Войти
Войти
 

Регистрация

Уже есть аккаунт?
Полная версия Пикабу

Авиация

добавить тег
Любые посты за всё время, сначала свежие, с любым рейтингом

поиск...

Столкновение с птицами

Столкновение с птицами
  •  
  • 1623
  •  

Как ношение бороды помогло в службе двум находчивым техникам.

Всякий, кому довелось тянуть офицерскую лямку на Дальнем Востоке во времена Советского Союза, хорошо знал, что Дальневосточный округ был поделен на зоны, определяющие разные сроки офицерской службы. Служба в том или ином гарнизоне – это своего рода офицерская рулетка. Можно было попасть в район, где срок службы органичен десятью годами, можно было попасть на «пятилетку», а кому-то выпадал район, где служили не более трёх лет. Во фронтовой авиации, выслужившие свой положенный срок офицеры, убывали по замене в более благодатные места в европейской части, как правило, одну из групп войск соцстран. Но имелись и места, где ограничений по срокам не было вовсе. И попавшие в такое место «счастливчики» могли трубить в нём до морковкина заговенья, лишь мечтая о перемещении куда-то хотя бы внутри округа.


Наши герои, о которых пойдёт речь, служили как раз в таком «бессрочном» районе, и к моменту этих событий прослужили в нём уже достаточно долго.


Погожим весенним утром командир эскадрильи истребительного авиационного полка подполковник Овсянников, прибывший на построение, сразу отметил своим наметанным глазом какое-то нездоровое оживление в рядах его подчиненных. Источник ажиотажа выявился очень быстро в лице, точнее лицах двух стоявших в строю техников, только-только вышедших из очередного отпуска. Физиономии обоих старших лейтенантов украшали солидные окладистые бороды, хотя обоим было чуть больше тридцатника. Такие бороды явно старательно отращивались весь отпуск, и никак не могли быть следствием затянувшейся офицерской пьянки перед выходом на службу.


От всего увиденного подполковник Овсянников на миг потерял дар речи, но быстро пришел в себя и наехал на неадекватов со всей командирской суровостью. Высказав всё, что он думает в адрес двух не опохмелившихся, по его мнению, господ офицеров, комэск решительным тоном приказал попутавшим берега нахалам не смущать своим видом присутствующих, подавая им дурной пример, покинуть строй и через полчаса явить его взору гладковыбритые физиономии. Однако на сие справедливое распоряжение начальства последовал просто ошеломляющий ответ одного из провинившихся, заставивший видавшего виды комэска просто онеметь. Дескать, они бы и рады выполнить волю начальника, да только вот сбрить бороды им не позволяет их ВЕРА. На вопрос пришедшего в себя комэска о конфессии, в которую умудрились угодить его офицеры, он услышал название какой-то секты, устав которой, дескать, и предписывает её приверженцам ношение бороды. Тут у подполковника Овсянникова и вовсе отвисла челюсть. Услышать такое в середине семидесятых из уст советского офицера было просто немыслимо.


Дальнейший диалог между начальником и подчиненными не приводится ввиду полной его нецензурности из уст начальника. Подчиненные же наоборот вели себя скромно и сдержанно, на все реплики командира реагировали смиренно, проявили полную готовность понести любые дисциплинарные взыскания, но сбрить бороды отказывались напрочь, будучи готовыми пострадать за веру. Кончилось дело тем, что подполковник Овсянников, отчаявшийся призвать подчинённых к голосу разума, отправился докладывать обо всём командиру полка.


Комполка, как и всякий мыслящий командир, столь явного сектантства и раскольничества в стройных рядах полка допустить не мог и вызвал ослушников к себе на ковёр. Прочитав подчинённым целую проповедь на тему «облико морале» советского офицера, уже с высоты своего командирского кресла продублировал приказание о лишении оных их растительности на физиономиях.


Всё это время офицеры вели себя аки смиренные агнцы, но выполнить приказание комполка отказались. Получив взыскание в виде выговора за нарушение устава и неподобающий внешний вид, позорящий облик советского офицера, наши технари были отпущены на свободу с наказом одуматься и не усугублять своё шаткое положение.

Однако на следующий день оба «сектанта», не внявшие командирским увещеваниям и голосу разума, продолжали смущать сослуживцев своей буйной растительностью, вызывая ненужные вопросы и пересуды.


Процедура командирского увещевания повторилась в точном соответствии с отработанным сценарием с разницею только в том, что к душеспасительным беседам с отступниками подключился политотдел, безо всякого, впрочем, успеха. Из кабинета командования оба старлея отправились прямиком на офицерскую гауптвахту, вызвав своим появлением у всей комендантской роты вполне понятное оживление.


И не только в самой комендатуре. Оживление возникло не только у комендачей, но и у других обитателей и сокамерников офицерского временного «общежития», прибывших из других частей. Очень быстро те узнали о причине отсидки двух технарей, закономерно разнеся эту интересную историю до своих однополчан. Слухи о «пострадавших за веру» долетели до штаба авиаполка. Узнав об этом, комполка не стал искушать судьбу и выдернул наших сидельцев обратно в полк, пусть уж лучше на месте сидят.


