Войти
Войти
 

Регистрация

Уже есть аккаунт?
Полная версия Пикабу
DoktorLobanov  
Пикабушник 2 года 9 месяцев 1 неделю 1 день
  • 782055
    рейтинг
  • 12211
    комментариев
  • 260
    новостей
  • 259
    в "горячем"
  • Поставил 2678 плюсов и 82 минуса
  • Отредактировал 1 пост
  • Проголосовал за 2 редактирования

Без слов

Несколько лет назад моя знакомая Настя устроилась на работу в медицинский центр реабилитации. Сманили её туда из детского коррекционного центра, где Настя долго трудилась логопедом. Предложили хорошую зарплату, интересную работу, карьерный рост и прочие плюшки. Настя пила чай у нас на кухне и делилась первыми впечатлениями. Мол, и полегче на новой работе, все-таки не дети, а взрослые. И зарплата опять же приятно греет. Короче, перспективы радужные.

А через полгода Настя с новой работы сбежала. На той же кухне моя жена отпаивала её коньяком, и мы слушали совершенно другие истории.

Михаилом родители гордились. Студент первого курса престижного вуза, титулованный спортсмен-боксер, не пьет, не курит. Девятнадцать лет, вся жизнь впереди. На одной из тренировок после серии ударов спарринг-партнёра, Михаил почувствовал себя не слишком хорошо, присел на скамейку у стены.

- Что, голова закружилась? – наклонился над ним тренер.

- Да, пропустил пару ударов, ничего, сейчас пройдёт, - отмахнулся Михаил.

- Точно помощь не нужна?

- Не нужна, - с беспечностью никогда серьёзно не болевшего человека, подтвердил Михаил.

Тренер отошёл к другим боксерам, а Михаил остался сидеть на скамейке. Минут через двадцать тренер вспомнил про него, оглянулся, но Михаила уже не было.

«Наверное, в раздевалку пошёл, - решил тренер.

У него тоже не мелькнула мысль, что с тренированным здоровенным парнем может что-то случиться.

Смеркалось. По заснеженной улице в свете редких фонарей шел полуголый человек. Он был босиком, в спортивных трусах и майке с логотипом известного клуба единоборств. Немногочисленные прохожие шарахались от его дрожащей фигуры, кто-то уже звонил в скорую, кто-то в милицию. Человек растерянно оглядывался по сторонам, он явно не понимал где он находится и что дальше делать.

Наконец он свернул с тротуара и под визг тормозов, рев клаксонов принялся пересекать четырехполосную проезжую часть. На противоположной стороне его повязали доблестные сотрудники ГАИ.

- Что курил, спортсмен? – хмуро спросил один из них.

- Может дряни какой хлебнул? – предположил его напарник.

- Не пахнет, - покачал головой первый. – Звони в скорую.

«Спортсмен» испуганно глянул на него. Попытался ответить, но членораздельные слова у него не получились, и задержанный только жалобно замычал.

На этом карьера Михаила закончилась. В его мозгу девятнадцать лет пряталась аневризма, которая никоим образом себя не проявляла. Но именно в этот день после серии ударов стенка сосуда не выдержала.

Спарринг-партнера, который нанёс Михаилу роковые удары, и тренера потом пробовали таскать различные интересующиеся товарищи, но доказать ничего не смогли. Какой уж тут злой умысел, когда об аневризме не знали даже родители Михаила.

Скорая прибыла вовремя. Срочная операция, убравшая гематому, которая сдавливала участок мозга, несколько дней в реанимации. Длительная реабилитация.

В настоящее время Михаилу двадцать лет. По интеллекту – не больше года. Память – как у аквариумной рыбки. Отвлёкся – забыл. Базовые инстинкты остались, но вместо речи – только мычание. Собственно для того, чтобы научить пациента хотя бы азам, хотя бы ряду простейших слов и подключили Настю.

Настя Михаилу нравится. Всё-таки он здоровый телом двадцатилетний парень, и половые инстинкты у него доминируют. Тянет к ней руки, пытается обнять. А когда Настя уворачивается – злится, плачет, несколько раз замахивался, пытаясь ударить. А ведь он боксер с большой коллекцией медалей.

В его группе ещё два молодых парня с похожими проблемами. Один – деревенский, его лягнула в лоб строптивая лошадь (в очередной раз убеждаюсь, что надо держаться от лошадей подальше). Второй – представитель золотой молодёжи, душа байкерской компании. Упал на скорости больше сотни. Защита спасла, шлем почему-то не выдержал.

Настю любят. Приветствуют одинаковым хоровым мычанием. Михаил молчит. Он каждый раз знакомится с Настей с чистого листа. Потом привыкает, начинает осторожно касаться одежды, гладить по руке. Это знак, пора звать санитаров. Скоро его попытки станут настойчивей.

Далеко за полночь Настя успокоилась и уехала на такси домой. А я начал искать адрес ближайшего медицинского центра. Пройду-ка я на следующей неделе обследование. УЗИ там всякие, МРТ, энцефалограмму. На всякий случай. А то всякое бывает.

Без слов Медицина, Мозг, Спорт, Логопед
Показать полностью 1
  •  
  • 894
  •  

Почти как Тайсон

Моему соседу Мишке было лет четырнадцать, когда он не на шутку увлёкся боксом. Жили мы с ним в небольшом белорусском городке, половину населения которого составляли рабочие гигантских заводов. Город делился на районы, ходить в чужой район иногда было неприятно. Могли встретиться несколько вежливых молодых людей с классическими вопросами. В такой обстановке только редкие любители риска увлекались мирными видами спорта вроде шахмат или фигурного катания. Большая часть подростков массово посещали секции восточных единоборств и знаменитую на всю республику кузницу боксерских кадров. Кузнеца этих самых кадров классически звали Петрович, и он нынче весьма известный в стране и в спортивных кругах человек.

