже не арестовали, отделались мы получением дежурных подзатыльников и разгоном по домам.

  •  
  • 26
  •  

Проклятый старый дом ( часть 2 )

в

Начало - https://pikabu.ru/story/proklyatyiy_staryiy_dom__chast_1__60...



Я заорал и наотмашь ударил её по лицу. Она опрокинулась на подушку и злобно заворчала, жуя лоскут моей кожи, оторванный зубами. Рука кровоточила и тварь не сводила с неё безумных глаз.


— Ты что, старая, спятила?

— Подойди поближе внучок, я тебе шепну кой-чего на ушко — в полутьме я видел, как бабулька сделала умильное лицо, которое тут же сменилось гримасой. — Живо подошёл!


Я попятился. Упёрся спиной в дверь.

Бабка, кряхтя, сползла на пол.


— Ну, давай же, внучок, помоги старой подняться, — она протянула ко мне тощие венозные руки.


Я осмотрел комнату. Рядом со мной стояла тумбочка. Я пошарил по ней руками. Вот он - ключ!

Бабка прохрипела.


— Ты не выйдешь отсюда щенок, твоё мясо такое вкусное, — она облизнулась и, вдруг, бодро вскочила.


Я не стал дожидаться и, распахнув дверь, помчался куда глаза глядят. В конце коридора маячил неясный силуэт, как раз у комнатки с окном. Я проскочил в первую попавшуюся комнату. Спрятался в углу, тяжело дыша. Блядь, блядь! Что же делать? Телефон, быстрее позвонить в ментовку, пусть приезжают. Похлопал по карманам. Зашибись, его нету. Выронил куртку в спальне, болван.


Раздались шаркающие шаги.


— Ну, куда же ты спрятался внучок? Выходи, не заставляй меня искать. Всё произойдёт очень быстро.


Я осмотрелся в поисках хоть какого-нибудь оружия. Все стены комнаты были увешаны иконами и крестами. На меня уставились десятки святых. Только иконы разрисованы непонятными буквами, а кресты либо перевёрнуты, либо поломаны.


Бабка точно крышей съехала на последнем отрезке своей жизни.


— Я накажу тебя! Сделаю из твоих зассатых яиц омлет и накормлю тебя им! Запомни! — всё сильнее ярилась она.

— Он здесь! Он здесь! — раздался крик у меня за спиной. Я чуть не обделался от страха. Обернулся и не поверил своим глазам. Визжала кукла! Таже самая или другая, но это факт. Бешено вращала глазами и распахивала рот.


В дверь начала ломиться бабка. Распахнула её.

Я схватил куклу.


— Не трогай её! Не смей! — бабулька, с растрёпанными жидкими волосами, лицом в моей крови, была похожа на какое-то адское существо.


Я размахнулся и швырнул её в стену. Кукла мявкнула и затихла. Бабка бросилась туда, причитая, забыв про меня. Я выскочил и побежал. Метров через 20 понял, что выбрал не то направление!

Но там бабка, а здесь я может найду, чем можно отбиться. Она ведь старая, хоть что-то найти стоящее и можно попробовать напасть на неё. Где же кухня? Такое ощущение, что расположение комнат поменялось. Но такого же быть не может!

В комнате справа я увидел плиту, со стоящей на ней кастрюлей, стол и разную утварь. Подскочил к столу, намереваясь забаррикадировать им дверь.


— Пожалуйста, не надо, — раздался шепот из угла. Брязнула цепь.

— Не подходи, тварь, — я сжал кулаки. Что это опять за неведомая херня?

— Не надо, не делайте этого больше, — всхлипы перешли в непонятные бормотания.


Я осторожно приблизился. В углу, прикованое к батарее, стонало существо. Я присел на корточки рядом с ним. Вблизи существо оказалось, давно не мытым, голым пареньком. Спутанные волосы закрывали его лицо. Но самое страшное - у него не было ног. Просто две культи, замотанные окровавленными бинтами.


В какую же срань я попал?! Мысли лихорадочно бегали в голове. Я вскочил и, стараясь как можно меньше шуметь, придвинул стол к двери. Плюс на ней самой оказался замок. Хоть какая-то защита.

Я подполз к парню. Он должен хоть что-то знать.