С момента выхода наших друзей из стен узилища все их действия были взяты бдительным командиром эскадрильи и замполитом полка под неусыпный контроль. Все их телодвижения, приходы-уходы со службы, обращение с техникой, поведение в неслужебное время бдительно рассматривалось ревнителями офицерской нравственности под увеличительным стеклом. Наверное, ни один офицер не был до этого удостоен такого внимания в этом полку. Выискивался любой повод, чтобы прижать к ногтю двух не желающих подчиниться офицеров.


Но придраться к технарям было решительно не за что. Оба строго несли службу, техника у обоих была на ять. Даже натренированный на подобного рода расследованиях бдительный нос комэска не мог уловить и намёка на запах чего-то крепче кефира, исходивший от примерных служак. Все дружеские вечеринки и попойки однополчан обходились ими десятой дорогой. Словом, образец для подражания, если бы не их бороды.


Обвешивать старлеев дальнейшими взысканиями комэск и комполка не стали, справедливо понимая, что придраться к ним по службе даже при всём желании просто не за что, если не считать нарушения внешнего вида. Но, в конце концов, ношение бороды прямо уставом не запрещено, да и нельзя же их вечно держать на «губе», авиатехнику ведь тоже надо кому-то обслуживать. Глядишь, решили отцы-командиры, как-нибудь образуется и это, рано или поздно надоест, одумаются и сбреют свою буйную растительность. Главное – не показывать их на глаза кому-то из начальства повыше.

Но тут не шуточную тревогу забил замполит, который делая профилактический обход офицерского общежития, заглянул в комнату наших друзей. Заглянул и обомлел. Вся стена была украшена иконами, на столе красовались какие-то священные книги, свечи и прочая духовная атрибутика, а оба старлея вместо игры в карты или какого-либо иного невинного офицерского развлечения читали вслух какое-то священное писание внимательно внимавшим им гостям.


Даже распитие горячительных напитков на фоне фривольных картинок на стенах комнаты было бы в глазах замполита просто невинной детской шалостью, достойной отеческого порицания по сравнению с увиденным.


Такого вопиющего кощунства в стенах офицерской общаги истинный коммунист-ленинец, естественно, допустить не мог. Тайную вечерю бородачей-раскольников и примкнувших к ним неофитов замполит немедленно разогнал, пригрозив её участникам всеми доступными карами, а виновников, смущавших своими крамольными речами незрелые умы, на следующий день снова призвали в политотдел штаба полка к суровому ответу.


Но тут отцов-политработников ждал реальный облом. Ещё задолго до этого выяснилось, что наши герои ни разу не коммунисты и из комсомола давно выбыли по возрасту. В ответ на все увещевания, стенания и грозные посулы партполитаппарата они указали на соответствующую статью Советской Конституции, прямо и недвусмысленно говорившую о свободе вероисповедания в СССР. Вдобавок ими было справедливо замечено, что ни один устав Советской Армии не требует от офицера быть атеистом.


Все меры воздействия были испробованы. Обещание вконец обозлённого комполка засадить старлеев на гауптвахту надолго и всерьёз, было встречено ими со смирением, типа, Бог терпел и нам велел, пришло время и нам пострадать за веру. При этом рабы Божьи посулили отписать куда надо о притеснении их по религиозному признаку. В общем, командование полка зашло в тупик. О новых веяниях в идеологическом воспитании офицерского состава просочились нехорошие слухи, дошедшие до политотдела дивизии. В вышестоящих штабах пошло нездоровое оживление. Неудобные для командования и политработников полка вопросы пошли уже из штаба армии. Что делать? И тут отцов-командиров осенило.


Командир полка нажал на нужные кнопки в штабе армии. Там к словам уважаемого боевого офицера отнеслись с пониманием, вникли в ситуацию и через несколько дней обоих бородачей вызвали в штаб полка. Начальник строевой части ознакомил их с какими-то бумагами из штаба армии, предписывающими двух обладателей бород красоваться ими впредь на соответствующих должностях в группе советских войск в Германии. Конечно, если эти «барбудос» не возражают. Возмущений и возражений со стороны стойких ревнителей религиозной морали по поводу такого перемещения не возникло. Они с радостью согласились нести знамя истинной веры в массы отсталой в этом смысле Германии.


Так что в скором времени оба наших героя убыли в западном направлении к радости облегчённо вздохнувшего командования полка. Вот только все их иконы, святые книги и прочая атрибутика почему-то остались в гарнизоне. Да и украшавшая их лица растительность, как потом сообщили сведущие люди, тоже куда-то исчезла ещё до того, как они пересекли государственную границу. Не иначе стали атеистами по дороге.