Мишка преуспевал, был любим тренером и вскоре уже сам не стеснялся спросить у вежливых молодых людей с какого они района. Но рассказ сейчас не про это.

Как у всякого увлекающегося подростка, у Мишки появились свои кумиры. Над кроватью в своей комнате он приклеил плакаты с Мохаммедом Али, Джо Фрейзером и Майком Тайсоном. Али повергал в нокаут очередного противника, Фрейзер бил Али, а Тайсон улыбался всеми своими многочисленными железными зубами. Особенно Мишке нравился Тайсон. Был он какой-то «свой». Простой парень из заводских трущоб, хулиган, трудный подросток. Мишка и сам был таким. Поэтому старался подражать кумиру во всем. На полном серьёзе мечтал о том, чтоб ему выбили пару зубов. Тогда он вставил бы железные. Как у Майка.

В тюрьме сидеть, как кумир, Мишка не собирался. Но как-то шел по улице с тренировки, смотрит – в кустах сидит потрепанный кошкой голубь. Нахохлился, крыло порванное, сам едва дышит. И вспомнил Мишка, что кумир его души не чает в голубях. Снял с себя куртку и с некоторым трудом отловил страдальца. Принес домой и начал выхаживать.

Родители и брат с сестрой покрутили пальцами у виска. Но Мишке было пофиг. У него появился голубь. Как у Тайсона. То, что Тайсон разводил каких-то породистых дорогих птиц, а соседу достался обыкновенный сизарь, Мишку мало волновало. Он выкраивал из своих карманных денег немаленькие суммы на ветеринарные лекарства, покупал какой-то там специальный корм. Отгородил в комнате угол, застелил пол газетами. Голубь, названный естественно «Тайсоном» жирел на глазах. Сначала он шарахался от соседа, потом привык, приручился и начал в наглую требовать пожрать. Вы когда-нибудь слышали, как эти твари орут, когда что-нибудь требуют? Я вам со всей ответственностью заявляю – Громко!

Кроме того – голубь-не попугай. Гадил он исправно и много. Мишке приходилось менять газеты для подстилки каждый день. Сначала он справлялся подшивками, хранившимися у матери в чулане, потом выпрашивал газеты у соседей, в конце концов, докатился до воровства свежей прессы из почтовых ящиков. Короче – голуби, это первый шаг к преступлениям. Доказано Тайсоном и Мишкой.

Голубь обнаглел в край. Придёшь к Мишке в гости, а эта зверюга уже карабкается тебе на плечо, ищет что-то в ухе. А он совсем не канарейка – тяжёлый, когти как у Крюгера. Или примется курлыкать в пять утра. Просыпается Мишка, просыпаются все в его квартире, просыпаются соседи. И запах…

Крыло у Тайсона быстро зажило, и однажды утром эта неблагодарная тварь улизнула через открытую форточку. Сколько голубя не корми – он всё на помойку смотрит. Мишка попытался обвинить в потере любимца родителей и брата, но у тех было алиби. Железное, как зубы Майка.

Мишка был безутешен. Несколько вечеров он ходил по двору, искал Тайсона, приставал к группкам мирно пасущихся сизарей. Голуби убегали и улетали от него возмущенно курлыкая и ругая на чем свет стоит проклятого птицефила. Мишка ходил мрачный. Его любимец свалил в закат, оставив кучу зловонных газет, годовые запасы корма и грустные воспоминания.

Прошло недели три. Мишка потихоньку смирился с потерей, родители вздохнули с облегчением. И вот как-то приходит Мишка со школы, открывает дверь в квартиру, а там – форменный дурдом. Тайсон вернулся тем же путем, что сбежал. То есть через открытую форточку. И не один, а с приятелями. Приятелей, по воспоминаниям Мишки и по количеству оставленных «приветов» было полсотни, не меньше. Когда Мишка вошёл, вся эта орава в панике принялась метаться по квартире, орать, гадить, биться в стекла, сносить со столов посуду, со стен – фотографии, с потолка люстру, с подоконников – горшки с мамиными цветами.

Фильм Хичкока «Птицы» помните? Пробиваясь к окну, Мишка ощутил что-то подобное. Голуби врезались ему в лицо, царапались, клевались. Кое-как добрался, распахнул настежь обе створки. И безумная голубиная стая, с птичьими матюками устремилась в небо. Очень красивое зрелище, скажу я вам.

Квартиру пришлось отмывать неделю. А запах голубиного помёта не выветривался ещё с месяц. К Тайсону и его увлечениям с тех пор Мишка немного поостыл. Даже плакат со стены снял. Вместо него повесил Эвандера Холифилда. Наверное, поэтому вернулся из армии без части уха. А нечего изменять кумирам.


Павел Гушинец (DoktorLobanov)

Авторская группа https://vk.com/public139245478

Почти как Тайсон Тайсон, Голубь, Длиннопост

Уважаемые читатели. Начало 2019 года оказалось весьма продуктивным:

- в марте белорусское издательство «Четыре четверти» приняло решение переиздать первые три книги Доктора Лобанова («Годы в белом халате», «Мысли из-под фуражки» и «Сообразим на троих» (только моя часть»)) и выпустить их в продажу в минские книжные магазины.

Почти как Тайсон Тайсон, Голубь, Длиннопост

- в начале марта в московском издательстве «Де Либри» вышла наконец-то долгожданная и выстраданная книга «Война девочки Саши». В первую же неделю большая часть тиража была раскуплена. Внезапно подключились каналы белорусского телевидения, сети книжных магазинов и несколько газет. Короче, почувствовал себя звездой.