— Слушай, друг где здесь выход? Я сразу же вызову полицию, не переживай.— я попытался растормошить парня.— Я помогу тебе, только скажи.

Парнишка начал качаться из стороны в сторону.

— Да погоди ты, — я терял терпение. Схватил его за плечо и развернул лицом.


Глаза отсутствовали. Две зияющие дыры, приковывали к себе и одновременно вызывали отвращение. Я почувствовал сильную тошноту и сблевал в угол. Парень даже не дёрнулся. Я присмотрелся. Уши тоже срублены. Эта тварь оставила какое-то жалкое подобие человека. Игрушку.


Не могу поверить, что это всё провернула старая бабка. Это какой то ебучий культ. Сатанисты, судя по книгам, или людоеды. Или маньяки. Тот силуэт и есть второй помощник. Они просто играют со мной! Как с животным.

Что-то ещё крутилось у меня в голове. Я никак не мог сосредоточиться.


— Миш, ты где? — раздался голос Катьки.


Я раскрыл рот, но тут же его захлопнул. Точно! Всё сложилось. Эта лживая сука, вот что я не мог понять. Слишком много вещей, о которых она должна была знать и сказать мне перед кражей. Всё подстроено. Притащила меня как барана под нож.


— Миш, ты просто не понял. Это розыгрыш всё! — Катин голос приближался. — Это всё шутка, которая пошла немного не по плану. Куклы, привидения - это понарошку!

— Милок, извини, — бабка тоже встряла в разговор. — Я в прошлом актриса, ну и перестаралась немного. Прости за руку, вошла в роль. Самой стыдно.


Я не выдержал.


— А здесь, блядь, кто? Порубленный паренёк сидит у батареи, как собачка. Это тоже шутка?

— Какой паренёк, Миш. Там нет никого. Ты один на кухне. Это переутомление. Выйди и мы спокойно поговорим. Я тебя ещё с родителями хотела же познакомить. Они тоже должны будут прийти. Выходи — в дверь аккуратно постучали. — Милый, прошу, не пугай меня.


Они издеваются надо мной?! Парень заскулил и пополз в другой угол, позвякивая цепью. Там стояла миска. Он улёгся и начал что-то грызть. Я присмотрелся и меня опять вырвало. Это были пальцы! Парень похрустывал чьими-то пальцами.


— Вы больные на голову маньячки! — я заорал. Начал метаться по кухне, лихорадочно обшаривая ящики. — Я выйду отсюда и вы сядете на всю жизнь!


Нашёл обычный столовый нож. Теперь не сдамся просто так!

Парень заугукал и показал обрубком пальца ( вот значит чьи они) на груду коробок недалеко от него. Я подошёл и раскидал их. Под ними обнаружилась дверца в полу. Подвал? Или чёрный ход?


Неважно. Это хоть что-то. Я тихо подёргал ручку. Открывается.


— Ну, что ты там, внучок? Открой. Это уже не смешно. Мы извинились. Нам что полицию вызывать? Катя тут в слезах стоит.


Я дико захохотал. Сдерживаться больше не было сил. Какую нахер полицию? Абсурдность этой ситуации, просто разрывала мой живот от смеха. Истерически всхлипывая, я, тем не менее, почти бесшумно открыл дверцу. Хуже уже не будет. Прополз немного по ступеням вниз.


— Не ходи туда, — последнее, что я увидел, закрывая за собой крышку - это бедный измученный паренёк. Изо рта у него вывалился обглоданный до блеска кусочек пальца. — Там страдание. Там ОН...



* * *

Ступеньки наконец-то закончились. Я осторожно наступил на землю. Впереди тянулся коридор, еле-еле освещаемый, далеко разбросанными, лампочками. Господи, пусть мне повезёт и это будет выход.


Я начал тихо красться, постоянно озираясь и прислушиваясь к малейшему шороху и шуму. А шум был. Где-то раздавались скрипы и позвякивание металла. Приблизившись, я увидел приоткрытую дверь. Сжимая нож, заглянул в неё.


Там находилась небольшая мастерская. У стола, заваленного инструментами, стоял дед. Видно по морщинам, что очень старый, но ещё жилистый и бодрый. Вырезал что-то из большого куска дерева.


Увидел меня.

— Миша, верно? Новый парень Катеньки — утвердительно произнёс он.