АРМЕЙСКИЙ ШИФРОВАЛЬЩИК https://zen.yandex.ru/army_corder

Показать полностью
  •  
  • 390
  •  

Как офицер-шифровальщик завернул Ту-154 с комиссией мимо своего аэродрома

В своей статье «Главное – красиво встретить своего начальника» я писал о том, что после попытки внезапного визита с проверкой начальника восьмого отдела армии в мой полк, я подстраховался на будущее. Я отпечатал список всех своих начальников и офицеров их отделов от штаба воздушной армии до Генерального штаба включительно, кого знал, конечно. Один экземпляр отдал в дежурную смену КП, второй на КДП с твёрдым наказом: сообщать мне любым способом, в любое время дня и ночи, если кто-то из этих товарищей будет лететь в нашу сторону. Ибо нет ничего хуже, нежели внезапный визит незваных гостей, особенно твоих начальников.


После того приснопамятного случая прошло несколько лет. За всё это время тот список ни разу не понадобился. Но бдительности я не терял, и регулярно обновлял его.


И вот в один осенний день в моём шифроргане раздаётся телефонный звонок. Звонит начальник дежурной смены на «вышке».


– Слушай, ты как-то оставлял нам список твоих начальников, просил сообщить, если кто-то из них будет лететь к нам.


– Ну да. А что случилось? Вроде бы сегодня не ждём никаких бортов из штаба армии.


– Да не из армии. Летит гражданский борт Ту-154 из Владивостока, запрашивают у нас посадку. А на борту какая-то, как я понял, комиссия. И среди них есть фамилии из твоего списка.


– И какие же фамилии?


Когда дежурный назвал мне эти несколько фамилий, я чуть со стула не свалился, хорошо, что сидел. Комиссию эту возглавлял ни кто иной, как сам начальник Восьмого управления Генерального штаба генерал-лейтенант Сторч Н.В. Я мгновенно вспомнил, что на ТОФе в это время Генштабом проводилась какая-то глобальная проверка. Нас, фронтовую авиацию, она никоим образом не касалась, но как видно дела грозили принять совсем иной разворот.


Я живо себе представил, что будет после того, как этот Ту-154 сядет у нас, и вся эта футбольная команда десантируется на аэродром. Понятно, что сидеть пару-тройку часов в самолёте комиссия уж точно не будет, выйдет на свежий воздух. Тут же узреет штаб полка, и кто-нибудь да направится проведать мой шифрорган. Конечно, сам Николай Васильевич вряд ли пойдёт, не его это уровень, не по чину такому начальнику инспектировать какой-то там полк. Но вот кого-нибудь из своих нукеров послать может запросто. А оно мне надо? К такой проверке нужно готовиться хотя бы за месяц, вылизывать всё. А тут как снег на голову в июле. Это же зубры, которые не одну собаку съели на проверках; начнут смотреть, копать, обязательно что-нибудь да наколупают. И как я потом буду выглядеть? А отметиться в негативном свете на уровне Генштаба мне как-то не хотелось. Надо было срочно что-то делать.


– Слушай, и когда они должны сесть?


– Где-то минут через 40. Облачность сегодня, сам видишь, низкая, но садиться таким бортам ещё можно. Вот мы сейчас с метеорологами и советуемся, сажать или нет.


– Слушай, а нельзя ли эту облачность сделать как-нибудь пониже? Ну, ты понимаешь меня. Мне эта комиссия как нож в горло, да и командирам нашим она тоже ни к чему, одна нервотрёпка и лишние хлопоты. Как-никак генерал-лейтенант летит. Передай синоптикам, пусть уж постараются, за мной не заржавеет. Пусть лучше эти гости летят себе мимо. Здоровее будем.


– Ладно. Сейчас посоветуемся с нашими колдунами погоды. Я тебе позвоню.


На метеорологов у меня была сильная надежда, что поймут они меня правильно и не подставят. В конце концов, ребята там были нормальные, я с ними дружил. Ещё бы, ведь у них, как оказалось ещё в начале моей службы, была и своя шифровальная машина со всеми причиндалами, заложена на военное время. Я проверял их раз в полгода и даже один раз помогал чинить эту технику, благо её устройство очень походило на «морскую» шифровальную машину, которую я тоже изучал, хоть и готовился не во флот.


И синоптики, славные ребята, не подвели. Минут через десять позвонил дежурный с вышки и сообщил, что облачность уже недопустимо низкая для посадки. Поэтому они перенаправляют этот Ту-154 на другой аэродром. Полоса там для них подходит, и погода получше.


Так ли оно было на самом деле с облачностью, или ребята слукавили малость, идя навстречу моей просьбе, не знаю, уже как-то неудобно было спрашивать. Но свой коньяк они честно заработали.

АРМЕЙСКИЙ ШИФРОВАЛЬЩИК https://zen.yandex.ru/army_corder

Показать полностью
  •  
  • 125
  •  

Очень редкий немецкий истребитель Первой мировой войны

в

Halberstadt D.IV.