Почти как Тайсон Тайсон, Голубь, Длиннопост

- кстати о звёздах. В апреле 2019 в минском издательстве «Звезда» вышла моя вторая детская книга «Папа, расскажи про меня историю». На начало зимы запланирована третья «Приключения Буки». По-прежнему не могу решить – я детский или взрослый писатель.

Почти как Тайсон Тайсон, Голубь, Длиннопост

- на май месяц в том же издательстве «Четыре четверти» планируется выпуск четвёртой книги медицинских сборников «Пора в отпуск» и началась работа над финальной книгой под рабочим названием «Сборник номер пять».

Почти как Тайсон Тайсон, Голубь, Длиннопост

Спасибо всем, кто поддерживал меня в проектах, морально, материально и физически)) Без вас у меня бы ничего не получилось. Искренне ваш, DoktorLobanov

Показать полностью 5
  •  
  • 1356
  •  

Обрывки

То, что вы сейчас прочтёте, это и не рассказ вовсе. Это так, обрывки какие-то. Иногда прилетит в голову шальная мысль, какой-нибудь образ. А ты не готов. Ты в кино с девушкой, за рулём в командировке, или вовсе на годовом отчетном собрании перед учредителями компании. Запишешь торопливо мысль в блокнот, или на том, что под руку попадётся. Думаешь – потом сделаю из этого рассказ. А через минуту настроение уходит, потому что девушка требует внимания, в командировке ты устал или учредитель поинтересовался, чего это его любимый фармацевтический проект в вашем регионе притормозил. А обрывок повисает бесполезными кривыми строчками. И выбрасывать его жалко, и применить некуда.

Копились у меня такие обрывки, кочевали из черновика в черновик. Наткнёшься на какой-нибудь, перечитаешь. Вроде бы и мысль интересная, а чувство пропало. Вздохнёшь и отложишь в сторону. На потом. Вот наступят выходные, пойду в отпуск, выйду на пенсию, и тогда….

А недавно я махнул рукой и решил для себя – все, ничего уже не будет. Я и не помню, в чем смысл некоторых обрывков. Не будет из них полноценных рассказов. А чтоб не висели они в пустоте, жалуясь друг другу на мою безалаберность, собрал я их в одном…, пусть будет в одном безумном очерке. Этакая каша из мыслей, образов, сцен. Порядка в них не больше, чем у меня в голове, или в комнате у моей дочери.

Пусть будут. А то, честное слово, жалко выбрасывать.

Заранее прошу прощения, я в этом рассказе иногда буду материться. Совсем немножко, полдесятка слов не больше. И это не потому, что я такой невоспитанный или плохой, а потому, что жизнь такая.

Ну вот, к примеру было бы странно, если я рассказал бы так:

«Собрал полковник солдат на плацу и сказал:

- Уважаемые господа солдаты. У нас небольшие неприятности. Вчера лейб-гусары 3-го подразделения сержанты Иванов и Петров потеряли на полигоне БТР. Лично я, и весь наш командный состав искренне огорчен».

Смешно, правда?

Всем понятно, что Иванов с Петровым БТР не потеряли, а Прое..ли. С тремя восклицательными знаками. И солдаты вовсе не господа и совсем не уважаемые вот лично этим товарищем полковником. И ещё этот самый полковник будет между слов вставлять для связи короткое, но ёмкое «бля». И без этого «бля» его речь будет неточной и неправильной. Литературной, красивой, но неправильной. А я же про жизнь пишу.

***

Едешь по минской кольцевой на работу. Зеваешь, поёживаешься, потому что сидение после морозной ночи ещё не прогрелось, а ты торопился, рванул с места. И этот холод уже проник через тонкую ткань твоего красивого, но нефункционального пальто. А ещё боковые зеркала в инее. И в потоке полно таких как ты не выспавшихся и замерзших. Вы рычите друг на друга моторами, воняете выхлопом похуже скунсов. И все это стадо железных мамонтов едет за кормом.

И, как назло, по радио крутят какое-то…. Короче что-то неинтересное крутят. И радиоведушие тоже сонные, и их искусственные голоса вместо бодрости вгоняют в тоску. И ещё – ПОНЕДЕЛЬНИК. А вот это совсем трындец. Какой-нибудь понедельник, шестое ноября, восемь утра. То есть впереди – рабочий день, рабочая неделя, половина осени и вся зима. И зимних каникул не будет, потому что тебе уже 38 лет, и ты начальник отдела продаж в какой-нибудь фирме. Самая тоска, до пенсии ещё далеко, а каникул уже не будет. И Понедельник. Но про понедельник я уже говорил.

И в этом чудесном настроении катишь ты по кольцевой. Впереди – джип навороченный, и ты думаешь – только бы не затормозил, а то бампер у него стоит, как вся твоя машина. А ещё всякие гонщики втискиваются в поток, пугая тебя внезапным появлением откуда-то сбоку. А если пробка – то соседний ряд обязательно двигается быстрее до того самого момента, пока ты в него не перестроишься. А обочечники так вообще пролетают, не снижая скорости. А ты так не умеешь.