— Н... Какого... Что?! — от неожиданности я потерял дар речи.

— Да ты проходи, не стесняйся.


У меня в голове не укладывалось! Что тут происходит?


— Слушай, скажи где выход, и всё. Я уйду — я пытался говорить спокойно, но выходило туго. — Я просто хочу убраться из этого ада.

— Парень, а как же ужин? Мы познакомиться с тобой хотели. Некрасиво выходит — укоризненно покачал головой дед.

— Вы все издеваетесь чтоли? Какой ужин. Вы все твари поехавшие. Говори, как отсюда выбраться, — я взмахнул ножом.

— Тише, тише, а то порежешься. Что, эти две курицы рассказали тебе про розыгрыш?

— Какой нахер розыгрыш! Я не настолько тупой!

— Ты мне начинаешь нравиться, парень. — дед заулыбался. — Прошлый заперся в туалете и, чтобы не портить дверь, Катя набрехала ему про шутку. Пошутили так над ним.

— Там наверху который прикованный?

— Он самый. Вышел радостный, улыбался, — старик блаженно прикрыл глаза, — пока я не обрубил ему уши, как свинье. Как они шкворчали на сковороде! С лучком и яйцами. Объедение. Жаль старая не дала отрезать ему язык. Любила поболтать с ним. Пока он совсем не тронулся. Теперь как домашнее животное. На какое-то время.

— Вы больные ублюдки...

— Я уверен, если бы тебе вместо, например, свинины, дали человечины, хорошо так прожаренной и приготовленной, ты умял бы за обе щеки. Ещё и добавки попросил бы.


Я не выдержал и, взревев, накинулся на него, махая во все стороны ножом. Дед молниеносно уклонился и так влепил мне, что я закашлялся и чуть не упал.


— Слабая пошла молодёжь. Эх, куды мы катимся? — и следующий удар отправил меня в темноту.



* * *


Меня сильно похлопали по щекам. "Деда, ну зачем ты его так сильно ударил. Чуть не убил".


Я кое-как раскрыл глаза. Снова очутился в доме. Вокруг светло и уютно. Если не думать о том, что тут происходило. С виду можно подумать, что это обычный дом. Я подёргался. Привязан к креслу. Но руки свободны. Я подергал узел на груди. Не поддаётся.


— Ну, наконец-то, — ко мне подбежала Катя, — а я уже волноваться начала. Присаживаемся. Ужин, конечно, очень поздный, зато семейный!

— ААААА! Помогите кто-нибудь — я громко завопил.

— Никто не услышит, Миш, — дед сел напротив меня, — а я вот могу разозлиться, да и отрубить тебе что-нибудь ненужное.


Он махнул намекающе на стоящий неподалёку топор. Слова застряли у меня в горле.


— Вот и хорошо.

— Это мой дедушка. Сергей Петрович. Бабулю зовут Виктория Семёновна. А это мой брат, — Катя махнула рукой на здоровенного бугая. Он плотоядно улыбнулся и провёл рукой по горлу. — Он так шутит не переживай. Витя, хватит пугать его!

— Ды, он и так уже в штаны, небось, напрудил пару раз — заржал Витя. — Хули стесняться.

— А это мои мама с папой.


Я повернулся в сторону и чуть опять не заорал. На столе лежали 2 блестящих черепа.


— Они, к сожалению, не понимали нас, — бабка бесшумно оказалась у меня за спиной, — хорошо хоть детишки восприняли всё правильно. — Она с гордостью посмотрела на Катю с Витей. — Но я верю что сейчас они всё равно с нами. Незримо присутствуют.


— Не слушай её, Михаил, — дед улыбнулся, — на старости у неё крыша чутка поехала. И кукол этих она придумала. А я сделал механизмы и динамики. Возится с ними, как с детьми. Признайся, было страшно, когда кукла произнесла твоё имя?


— Хватит его забалтывать! — нежно погладив черепушки, бабка ушла на кухню. Принесла оттуда большую кастрюлю. Все расселись.

— Ой, чуть не забыла, — Катя вскочила со стула и через минуту притащила на цепи того паренька.

— Это Костя. Не волнуйся, он тебе больше не конкурент.


При звуках своего имени парень задёргал головой, поскуливая. Значит ещё что-то осознаёт. Потёрся об стул Кати, пытаясь облизать свою культю. Тут я заметил, что у него уже не стало руки.