Модификация D IV оснащалась двигателем Бенц Bz.III (150 л. с.) и двумя синхронными пулеметами. Бипланная коробка одностоечная. Характеристики заметно повысились, но из-за нехватки моторов эта машина была построена всего в нескольких экземплярах. Небольшое количество таких самолетов было поставлено в Турцию, но летали на них немецкие пилоты.


Производственные мощности "Хальберштадт Флюгцойгверке" были незначительными, поэтому к выпуску самолетов были подключены фирмы "Ганноверше" и "Авиатик". Выпуск "хальберштадтов" продолжался до весны 1917 года, после чего их сняли с производства из-за того, что по своим летным характеристикам они значительно уступали "альбатросам". Всего построено 96 экземпляров D.II, 54 D.III и 90 D.V. 33 "пятерки" в том же году были переданы Турции. Также турки получили несколько экземпляров D.II.


Данный борт находится в Omaka Aviation Heritage Centre, аэродром Омака, Бленхейм, Новая Зеландия

  •  
  • 41
  •  

Прям необъяснимое-невероятное случилось на днях с этим самолетом

в
Прям необъяснимое-невероятное случилось на днях с этим самолетом Авиация, Гражданская авиация, Ан-74, UTair

Да, это не фотошоп и он реально существует. Это грузовой Ан-74-200, принадлежит Utair.


1 декабря 2018 года Ан-74, что на снимке, вылетел из аэропорта Купол (месторождение в Чукотском АО) в Магадан начал набирать высоту и ... началась мистика.


Сначала на скорости 370 км/ч сработало предупреждение, что превышена скорость 500 км/ч. Экипаж снизил скорость до 345.


И внезапно самостоятельно вылезли 5, 6 спойлеры на правом крыле и самолет вошел в неуправляемый разворот.


Потеряв высоту до 7 км экипаж сумел стабилизировать самолет и тут ... заглох левый двигатель. Но показания двигателя оставались в норме.


Экипаж решил, что с него хватит мистики на сегодня и вернулся в аэропорт вылета для аварийной посадки. Никто не пострал.


P.S.: Добавим мистики. Говорят, что это все уже происходило в одной из серий Air Disasters снятой пару лет назад.


Источник Телеграм Канал Гражданская Авиация

Показать полностью
  •  
  • 949
  •  

Кризис среднего возраста

Впервые прыгнул с парашютом в 39 лет.

Что-то тогда в дружеской компании неожиданно выяснилось, что большинство собеседников в юности занимались в парашютной секции, сделали, кто один, а кто – три прыжка. Я подумал: «Мечтал же в детстве с парашютом прыгнуть. А если не сейчас – то когда?»

Узнал, что в Егорьевском районе есть аэродром, на котором по выходным организуют прыжки для желающих. Приехал в это Костылево. Стоило это удовольствие тогда рублей четыреста, что ли.

Думал – разок, и хватит. Но получилось не так. Потому что очень сильно испугался в этот свой первый раз.

Вот сижу я тогда в самолёте на прочной жёсткой металлической скамейке. Под ногами – надежный пол. А выходить предстоит просто в никуда.

Люк открыт. И мне видна там далеко внизу земля, ниточки дорог, машинки - как муравьи, лес – как трава, а людей вообще не разглядишь.

И предстоит выходить из такого прекрасного надёжного самолёта просто в это самое никуда.

Коленки не дрожали. Страх был в районе желудка. Невообразимый! Никогда раньше неиспытанный. Когда в армии отказался дедушке кровать заправить, то меньше боялся. Хотя, на самом деле, для здоровья это было гораздо опаснее.

И вот, смотрю я в этот раскрытый люк, и знаю, что сейчас от прыжка откажусь. И никто меня выталкивать не будет.

Просто вернусь на аэродром в самолёте.

Такие случаи бывают.

Ничего особенного.

Деньги мне не вернут. Нас об этом предупреждали. Ну и хрен с ними!

И вот я в этом самолете уже почти решил, что не буду прыгать, а останусь сидеть на этой прекрасной скамеечке, вцепившись в неё побелевшими от напряжения пальцами, и замечательно так буду сидеть до самого приземления, когда самолет, подпрыгивая на кочках, прокатится по грунтовой взлётно-посадочной полосе, и развернётся, и лётчики выйдут из кабинки в салон, откроют мне люк, откинут лесенку, пропустят вперёд, и техник подаст мне руку, а я не приму этой его помощи, а ловко выпрыгну, минуя лесенку, на такую замечательную землю, и мне будет безразлично, - что про меня говорят и думают лётчики, инструкторы, парашютисты, потому что я сяду в машину и уеду, и никто меня не сможет заставить приехать сюда снова.

Кроме меня самого.

Потому что еще я знаю, что там - на земле - буду клясть себя, что не прыгнул. Буду смотреть в небо, которое было так близко, а я не воспользовался этим случаем, чтобы в это небо шагнуть.

И я снова приеду сюда. Но в следующий раз перебороть страх будет труднее. Потому что дорожку-то возвращения в самолете я уже сейчас проторю.

Вот как-то так я думал, заворожено глядя в открытый люк, и ожидая команды выпускающего.