И справа от тебя высоченная гора. Но это не Эверест и даже не Карпаты. Это городская свалка. Огромная такая свалка двухмиллионного мегаполиса. Настоящий мусорный кряж. На ней крошечными игрушками смотрятся могучие экскаваторы. Смотришь ты на все это великолепие и думаешь:

- Ну нифига себе нагадили минчане. Это ж надо было такую гору мусора собрать. Вот радость-то будет археологам лет через…. Много. Сейчас если раскопают археологи какую-нибудь выгребную яму в древнем поселении, то что они там найдут? Какие-нибудь осколки керамики, крошечную позеленевшую монетку, кости, тщательно обгрызенные и расколотые. И радуются каждой самой мелкой находке. А вот археологи будущего будут разгребать наш «культурный слой» экскаваторами. Ещё и перебирать начнут:

- Так, этот Айфон у нас в музее уже есть. И этот телевизор тоже. А холодильников этой модели у нас уже сто штук.

И барахлом нашим будут завалены все музеи.

Так еду я мимо этой огромной кучи мусора и вдруг вижу почти чудо. У подножия мусорного Эвереста деревенька небедных людей, а посреди этой деревеньки – церквушка. Маленькая, белая. И свет утреннего солнца падает так, что мусорная куча в тени, а церквушка светится своими белыми стенами, золочёным куполом и почти невидимым крестом. Мусорная куча грозно нависает над ней, но она где-то там, далеко, сзади, в темноте. Наглядная демонстрация победы света над тьмой.

И сразу как-то легче на душе становится. Вот бред же, а красиво. Только представляю, какие там запахи, в этой деревеньке небедных людей.

***

Кстати насчёт мусора и холодильников. Вот у меня на кухне холодильник большой. Когда жил в общаге медуниверситета – холодильник под столом в комнате помещался. Да и что там было хранить? Полупустую банку солёного сала? Кастрюлю с засохшими остатками гречневой каши? Однажды, помню, разбогател, так пельмени лежали. Дня два. Потом разорился и заначку съел.

Пока кочевали с женой по съемным квартирам – каких только холодильников не насмотрелись. Помню, один ревел так, что соседи снизу приходили. Жаловались. А второй морозил так, что стоило положить в него на пару дней пачку масла, то потом приходилось размораживать, чтоб освободить это масло из ледяного плена. Чувствовали себя то ли Каем, то ли Гердой. Складывали из осколков масла слово «Бесконечность».

А когда своя квартира появилась – тут уж мы пустились во все тяжкие и купили Холодильник. Здоровенный такой, тихий. Включили, торжественно открыли, полюбовались на свет лампочек. Закрыли. Положить в холодильник было совершенно нечего, потому что все деньги на месяц вперёд были безнадёжно потрачены.

К счастью времена пустого холодильника прошли и сейчас у нас другая беда. Готовим мы с женой по принципу - кто первый с работы пришёл, то и начинает. Мне кажется, она иногда специально задерживается, или это у меня паранойя?

Короче, готовим каждый день. И много. Особенно я отличаюсь, потому что с работы прихожу голодный. А когда я голодный, то я себя не контролирую, могу на целую роту солдат наварить. А у меня в части не рота солдат, а две девочки. Пришли, носами покрутили, поклевали. И в наготовленной горе еды их деятельность едва заметна. А один я справиться не могу, я и так уже под центнер вешу, и пиджаки на животе не застёгиваются.

Еда осталась, значит - в кастрюльку, в контейнер и в холодильник. Потом съедим. А назавтра жена раньше приходит и тоже готовить начинает. И тоже немало, потому что у неё муж поесть любит. Любит, но не настолько же! И муж, как все нормальные люди недавно произошёл от обезьяны. От обезьяны, дорогая, а не от бегемота!

Не доели. Поставили в холодильник. Новый археологический слой.

А в субботу с утра лень готовить, лезем вглубь веков, ищем чего бы перекусить. О, плов! А когда я плов готовил? Юлька, ты плов не готовила? На этой неделе точно нет? Значит лучше крышку контейнера не открывать. Я же военный эпидемиолог, я должен препятствовать вторжению чужеродной культуры, которая захочет уничтожить человеческую цивилизацию. А выбрасывать жалко. Ну пусть ещё постоит.

***

Стоял я как-то у светофора. Долгий такой светофор, минуты полторы красный горит, есть время подумать, послушать по радио целую песню, с женой поругаться, потому что опаздываем оба на работу, а светофор издевается.

А тут смотрю – весенний сквозняк кружит грязный такой белый пакет с логотипом известного гипермаркета. Поднимает его по спирали, бросает из стороны в сторону. Пакет, как живой, мечется, дергается, потом плавно идёт вниз, но сквозняк его не отпускает, бьет в бока резкими порывами, рвёт в стороны.

«О, красота по-американски, - подумал я.

В этом движении пакета действительно есть что-то завораживающее, хотя Рикки Фиттс, конечно, псих, каких мало. Пакет покружился, поднялся на уровень третьего, седьмого этажа, постучался в окна надутого офисного центра. Его понятное дело, не пустили, и он полетел дальше. Я уже и про светофор забыл.

А потом ветер изменился и вся эта дрянь спикировала вниз. И прямо мне в лобовое стекло – Хрясь! А я машину только вчера вечером помыл. А пакет грязный.

«Сука, - думаю. – Ну вот никакой эстетики в жизни!»


Продолжение следует


Автор Павел Гушинец (DoktorLobanov)

https://vk.com/public139245478

Обрывки Авторский рассказ, Литература, Длиннопост
Показать полностью 1
  •  
  • 547
  •  

Немец Юрика Рудковского

Однополчане над Юриком посмеивались. Мол, война к концу идёт, а ты и немцев в глаза не видел. Отчего же не видел? Видел. Целых два раза. Один – осенью 1944-го, когда части Первого Белорусского фронта освобождали правый берег Вислы. Тогда по дороге мимо их «кашеварной роты» провели длинную шеренгу пленных. Все высыпали смотреть. Немцы шли, угрюмо уставившись в пыль польской дороги, среди них было много раненых. И показались они тогда Юрику совсем не страшными, даже какими-то жалкими, не то, что в первый раз. Потому что в первый раз Юрику было одиннадцать лет. И немцев он увидел из леса на фоне горящих домов своей деревни.