— Хороший мальчик, — Катя звонко рассмеялась и погладила его по голове.


От этого зрелища меня затошнило. Ещё хуже мне стало, когда бабка стала раскладывать мясо по тарелкам. Я старался не думать, что ЭТО, но всё равно еле сдерживался от спазмов сотрясающих меня.

Опустив одну руку, будто держась за живот, я пытался ногтями распутать узел. Он уже начал поддаваться. Главное не спалиться.


Все принялись за еду.

— Попробуй хоть кусочек, студент. Не боись, там с курятиной вперемешку.


В дверь позвонили. Пока все сидели ошеломлённые, я во всю глотку заорал.


— Помогите!!!


В дверь начали ломиться. Дед вскочил и крикнув "Заткните ему пасть" побежал к двери.

Наконец-то узел распутался. Я не теряя ни секунды поднялся и схватил топор.


— Наша закуска убегает! — взвизгнула бабка.

— На-ка, старая, закуси этим — я со всего маху опустил топор ей на голову. Лезвие вошло почти полностью, раздробив всю верхнюю часть. Глаз наполовину выдавился. Брызнула кровь у неё изо рта. Бабка что-то прохрипела и свалилась вместе со стулом, повалив посуду на пол. Зазвенели тарелки.


Меня сбил с ног Витя. Он, оказавшись сверху, вцепился мне в глотку и безумно вращая глазами начал сдавливать. Я захрипел, шаря руками по полу. Сбоку кто-то тоже боролся. Краем глаза я увидел, что паренёк вцепился зубами в ногу Кати, злобно рыча, а она вопя, била его.


Я нашарил кусок тарелки, и сильно сжал его. Из руки брызнула кровь, но боли я не чувствовал. Воткнул его Вите в глаз, как можно глубже, выдернул и начал кромсать ему лицо. Он заревел и вскочил, заливая всё вокруг кровищей. Я лежал, пытаясь вдохнуть воздух.


Где-то в доме раздались выстрелы. Я подхватил нож, валяющийся рядом и встал, кашляя. Витя свернулся комочком и плакал, зажимая порезы на лице. Я повернулся и увидел Катю. Она придушила цепью Костю и, хромая шла ко мне.


— Миша, послушай меня...— от выстрела голова её дернулась и она упала.

В проёме стоял молодой человек в форме полиции. Опустил пистолет.

— Нихрена себе, съездили на вызов...— пробормотал он.



* * *


Соседи, а точнее, какая-то любящая ночные прогулки парочка, увидела, как я пробираюсь в дом и вызвала полицию. Деда застрелили при задержании. Но он успел откусить кусок носа у одного из ментов. Жуткое зрелище.


При виде всей этой бойни и обнаруженных уликах блевали даже опытные опера. Нашлась комнатка, где хранились черепа большинства жертв. Только установленных при экспертизе насчитывалось два десятка людей, разного возраста и социального положения. Единственного, оставшегося в живых из этой семейки Витю, определили в психушку. Мне каким-то чудом удалось избежать наказания. Сам был в шоке. Договорились с судьёй и всё замяли. Видимо показался мелкой рыбёшкой, когда тут такое дело.


Долгое время почти не общался с девушками. Относился ко всему с опаской. Редко выходил из дома. Но переборол себя, нашёл хорошую работу, а через полгода познакомился с Наташей. В общем жизнь пошла по привычному руслу...


— Милый, просыпайся, — ангельский голосок щекотал мне ухо.

— Сейчас Наташку ухвачу за ляжку! — я сладко потянулся. Точнее попробовал это сделать. Что-то не так!


Я распахнул глаза. Руки прявязаны к креслу. Даже не шелохнуться.


— Какая это Наташка?! — передо мной стояла Катя с тарелкой супа.

Что за... Не может быть!

— Деда тебя сильно приложил в подвале, но не волнуйся я тебя подлечу, — Катя мило мне улыбнулась, — бабуля такой бульон сварила. Мигом поставит тебя на ноги.


Зачерпнула ложку. Приблизила ко рту.


— Нет! Не может быть! Это всё сон!!! Это всё сон!!! Неееет!


В ложке плавал ноготь с прилипшей к нему зеленью...


Конец.