А он на первом круге выкинул грузик с парашютиком, чтобы посмотреть – куда его отнесёт.

На втором – выпустил «пристрелочного» парашютиста, который тоже «перворазник», но уже совершал несколько прыжков.

А я всё это время трясся от страха.

И только потом он скомандовал: «Первая пятёрка приготовиться!»

Мы встали.

Я шел вторым.

Уткнулся глазами в спину первого, чтобы ничего больше не видеть, и вывалиться сразу за ним.

Но инструктор, уперевшись ладонью мне в грудь, придержал меня.

Он посмотрел, как вышел первый, как раскрылся его парашют, и только потом сказал мне:

- Пошёл!

Я ткнул рукой в сторону открытого проёма, за которым ничего не было, и спросил:

- Туда?

Он засмеялся и кивнул.

Вообще-то нас перед этим полдня инструктировали.

Перворазники подъезжали и подъезжали. А подъемов не было. Ждали – когда ветер стихнет.

И время от времени то один, то другой инструктор собирал всех, и рассказывал, - что и как.

Как выходить.

Надо руки прижать к груди, сделать шаг, и ноги сжать вместе.

Как проконтролировать раскрытие парашюта.

Что купол должен быть ровным и круглым.

И что делать, если его стропой перехлестнёт.

В каких случаях открывать запасной.

И как его открывать.

Как контролировать обстановку при спуске. Чтобы не столкнуться с другим парашютистом.

Как управлять парашютом.

Как приземляться.

Как собирать парашют.

Они повторялись. Но мы всех внимательно слушали.


Один парень, помню, спросил у женщины-инструктора:

- А если что-нибудь забудешь?

Она махнула рукой:

- Там времени достаточно. Вспомнишь!

- А вдруг что-нибудь случится?!

Она успокоила:

- Никогда ничего не случается…


И вот теперь, в самолёте, я спросил:

- Туда?!

Выпускающий засмеялся и кивнул.

Разинув рот в немом крике, растопырив ноги и руки, вывалился за борт. Потоком воздуха закрутило так, что перед глазами невероятно быстро мелькали поле аэродрома, небо, лес, удаляющийся самолет, снова лес и снова небо.

Если бы я на выходе прижал руки к груди и сжал вместе ноги, то падал бы ровно, как капелька. А я же растопырился. Вот и крутануло.

Успел подумать: «Йёооо… Как же тут чем-то управлять-то…»

И тут почувствовал хлопок раскрывшегося парашюта, и почти сразу лямки подвесной системы врезались в промежность.

Это было не очень удобно. Но это была опора. И было уже совсем не страшно.

Рев двигателей самолета удалялся.

Простор, открывшийся мне, оглушал.

Вспомнилось встреченное в какой-то книжке слово – «окоём». То есть то, что вмещается в око. То, что можешь охватить взглядом. Этот окоём был невероятно просторен. Небо было рядом и вокруг меня, и немножко ниже. Казалось даже заметно, что Земля круглая.

Я вертел головой, чтобы увидеть больше, и всё запомнить.

Потому что не собирался снова лезть с парашютом в самолет и снова чувствовать там свой сжимающийся от жуткого страха желудок.

Хотелось петь, или просто орать. Это нормально. Это у многих так.

Между тем, земля приближалась.

Тут понял, что мне уже давно снизу орут в мегафон:

- Второй в первой пятёрке! Правую тяни!

Это я же был второй в первой пятёрке. И это мне надо было потянуть правую бобышку управления, чтобы развернуться лицом к ветру для более мягкого приземления.

Вообще предпочтительнее, чтобы перворазники всегда сразу разворачивались лицом к ветру, чтобы их меньше сносило. Я про это ещё потом, может, расскажу. И как однажды умничал и не слушался команд с земли.

А сейчас потянул правую, развернулся к ветру.

А инструктор снова кричит:

- Второй в первой пятерке! Ноги на приземление!

Это я должен ноги сдвинуть вместе, и слегка согнуть их в коленях.

Выполнил команду, и смотрю вниз.

А земля приближается всё быстрее! И ещё быстрее! И ещё!..

Только успел подумать:

- Бля! Она меня как сейчас ёбнет по ногам!

И она действительно – каак ёбнула по ногам! (хм... не заменить ли «ёбнет» на «вдарит» И «Бля» надо придумать, чем заменить, чтобы так же коротко и эмоционально)

Повалился я. Купол гасить не пришлось – он как-то сам опал.

И вот лежу на спине, раскинув руки и ноги.

И мне так хорошо!

Так хорошо…

И тут вспомнил, что с самолета на нас смотрят. Смотрят до самого приземления, и после приземления. И эта моя теперешняя поза, когда я лежу с раскинутыми ногами и руками, означает, что мне требуется помощь. Я вскочил, и помахал самолёту рукой. Так надо было сделать сразу.

Потом собрал парашют «косичкой», как учили на инструктаже, и пошел его сдавать.

И тут ещё вспомнил!