Тогда им повезло. Кто-то из сельчан загодя увидел на дороге вереницу грузовиков с солдатами, мотоциклистов. Не спрятался, а побежал с криками по улице. Деревенские побросали всё нажитое, вещи, одежду, скотину в хлевах и дунули со всех ног в лес. Едва детей из калысок схватить успели. Бежали не зря. Знали, что на прошлой неделе вот такие вот мотоциклисты загнали жителей соседнего села в сарай да пожгли всех с бабами и малыми. Только пепел остался. Юрик тогда бежал следом за мамкой, волок за руку пятилетнюю дуру Машку и слышал за спиной приближающийся рокот мотоциклов. Всё ближе и ближе. А до опушки леса ещё сотня шагов, пятьдесят, двадцать. Вот-вот увидят и в спину ударят автоматные очереди. Первые кусты опушки. Быстроногая ребятня уже ныряет в листву, старики, тяжело дыша, торопятся следом. Слышны крики на чужом языке, рокот моторов стихает, мотоциклисты остановились в центре, у избы правления. Сейчас заглянут в дома, увидят, что там пусто и кинутся следом. Сейчас, сейчас…

Но зелёный полог леса уже скрывает бегущих. Бегут молча, даже совсем маленькие дети не плачут, понимают, что по пятам движется что-то страшное.

Выстрел! Тихонько воет и закусывает край платка соседка Ганна. В доме осталась её старушка-мать, у неё больные ноги, некогда было хватать и тащить, а под руками у Ганны трое пацанят мал-мала меньше. Спасала их. Немцы выволокли на улицу старую женщину, застрелили тут же, у колодца. Рядом лёг деревенский пастух дядька Семён. Тот просто не побежал. Понял, что в восемьдесят лет не успеет, да ещё и остальных подведёт. Остался. На дядьку Семёна пулю тратить не стали, проломили голову прикладом. Новые выстрелы. Это уже в коров, коз, свиней. Чужие страшные люди волокут в грузовики окровавленные туши, узлы с барахлом. Два мотоциклиста кружат по опушке, вглядываясь в переплетение ветвей. Но в лес не суются, где-то тут партизаны, можно нарваться на засаду. Покрутились и вернулись к своим, делить награбленное добро. Тогда-то Юрик и рискнул высунуть голову из своего укрытия.

Он-то давно отволок сестру на заветный островок на болоте, увернулся от матери и бросился обратно. Посмотреть. И увидел. Увидел, как задымилась и вспыхнула крыша родной хаты. Как запылал соседний дом, как огонь заплясал по всей деревне. А на фоне этого огня страшными чёрными великанами стояли солдаты с закатанными рукавами. И смеялись, глядя на пламя.

Потом уехали.

Деревенские вернулись, похоронили на кладбище убитых стариков, выгребли из углей жалкие остатки своей жизни и пошли на болото копать землянки. Осенью на лагерь наткнулись партизаны, и Юрик уговорил их командира взять его в отряд. Просился бойцом, разведчиком. Взяли кашеваром. Так и кашеварил всю оккупацию.

В 1944-м их отряд влился в ряды наступающего Первого Белорусского фронта. Командир хотел отправить Юрика домой, но мальчишка спрятался, а потом увязался следом за армией. Командир плюнул и оставил его в кашеварах. Прошли всю Беларусь от Минска до Бреста. Варили кашу на польской границе, а потом и под Варшавой. Юрику справили настоящую военную форму, определили рядовым. Как-то мимо проезжал Рокоссовский, Юрик как раз стоял с ведром у дороги, воду нёс. Командующий глянул на него, улыбнулся. Юрик и вправду был смешной. Сапоги до ушей, пилотка не по размеру, ремень вокруг тощего живота чуть ли не три раза накручен. Другие кашевары потом не верили, говорили:

- Какой тебе Рокоссовский? Может полковник какой проехал, ты и уши развесил.

Но Юрик твёрдо верил, в то, что именно ему улыбнулся командующий.

Осенью стояли под Варшавой. Советским войскам не удалось с ходу взять польскую столицу, остановились на правом берегу Вислы, закрепились и начали наращивать силы. Немцы тоже не сидели. Крепили оборону, готовились к затяжным и кровопролитным боям.

Юрик варил кашу. Война войной, но если у солдата три раза в день не будет горячего, то боец с него никакой. Вот и варил. Начальник Юрика – пожилой сержант с Украины, дядька Володя ворочал в огромном котле длинной поварёшкой, пробовал на вкус и качал головой.

- Ещё немного и готово будет. Юрик, ты возьми ведро, сгоняй пока за водой. Как пайку раздадим, котёл надо будет помыть.

- А куда сгонять?

- Да вон там озерцо какое-то видали. Сбегай.

Дядька Володя махнул рукой в сторону зелёной стены кустов и деревьев.

- Где там озеро? – удивился Юрик. – Там же лес.

- Поговори у меня. Говорю – озеро там есть. Я с вечера поговорил с разведкой. Сам сходил, посмотрел. Тут недалеко, метров двести всего.