Показать полностью
  •  
  • 66
  •  

Проклятый старый дом ( часть 1 )

в

— Ну, что? — Катюха прижалась ко мне посильней, — ты сделаешь, что я тебя прошу?


Когда она так делает, сразу начинают путаться мысли. Чувствуешь себя идиотом.

Я через силу отодвинул её от себя.


— Кать, это преступление. И этож твоя бабка!


Она опять придвинулась. Начала гладить шаловливыми пальчиками. Прошептала на ухо:

— Бабке уже под восемьдесят, а то и больше. Не нужны ей такие деньги на похороны. Надо о молодых думать.

— Не знаю... Неправильно это.

— Мы сможем попутешествовать, столько повидать, клубы, вечеринки, запомним надолго. Я столько всего хочу, — она сильно куснула меня за мочку уха, — только ты и я. А что бабка? Все деньги уйдут в землю, буквально. А там тысяч триста скопила, не меньше.


— Ты уверена, что всё получится?

— Да, да! Не будь ты таким ссыклом! Зайду завтра к ней. Она рада будет без памяти. Приоткрою окошко в дальней комнате. Ночью проберешься туда и заберешь все деньги. Бабка спит очень крепко, даже не дёрнется. Возвращаешься сюда, — она провела язычком по губам, — и всё в шоколаде.


Я никак не мог отвести от неё взгляд. Влюбился как школьник. И эта коза знает об этом. И вовсю этим пользуется.

А познакомились всего неделю назад. Как в дешёвой сопливой мелодраме. Уронила телефон, я догнал, она поблагодарила, завязался разговор...и понеслось.

Весёлая, взбалмошная, красивая фигурка, рыжие волосы - я просто потерял голову. И когда она предложила ограбить свою собственную бабушку, я , в принципе, даже особо и не ломался, мечтая, как мы будем с ней тратить эти деньги. Лёгкие деньги. Если так задуматься, бабке они и вправду не нужны. Как скряга какая-то, пора начинать делиться. Тем более вреда причинять ей не будем. Провернём всё по-тихому ночью.


— Может и ты тоже будешь учавствовать? Не хочу ввязываться в это один.

— Хорошо, хорошо, ну что за мужики пошли — она сморщила свой носик. — В машине тебя подожду.


Я вытянулся, пытаясь его поцеловать, но она, смеясь, меня оттолкнула.

— Терпи до завтра теперь. Это будет неплохим стимулом сделать всё качественно и быстро.

— Ты издеваешься?

— Всё может быть, — она неуловимым движением оказалась сверху, — я посмотрю на твоё поведение.


Вёл я себя очень хорошо.


* * *


— Ты не говорила, что дом твоей бабки такой жуткий, — сказал я Кате, — в голове сразу начинает играть песня КиШа.

— Не думала, что ты такой пугливый — связь по телефону была хреновой, и неудивительно. Дом стоял на отшибе. Тёмный и мрачный. Не хватало только кладбища рядом. — Всё, я жду тебя. Окошко увидишь. Старайся всё-таки особо не светить фонариком, мало ли. Целую.

— Я тебя тоже.


Я поставил телефон на "без звука", включил фонарик, и, прикрывая его рукой, подкрался поближе. Дом вблизи казался не таким уж и ветхлым. Немного покосился в сторону, но всё ещё твердо держится. На окнах неплохие такие решетки. Да и дверь выглядит внушительно. Зажиточная бабка. Внутри, наверняка, много всего припасено. Мы с Катюхой договорились, что я сопру ещё несколько вещей, чтобы не вызывать подозрения, что вор точно знал, где-что находится.


Катя рассказывала, что бабулька с годами стала всё меньше и меньше общаться с людьми. Дед неплохо зарабатывал, и, незадолго до смерти, купил этот участок. Бабка, несколько раз в неделю выходила за продуктами, пока ей совсем не поплохело. Сейчас к ней заходили только несколько старых подружек, да Катя. Которую, в принципе, интересовали только бабулькины деньги. Но та была довольно прижимистым человеком, и внучку не особо баловала. И в прекрасной Катюхиной головке созрел план, когда она увидела, куда бабка складывает свою пенсию...


Ага, а вот и окошко. Немного приоткрыто, как и договаривалисью На решётках причудливые узоры, но разглядывать нету времени и освещения. Нет шпингалетов, вместо этого очень хитроумная система каких-то засовов. И желательно постараться ненароком не закрыться внутри. Иначе будет жопа. Полная.