Вспомнил, что неправильно вышел. И крутило меня из-за этого.

Что после раскрытия парашюта не осмотрел купол.

Что, спускаясь под куполом, не смотрел – где находятся другие парашютисты, и нет ли опасного сближения с ними.

Что не смотрел вниз – не опускаюсь ли на другой купол. (Хоть и в первой пятерке, но всё равно – надо было посмотреть.)

Что поначалу не слышал команд с земли.

В общем – всё сделал неправильно, и всё это надо было переделать…

За следующие два месяца сделал 14 прыжков. Где-то на шестом заметил, что страха уже нет, а мысли только о том, чтобы сделать всё правильно – и выход, и спуск, и приземление. Потом, забросил это дело, но через десять лет свозил туда сына и сам спрыгнул с ним за компанию.

Выйти «на поток» и сейчас смогу.


Немолодой

https://www.anekdot.ru/id/985845/

Показать полностью
  •  
  • 554
  •  

Как полковой офицер-шифровальщик воспитывал ябеду из политотдела

Я был уже достаточно зрелым офицером-шифровальщиком, когда перешёл из маленькой режимной авиационной части в полк истребителей-бомбардировщиков.


Меня срочно откомандировали туда, поскольку тамошнего начальника шифроргана тоже срочно переводили, а оставлять полк без начальника шифроргана в ту пору было весьма чревато. Поэтому первые месяцы я был в полку на правах вольноопределяющегося. Ну, а уже позднее меня официально закрепили в должности ПНШ по спецсвязи. Решил остаться, мне там понравилось больше; служба хоть и более напряженная, но интересная.


Первое время, пока народ меня еще не знал, я приходил и уходил, когда мне было нужно. Нет, не подумайте, что я отлынивал от службы. Скорее наоборот, так как только вникал в суть дел. Но вот всякие полковые построения я старался избегать, страсть как их не любил. Пользы мне от них никакой, одна потеря времени.


А незадолго до этого в стране ввели пятидневную рабочую неделю, в том числе и в армии. В моей прежней части в субботу офицеры, кроме дежурной службы отдыхали, а в этом полку субботнее утро начиналось с полкового построения.


Несколько месяцев мои субботние неявки никто не замечал, но как только я стал официальным ПНШ и не явился первый раз, меня в первый же понедельник взъерошил наш начальник штаба.


– А что это вас, товарищ старший лейтенант, в субботу не было на построении?


– Дык, суббота, товарищ капитан, вроде вообще выходной. Но на рабочем месте я-то был почти весь день.


– Какой выходной? Что б в субботу был на построении как все.


– Понял.


Но следующий «субботник» я опять внаглую проигнорировал. И тут уж мне влетело от нач. штаба довольно не хило. Пришлось, конечно, ходить. Но я задумался. А что это начальник штаба вдруг заметил моё отсутствие в строю после того, как несколько месяцев кряду не замечал? Стал аккуратно интересоваться у народа. А мой начальник секретной части возьми, да и подскажи. «Так это вас заложил «комсомолец» из политотдела, – была там такая должность, какой-то суперответственный за работу с комсомольцами, пронырливый и скользкий тип, имевший привычку закладывать своих же офицеров, за что его почти все не уважали, – на вопрос начштаба «все ли на месте?», он выкрикнул, что все, только вас, мол, нет».


Так, теперь понятно, откуда ветер дует. Ну ладно, ябеде да воздастся. Даю команду секретчику: как только этот комсомолец получит у тебя в секретке свою рабочую папку, сразу звонить мне и сообщать условной фразой.


Этот день не заставил себя ждать. Через пару-тройку дней слышу в трубке условную фразу. Тут же выставляю своего сержанта-шифровальщика в коридор с наказом сообщать мне, если только комсомолец выйдет из своего кабинета без рабочей папки. И здесь ждать пришлось не слишком долго. Встаю, иду в общий политотдел, где трудится в поте лица наш ябеда. Кроме него там размещаются еще несколько офицеров. Картина маслом: рабочая папка на столе, не опечатанная, его самого, конечно, нет. «Так, товарищи офицеры, – обращаюсь к политотдельцам, – чья это папка?» Те, понятное дело, называют её хозяина. Ждём хозяина, к папке я даже не притрагиваюсь. Тот вскорости является.


– Ваша рабочая папка, товарищ капитан?


– Да, а что?


– Первое. На каком основании вы, покидая помещение, оставили её, даже не опечатав? Второе. Вы эту папку кому-нибудь передали под охрану, оформили это письменно как положено? Нет? Открывайте, вынимайте все документы.


Смотрю опись его документов, сверяюсь с реальным наличием.


– Так, два документа вами в опись не внесены. Еженедельные проверки проводятся нерегулярно. А где ещё один документ? (До захода в политотдел я взял в секретке список выданных ему документов.) Передали коллеге? Без расписки? Достаточно. Собирайте папку, несите её в секретную часть, сдавайте документы и готовьтесь к зачёту, который я буду у вас принимать по вашей готовности. Про работу с документами пока придётся забыть.