Приехали они ночью, Юрик толком и осмотреться не успел. Армия двигалась вперёд рывками. Сегодня здесь, завтра там. Иногда неделями сидели на месте. А иногда – внезапно срывались и со всех ног мчались вслед наступающему фронту. Бывало, завтрак варили в одном месте, обед - в другом, а ужин в третьем. А для кашеваров вода – первое дело. Без воды, какая ж каша? Вот дядька Володя заранее всё узнал. И где воды набрать, и где дрова добыть. Он хороший, дядька Володя. Немного на отца похож. Только отец моложе, без усов. И не курит. А может и курит уже. Отца-то Юрик с начала войны не видел.

Юрик подхватил два ведра, повесил на пояс сапёрную лопатку и со всех ног помчался в указанном направлении. Вот заросли кустов. Под ногами зачавкало, ага вода близко! Ветви раздвинулись – и вот оно, озеро. Маленькое, но красивое. Кусты к самой воде подступают, ветки нависают над гладкой поверхностью. Берег топкий, неудобный. Но ничего, на то у Юрика сапоги есть, уж ног не замочит.

Юрик отставил в сторону ведро, воткнул в землю лопатку и начал медленно и осторожно нащупывать путь к воде. И тут в кустах что-то звякнуло. Звякнуло отчётливо, металлом о метал. Юрик испугался, мигом присел на корточки, схоронился за кустом. А потом опомнился. Это ж кто-то из своих. Пришёл посидеть на берегу озера, посмотреть на воду, отойти душой хоть на пять минут. А если это свои, то и бояться нечего.

Юрик выпрямился, заглядывая за куст и снова замер. На берегу спиной к нему стоял толстый человек в немецкой форме. Рядом с человеком стояло железное ведро, ещё одно ведро немец полоскал в воде озера.

- Фашист! – бешено заколотилось сердце. – Но почему один? И почему здесь?

Толстяк тем временем сполоснул второе ведро, сделал шаг на глубину и принялся медленно набирать воду, брезгливо отталкивая пальцами палые листья и прочий мусор.

- Фашист! – руки у Юрика затряслись, он осторожно подался назад и нащупал рукоять сапёрной лопатки.

Эх, автомат бы сейчас или хотя-бы гранату. У немца тоже оружия не видно, но он же огромный, толстый. А Юрику всего четырнадцать, и он лесной недокормыш. Форма, вон, как на пугале болтается. А у немца пузо из пуговиц выпирает. Если сейчас тихонько подобраться к нему, ударить лопаткой по стриженой голове, потом ещё раз и ещё. Немец упадёт в воду, закричит, и тогда надо не испугаться, бить и бить его. Он же нестрашный, он не из тех чёрных фигур, что жгли деревню, он из тех угрюмых и побитых, что шли по дороге и боялись смотреть по сторонам. Надо не испугаться, надо ударить. Юрик поднял лопатку и, закусив губу, рванулся вперёд.

Через полчаса сержант Владимир Воропаев хватился своего малолетнего помощника. Крикнул:

- Юрик!

Тишина.

- Юрик, едрить твою налево, ты куда подевался?!

Нет ответа.

- Михалыч, ты Юрика видел?

- Так ты ж его сам к озеру послал. Пробежал мимо меня с вёдрами, - отозвался рядовой Чеглаков, помешивающий варево в соседнем котле.

- Заблудился что ли? – проворчал Воропаев. – Витька?!

- Что, дядя Володя? - подскочил к котлу худой длинный ленинградец Витька Иванов, призванный на фронт всего пару месяцев назад и очень страдающий от того, что его рахитичного скелета вместо разведки определили на кухню.

- Помешай тут за меня, - кивнул Воропаев. – И смотри, чтоб не подгорело!

- Есть! – козырнул Витька.

- Пойду, погляжу. Семён!

Из-за котла выглянул ещё один сержант, Семён Рувимов.

- Чего орёшь?

- Юрик где-то пропал. Ты возьми на всякий пожарный карабин, пошли, глянем.

- Да что с твоим Юриков станет? – фыркнул Семён. – Небось, лягушек ловит.

- Поговори у меня, - погрози кулаком дядька Володя. – Пошли!

И они пошли. Юрик лежал на топком берегу озерца, вцепившись обеими руками в шею толстощёкого пузатого немца. На лице немца застыло какое-то удивлённое и немного жалобное выражение. Юрик успел несколько раз ударить его лопаткой по голове, проломил череп, развалил надвое пилотку. Но фашист оказался из крепких. Видно из последних сил дотянулся, подмял под себя и ткнул ножом под рёбра. Кроме ножа другого оружия у немца и не было. Только из-за пояса торчал грязноватый белый фартук.

Дядька Володя с трудом разнял лежащих. Скрюченные пальцы Юрика пришлось разгибать по одному. Приложил ухо к груди помощника. Потом как-то тихо всхлипнул и осел прямо в грязь и воду. Его длинные усы дрожали.

Юрий Рудковский 1930-го года рождения погиб в октябре 1944-го года на правом берегу Вислы, неподалёку от столицы Польши, Варшавы. Его мать получила письмо от непосредственного командира Владимира Воропаева, где кратко и сухо описывалось, где и при каких обстоятельствах было найдено тело её сына.

Всё было так или иначе, никто уже не узнает, свидетелей схватки Юрика Рудковского с его единственным немцем не было. Поэтому вся эта история – художественный вымысел.


Автор - Павел Гушинец (DoktorLobanov). Рассказ из книги "Война девочки Саши"


Уважаемые читатели. Спасибо всем, кто принял участие в создании книги. В середине марта она наконец-то покинула типографию и "вышла в люди". В первую же неделю все мои авторские экземпляры раскупили, так что найти её можно только в минских магазинах.


Позавчера меня пригласили на большую презентацию в Брест. Город, который первым встретил врага, город - символ войны. Большое спасибо организаторам, сотрудникам библиотек, а особенно Светлане.