Протиснувшись, я сразу же нарушил тишину, потеряв равновесие, и шлепнувшись боком. Что-то хрустнуло.

— Твою ж мать, — прошипел я, схватившись за ногу. Неужели сломал? Ощупал. Нихрена.. Оказалось хуже - разломал телефон.


— Да вы издеваетесь — неизвестно кому сказал я, тут же одёрнув себя. Затих. Вроде всё спокойно. Ничего не нарушает тишины.


Просто супер. И что мне теперь делать? Возвращаться назад? Катюха подымет на смех и больше мне её не видать, это точно.

Ещё раз внимательно осмотрел телефон. Понажимал кнопки. О, чудо! Заработал. Больше половины экрана не видно, раздавил я его конкретно, но вроде живой. Только проверять работает ли вызов или нет сейчас не получится. Буду надеяться, что всё пучком.


Фонарик тоже барахлит. Надо было не надеяться на мобильный, а брать обычный. Но хрена теперь переживать. И от руки нарисованную Катюшкой карту теперь не посмотреть. Все надежды на технологии, мать их. А очутишься в такой ситуации и можно надеяться только на себя.Хотя дом, на такой и большой, я примерно помню куда мне идти.


Поднялся, отряхнулся. Посветил фонариком по сторонам. Подошёл к двери и тихонько открыл её, ожидая громогласный скрип. Но ничего не произошло. Только моё тяжёлое дыхание нарушает тишину. И какой-то непонятный шум вдали дома. То затихает, то снова раздаётся.


Блин, до чего же очково! Чувствуешь себя, как в каком-то ужастике. Сейчас выпрыгнет маньяк с мачете. Ну или хотя бы чёрный кот потрётся об ноги. Интересно здесь есть домашнее животное? Катя вроде не говорила ни о ком.

Сзади скрипнула половица. Я похолодел. Сраный мой язык! Обернуться или нет? По рукам побежали мурашки.


Да кто тут может быть! Я резко развернулся и направил фонарик. Ничего.

Фуух. Надо шевелиться и быстрее заканчивать с этим. Стараясь производить как можно меньше шума, крадучись, пошёл по коридору. Приближаясь к источнику непонятных звуков.


Катя говорила, что деньги бабулька хранит в небольшой комнатушке рядом со спальней. Подошёл к двери. Видимо это и есть спальня. Приоткрыл.

Теперь понятно откуда шум. Бабка выводила охеренные рулады, любой мужик позавидовал бы.


Да такая ещё лет десять проживёт, не меньше.


Зашёл в комнатку рядом. Видимо типа библиотеки. На полках стоят книги и только книги. Хотя нет, ошибся. На стульчике сбоку сидит большая кукла. Старая, большая и уродливая. Почему они все выглядят так отталкивающе? Видимо раньше считалось чем страшнее, тем лучше. Никогда не понимал увлечения к таким вещам. Такую срань увидишь ночь, как сейчас я, и припустишь от страха в штаны. Ну что ты лупишься на меня? Я щёлкнул ей по носу пальцем.


Вдруг у неё открылся рот. Я дернулся и чуть не свалил книги. Твоюж мать! Больше я к тебе не притронусь.


Я посветил по корешкам книг. Одни непонятные буквы, русских названий нет вообще. Видать дорогие, надо прихватить парочку поменьше.

Присел и пошарил рукой на самой низкой полке, почти вровень с полом. А вот и кошелёчек.


Раскрыл. Действительно куча денег. Всё битком. Бумажка к бумажке. Спрятал в карман.


Ну вот и всё. Теперь обратно. Как говориться - сделал дело, гуляй смело. Положил подмышку несколько книженций. Телефон закинул в куртку, чтобы не мешался. Развернулся.


— Миииииша — тихий, еле слышный шепот.


Я обернулся. Кукла всё так же смотрела на меня. Казалось, она насмехается надо мной.


Я плюнул на всё и понёсся по коридору. Бабка так шумит, что хрен что услышит. А у меня уже нервы ни к чёрту. В манду всё.


И тут же поплатился за такие мысли, врезавшись в дверь лбом.