– Мне работать надо, а вы мне мешаете. Я буду жаловаться замполиту.


– Пожалуйста, ваше право. Только не забудьте сказать ему, что помимо своих нарушений и предпосылки утраты документа вы подставили его самого тем, что не представляете ему документы раз в неделю на проверку, как это делают все офицеры. Так что жалуйтесь.


В общем, сдал он мне этот зачёт со второй или третьей попытки. А за это время успел получить люлей от своего начальника, который, конечно же, узнал о подвиге «комсомольца». Замполит был «летающим», нормальным офицером, и таких субъектов сам недолюбливал. Плюс ко всему капитан имел приятную беседу в кабинете начальника штаба после моего рапорта. Полковой особист тоже не прошёл мимо, отловив героя в коридоре; разговор был недлинный, но малоприятный. И как вишенка на торте прозвучала его фамилия на ежемесячном полковом подведении итогов в разделе «состояние режима секретности», понятно, что не в числе награждаемых. В общем, прилетело ему со всех сторон.


Ну, а добрые люди с подачи моего секретчика объяснили незадачливому терпиле, что основной причиной всех свалившихся на него бед явился его же длинный язык. Больше "комсомольского" голоса в строю никто не слышал. Иной раз лучше помолчать, может и сойдёшь за умного.

АРМЕЙСКИЙ ШИФРОВАЛЬЩИК: https://zen.yandex.ru/army_corder

Показать полностью
  •  
  • 423
  •  

Bristol Beaufighter: первый истребитель с РЛС.

Наткнулся на интересный факт касающийся второй мировой войны. Делюсь.

Bristol Beaufighter – британский двухместный тяжелый истребитель (ночной истребитель), который в годы войны использовался также как торпедоносец и легкий бомбардировщик. Самолет был по настоящему многоцелевым, но вошел в историю главным образом по той причине, что стал первым серийным боевым самолетом в истории, на борту которого появилась РЛС. Наличие бортовой РЛС было характерно для версии Bristol Beaufighter Mk IF, которая достаточно успешно использовалась в роли двухместного ночного истребителя. 

На момент начала Второй мировой войны именно Великобритания была одним из главных лидеров в области радиолокации. Вооруженные силы этой страны на тот момент имели возможность использовать разветвленную сеть РЛС предупреждения о воздушном нападении, радары достаточно массово применялись на боевых кораблях ВМС Великобритании, в авиации и в ПВО. Именно британские вооруженные силы одними из первых в мире начали использовать радары в военное время, во многом предопределив развитие радиолокации на долгие годы вперед. 

Первая авиационная РЛС, получившая обозначение AI Mark I , была принята на вооружение уже 11 июня 1939 года. Из-за большого веса (порядка 270 кг) и достаточно больших размеров, а также по той причине, что для ее обслуживания требовался дополнительный член экипажа, радиолокационная станция могла устанавливаться только на тяжелых истребителях-перехватчиках Bristol Beaufighter, которые были созданы на базе бомбардировщика-торпедоносца Bristol Beaufort . Именно на тяжелом истребителе Beaufighter британцы проводили испытания новой системы, из всех типов самолетов, которые на тот момент находились в распоряжении Королевских ВВС, именно эта машина подходила для этого лучше всего. 

Показать полностью 6
  •  
  • 27
  •  

Авиация (художник: Harumiya1988)

в
Авиация (художник: Harumiya1988) Kantai Collection, Аниме, Anime Art, Fairy, u-511, Prinz Eugen, Авиация, Длиннопост

Kyushu J7W1 Shinden и Mitsubishi J2M Raiden.

Авиация (художник: Harumiya1988) Kantai Collection, Аниме, Anime Art, Fairy, u-511, Prinz Eugen, Авиация, Длиннопост
Показать полностью 3
  •  
  • 25
  •  

Douglas A-1 Skyraider - поршневой анахронизм реактивной эры.

в

Кинул Youtube занятную и залипательную нарезку в рекомендации, думаю стоило поделиться.


Дуглас A-1 «Скайрейдер»  — американский штурмовик, разработанный фирмой Дуглас в 1940-х годах. Считавшийся морально устаревшим в эру реактивной авиации, поршневой «Скайрейдер» четверть века состоял на вооружении ВВС и ВМС США.

- Пилоты "Скайрейдеров" могли чувствовать жар от сброшенных бомб с напалмом.

- Штурмовик мог нести бомбовую нагрузку больше, чем B-17 "Летающая Крепость".

- И, что занимательно, было одержано две победы в догфайтах над МиГ-17 во начале Въетнамской войны.