Немец Юрика Рудковского Война, Дети, Книги, Видео, Длиннопост

Если кому-то интересно - вот ролик одного из каналов белорусского телевидения об этом событии

https://www.youtube.com/watch?v=bdxE_NFCWAE&t=2s

Показать полностью 1 1
  •  
  • 912
  •  

Учительница первая моя

Лет десять назад моя знакомая, девушка Аня получила диплом выпускницы педагогического вуза и отправилась в школу районного города, приобщать к прекрасному несовершеннолетние души. В школе новой учительнице музыки и пения очень обрадовались, потому что её предшественница, Мария Петровна, даром что педагогический волк с многолетним стажем, но под старость стала глуховата и «ля бемоль» от «ре диеза» не отличала.

А надо вам сказать, что генетика в Анином случае слегка позлорадствовала. В частности, ей и сейчас, тридцатипятилетней матери троих детей в магазине без паспорта пиво не продают. А уж в юные 25 Аня и вовсе выглядела, как девочка-подросток. Росточка она небольшого, габариты миниатюрные, глаза и душа нараспашку, короче, мечта любителя анимэ.

И вот приходит наша Аня в первый раз в школу. Попила чай с директором, завучем, коллегами. А когда чай уже плескался на уровне ушей, взяла папки с планами работы, от Марии Петровны оставшиеся, и пошла школу осматривать, к расположению классов привыкать.

На первом этаже обнаружила расписание, стоит, изучает. И тут подлетает к ней какой-то шкет класса из десятого. Хлоп учительницу по пятой точке! Потом за плечи приобнял и нахально так спрашивает:

- Привет, малая! Ты из какого класса?

Аня от неожиданности офигела. А нахал продолжает наступать:

- Прикольная ты. Давай знакомиться. Я – Антоха! – и трясёт ослабевшую Анину руку. – У тебя пацан есть?

- Я учительница! - едва выдавила из себя Аня.

- Да ладно, - не поверил «кавалер». – Ты не ссы, меня тут все знают. Новенькая? Я тебя раньше в школе не видел. Приходи вечером к третьему подъезду. Там все наши тусуются. Придёшь?

Трещит, как из пулемёта, слово вставить не даёт. Аня дёрнулась, попыталась вырваться из объятий нахала – да куда там! «Кавалер» на голову выше и значительно сильнее.

- Что ты себе позволяешь?! – наконец, у Ани прорезался голос. – Немедленно отпусти!

И совсем по-детски ТРЕСЬ нахала папкой с планами.

- Ну и ладно, - обиделся тот. – Сама потом бегать будешь. Ишь, недотрога какая выискалась.

- Я учительница! – зло повторила Аня ему вслед. А сама от обиды чуть не плачет.

- Ага, а я – директор школы, - фыркнул «кавалер».

И ускакал вдоль по коридору.

Первый урок Аня помнит плохо. Кипела так, что только своим злым видом напугала половину второклашек, и кое-кто из них даже разревелся. Потом чуть-чуть успокоилась, а после работы пришла домой – и ну звонить моей жене, возмущаться.

- Ты представляешь, я ему говорю: «Я учительница!». А он – хоть бы хны!

- Совсем современные дети от рук отбились, - сочувствует жена.

А я весь их разговор слышу, потому что рядом с ней сижу, в макаронах вилкой ковыряю.

- И самое обидное, что он так и не поверил, что я учительница!

И тут черт меня дернул.

- Всё он поверил, - говорю. – С пацанами поспорил, что новую училку по жопе похлопает, вот и разыграл сцену. Талант.

Зря я это сказал. Спал в ту ночь на диване.


Автор Павел Гушинец (DoktorLobanov)

https://vk.com/public139245478

Учительница первая моя Школа, Учитель, Ученики
Показать полностью 1
  •  
  • 1709
  •  

Истории лор-отделения. Травмы уха и лица

Моя коллега Ирина – лор в больнице небольшого районного центра. Городок сонный, тихий. Но это только с первого взгляда. Как выходные – врачам полно работы. Травматологам, хирургам, стоматологам. Радуют сельские дискотеки, забавы рабочих комбината. Скорая привозит побитых, поломанных, окровавленных. Хватает работы и у лора. Носы, уши. Зимой, у молодых модников – гаймориты, синуситы.

Прошедшей зимой идёт на рыбалку гражданин Иванов. За городом темно, фонарик старый, светит тускло. До озера, где по слухам ловят «во-о-о-т такенных окуней» ещё далеко. А Иванов уже устал. И решил срезать дорогу через кусты. Так и силы сэкономит, и на вожделенный лёд быстрее выйдет. Свернул с дорожки, принялся ломиться через густую поросль ивняка. Шаг, другой. Ветки вокруг трещат, гибкие прутья по лицу хлещут. И тут чувствует Иванов резкую боль в правом ухе. Да такую сильную, что неудачливый рыбак чуть на месте в обморок не хлопнулся. Замер, стянул рукавицу, принялся ухо ощупывать. Чувствует – из уха торчит что-то. Пощупал ещё раз – так и есть, один из ивовых прутьев выпрямляясь, угодил точно Иванову в ухо. И ведь так угодил, что порвал барабанную перепонку и ушёл вглубь. Попробовал Иванов с прута сняться – опять в глазах от боли потемнело. Дрожащей рукой достал из кармана нож, веточку обрезал и еле-еле обратно в город поплёлся. Где и попал в заботливые руки Ирины. Веточку доставали целым консилиумом.

Уши и барабанные перепонки – это вообще у Ирины любимая тема. Недели не проходит, чтоб не прибегали к ней в отделение любители чистых ушей, порвавшие ватными палочками эту самую перепонку. А ещё – звуковые травмы.