— Ёпта, — я схватился посильнее, пытаясь унять вспыхнувшую боль. — Какого хера?

Я же оставлял её открытой! Четырхаясь, вытащил мобилу. Действительно прикрыта. Ветер чтоли? Распахнул её.


Сзади кто-то хихикнул.


— Блядь! — не выдержал я. Из рук посыпались книги и телефон. На несколько секунд я остался в полной темноте.

Быстрее, быстрее, ну где же ты?! Наконец нащупал его. Фонарик не работает. Хер с ним. Включил подсветку.

В коридоре ничего и никого не было. По вискам колотило. Так, успокойся, хватай вещи и вали поскорее отсюда.

Я кое-как распихал всё добро по карманам. Подошёл к окну и увидел что оно закрыто...


Минуту пялился как баран, пытаясь осознать всё, что произошло. Это уже нихера не смешно, а пиздец как стрёмно. Попытался разобраться, как же оно открывается. Аккуратно, а потом и не очень, подёргал все засовы. Ни-че-го.

Экран телефона засветился. Я не смог толком рассмотреть кто звонит, да и не важно.


— Алло?

— Миш, ты где? — раздался встревоженный голос Кати.

У меня чуть не вырвался рифмованный ответ, хорошо подходящий под ситуацию.

— Ты, знаешь, Катюх, это не смешно — голос у меня дрожал.

— Ты о чём, милый?

— Это прикол такой?

— Да объясни ты толком, что произошло. Ты всё нашёл?

— Нашёл, только окно закрыто! И как ты это объяснишь?!

— Тише, Миш, ты точно сам не закрыл его? Как так вообще произошло?

— Ты чё, блядь, издева...— я осёкся. А ведь и правда. После падения, я так был встревожен телефоном, что и не посмотрел, что там с окном. Я ведь мог его задеть... — Извини. Меня тут просто трясёт уже. Что мне делать, Катюх?

— Там всё очень сложно, нужно ключом открывать.

— И где он? — я был уверен, что ответ мне не понравится.

— В комнате у бабки рядом с дверью висит, — Катя старалась говорить успокаивающе, но у неё плохо выходило. — Миш, ты только не звони никому. Мы справимся. Осталось совсем чуть-чуть. Я верю в тебя.

— Хорошо, я постараюсь — я глубоко вдохнул воздух. Хотел сказать ей про творящуюся здесь хрень, но передумал. Скажет зассал.— До связи.

— Подожди, — Катя помялась,— не хотела тебе говорить, но теперь...

— Что ещё?

— Не смейся, но бабка на старости лет стала увлекаться разной оккультной фигнёй. Я считаю это всё глупостями, но мне не по себе. Извини, думала если расскажу сразу, ты поржёшь только надо мной.

— Какой смех, Кать. Тут действительно какая-то чертовщина происходит.

—Успокойся. Сделай всё побыстрее, а я минут через 15 подгоню машину поближе.

— Понял. — я угрюмо потёр подбородок. — Всё, давай.


Я отключил телефон, положил книги и деньги под решёткой и пошёл в спальню. У меня уже крыша подехала или я всё-таки слышал тот смех? Я старался думать об этом поменьше, но не получалось. Не верю в чёрную магию и подобную херню, но тут скоро во всё будешь верить.

Через каждый метр боязливо озирался, ожидая непонятно чего. И в следующий раз, оглядываясь увидел краем глаза какое-то движение вдалеке. Фонарик замигал и потух.


Раздался противный чавкающий звук, затем тихий дребезжащий смешок. Ближе и ближе.


Кто-то или что-то, медленно шаркая ногами, направлялось ко мне!

Не в силах больше сдерживаться я завопил и понёсся по коридору. Залетел в комнату и попытался закрыть её. Что за сумасшествие тут происходит?!

Вокруг была абсолютная тишина. Ничего не нарушало безмолвия. А где же бабкин храп?


Я обернулся. Бабулька лежала без движений. Она умерла что ли?

Я подбежал к ней и начал трясти. Руки у неё были ледяные. Точно скопытилась. А что же мне делать?


— Бабуль! Вставай, давай — я похлопал её по щекам. Ничего не шелохнулось на сухом морщинистом лице.


Тут бабка резко открыла глаза и вцепилась зубами мне в руку...

Показать полностью
  •  
  • 56
  •