Ну и фото с Ошкоша в догонку:

Показать полностью 1
  •  
  • 77
  •  

Bahrain International Airshow 2018

в

Вот наконец дошли руки скинуть фотки прошедшего недавно в Бахрейне авиашоу на авиабазе Сахир.
Немного о шоу, оно проходит тут раз 2 года, как МАКС в России, это событие довольно популярное тут, так как развлечений в Бахрейне не особо много и на данном шоу можно встретить много друзей и знакомых. Входной билет стоит 10 BD (1800 рублей), но оно даёт вам доступ исключительно в public zone, т.е публичную зону где практически ничего нет. За исключением фуд корта, тройки вертолетов и трибуны перед полосой.
Если вы хотите попасть в закрытую часть, то вам надо добыть вот такой пропуск, в бизнес зону. Получить его можно только через знакомых, так как официально они не продаются.

Bahrain International Airshow 2018 Airbus A320, Airbus A380, Boeing 787 Dreamliner, Авиашоу, Бахрейн, Ssj-100, Су-30, Авиация, Длиннопост
Показать полностью 21
  •  
  • 36
  •  

Секретные разработки УАЗа

Секретные разработки УАЗа
  •  
  • 1877
  •  

Подушки EMAS спасли жизни пассажиров

в
Подушки EMAS спасли жизни пассажиров Авиация, Безопасность, Происшествие, Гражданская авиация, Видео, Длиннопост

Вчера, в США B737 АК Southwest рейс Окленд-Бербанк сел в аэропорту Бербанка и ... не смог остановиться. Вылетел за пределы полосы и завяз в EMAS (специальное покрытие улавливаюшее самолеты).

Показать полностью 3 1
  •  
  • 556
  •  

(007/366) 07 декабря День гражданской авиации

(007/366) 07 декабря День гражданской авиации ПроектКалендарь2, Гражданская авиация, Авиация, С праздником, Рисунок, Иллюстрации
Показать полностью
  •  
  • 561
  •  

7 декабря - международный День гражданской авиации

в
7 декабря - международный День гражданской авиации
  •  
  • 43
  •  

Рашпер

в

Со стороны ваш полет в реактивном джете выглядит куда эффектней, чем в тесноте салона. Помните об этом, сипло отвечая на "Курица или рыба?". Для стороннего наблюдателя рашпер, оставленный в небе вашим самолетом, просто прекрасен, а люди, сопящие в две дырки у прохода, - небожители. Старайтесь соответствовать, возле иллюминатора держите профиль гордо, в тубзик идите с достоинством. Летите над суетой.


Взято у Вадима Денисова

https://www.facebook.com/photo.php?fbid=1211717038975253&amp...

Рашпер Авиация, Закат
  •  
  • 43
  •  

Взлёты пассажирских лайнеров в плохую погоду

в

Аэропорт Лондона Гатвик во время урагана "Диана"

  •  
  • 37
  •  

Что-то неуловимое выдавало в нем разведчика ©

в
Что-то неуловимое выдавало в нем разведчика © Кригсмарине, Обман, История, Вторая мировая война, Флот, Длиннопост, Авиация

Казалось бы, на фото - обычные трудо-выебудни британских моряков времен Второй Мировой. Члены экипажа военного судна бойко обсуждают что-то, стоя около катапультного самолета-разведчика. И только пристальный глаз заметит, что не все так просто...


"Британский" самолет в действительности - японский "Накадзима" E8n, закамуфлированный под британца:

Показать полностью 2
  •  
  • 89
  •  

Когда повезло

Когда повезло Самолет, Трамвай, Авиапроисшествие, Авиация

Самолет Lockheed L-049-46 Constellation авиакомпании Transcontinental & Western Air  (сейчас не существует) совершал рейсовый полет из Лос-Анджелеса в Нью-Йорк, с промежуточной посадкой в Чикаго. На прибытии в этот самый Чикаго, диспетчеры начали исполнять настоящий кадриль. Первая команда - разворачивайтесь по метеоусловиям и двигайтесь на Омаху. Туда капитан ВС и последовал. Но тут новый прикол, борт направляют на аэродром Канзас-Сити. Хорошо, принято. Буквально перед посадкой в означенном центре Канзаса, поступает новая весточка- немедленно летите сейчас на Чикаго, туман развеялся, нечего терять время (ну и нас запаривать лишними расходами). Самолет, дай ему Бог, и это преодолел, долетел до своего чекпоинта Чикаго и благополучно в тумане сел на шоссе, не добравшись до ВПП. Результат на фото. Никто не погиб. Виноватым признали экипаж, скорость не выдержал при посадке, не учел ветер и долбое.. , а не, это не причина.


Ну зато трамвай и самолет в одном фото

  •  
  • 467
  •  

История первого серийного советского вертолёта Ми-1

в

70 лет назад, 20 сентября 1948 года, впервые в воздух поднялся вертолет Ми-1. Данная винтокрылая машина, которая в натовской кодификации получила обозначение «заяц», стала первым серийным советским вертолетом. Разработанный в конце 1940-х годов многоцелевой вертолет Ми-1 серийно выпускался в Советском Союзе с 1952 по 1960 год.

История первого серийного советского вертолёта Ми-1 Вертолёт, Ми-1, Авиация, Фотография, Текст, Армия, Копипаста, Длиннопост
Показать полностью 7
  •  
  • 102
  •