Девушка решила подшутить над любимым. Пока тот брился, подкралась сзади и звонко чмокнула в ухо. А парень в детстве часть отитами болел. Перепонка – слабая, травмированная. Звон в ухе прошёл, а слух не возвращается. Испугались – в больницу поехали. Вместо романтического вечера просидели в лор-отделении.

Дети в детсаду играли в мячик. А мимо нянечка проходила с кастрюлей компота. И юные футболисты этим самым мячиком – ей в ухо. Мало того, что компот пропал, так ещё и нянечку в больницу увезли. С травмированной барабанной перепонкой.

Ещё один интересный случай осенью произошёл. Привозят в отделение мужчину в крови. Нос в хлам, орбиты разбиты, ещё-какие-то повреждения лицевых костей.

Ирина пациента осматривает, сочувствует.

- Гопники побили?

Мужчина отрицательно мычит.

- Авария?

Снова мычит.

- Неужели упал так неудачно?

- Его конь в лицо лягнул, - вставляет свои пять копеек фельдшер со скорой. Он в местном парке работает, детей на лошадке катает. Да вот, что-то видно не поделили с коллегой.

- Что ж там за ломовоз, что такие травмы?

- Какой ломовоз – обычный пони, - вздыхает пациент. – Я наклонился седло поправить, а ему не понравилось.

Ирина с тех пор всяких лошадок за километр обходит. У самого безобидного пони – удар, как у Тайсона.


Автор Павел Гушинец (DoktorLobanov) https://vk.com/public139245478

Истории лор-отделения. Травмы уха и лица Медицина, Лор, Травма, Длиннопост, Текст
Показать полностью 1
  •  
  • 1405
  •  

Драмы районной скорой

Мозги наружу

Моя коллега и почти родственница Лена в недавнем прошлом работала медсестрой в небольшом районном городке на севере Беларуси. Ставка в больнице, полставки на скорой. Классическая ситуация, когда на одну ставку есть нечего, а на полторы – некогда. Впрочем, рассказ не об этом.

Как-то поздним осенним вечером бригада скорой возвращается с очередного вызова. Как всегда, спасли от скуки очередную пенсионерку с дальнего конца района. Теперь осторожно катят по сельской дороге, предвкушая конец смены и долгожданный отдых.

И тут звонок от диспетчера.

- Лена, вы же в Черёмушках ещё?

Лена выглядывает в окно машины. Где-то впереди пара одиноких фонарей освещает сельпо. Значит в Черёмушках.

- Срочно летите в центр, там на боковой улице, сразу за почтой женщину только что сбили.

Водитель резко поворачивает руль, на автомате врубает мигалку, летят по колдобинам к месту происшествия. На боковой улочке за клубом темно, свет фонарей туда не достаёт. У забора стоит старенькая Нива, рядом с ней, прямо на земле сидит мужик, курит и смотрит себе под ноги.

Лена за сумку и к мужику.

- Мужчина, где пострадавшая?

- Да вон она, - глухо отвечает водитель, кивая куда-то в темноту. – Выскочила, как чёрт из табакерки. Я и притормозить не успел. Блин, мне теперь хана?

- Разберёмся, - уже на ходу отвечает Лена.

- Мне тётка ваша по телефону сказала ничего не трогать. Я ничего не трогал! – кричит ей вслед виновник ДТП.

Лена с доктором бегут к лежащему телу. Темно! Подсвечивают себе фонариком с телефона. На дороге лежит полная пожилая женщина, вокруг неё растекается огромная темная лужа. Лужа нехорошая, маслянисто поблёскивает в свете фонарика. «Обширная кровопотеря! – тут же решает Лена. Доктор наклоняется над лежащей, трогает за голову. Вокруг головы – какая-то каша. «Ещё и мозги наружу! - вздыхает Лена. – Похоже труп!»

- Скажи Михалычу, - неожиданно спокойно говорит доктор. – Чтоб машину поближе подогнал. И фарами посветил. Не видно же ни черта.

Лена бежит обратно к водителю скорой, тот осторожно подкатывает поближе, светит. В свете фар картина ещё страшнее. Тело лежит на спине, руки раскинуты. Лужа растёт на глазах. И тут лежащая как-то дергается.

- Ну всё. Агония, - подумала Лена.

А пострадавшая внезапно поворачивается на бок и начинает громко храпеть.

- Ну нифига себе, - удивляется водитель.

- Лена, неси нашатырь, - вздыхает доктор. – Будем приводить в себя, и осматривать на предмет повреждений.

От нашатыря пострадавшая быстро возвращается в бренный мир, несмотря на протесты медиков резко садится, потом встает и с матами идёт ругать того, кто её сбил.

- А это что? – Лена кивает на лужу «крови».

- А это – масло подсолнечное. И каша. Настоящая каша, а не из мозгов, - отвечает доктор. – Знаю я эту тётку. Поварихой она работает в местной столовой. Смена у них только закончилась, тётки отметили это дело, разделили продукты на вынос и по домам разбрелись. Этой, масло подсолнечное и каша достались. Вон, ещё сосиски лежат. А перед машиной она выскочила, потому что пьяная вдупель, и потому, что вот этот забор – это забор вокруг столовой. Решила, чтоб не палиться через ворота не идти. Свалилась видно с оградки прямо под колёса.

- Забираем? – вздохнула Лена.

- Обязательно. Мало ли у неё какие-нибудь внутренние повреждения. Хотя…

Доктор глянул на тётку, которая могучей рукой трепала за шиворот виновника ДТП.

- Хотя я почти уверен, что кроме пары синяков повреждений не будет.

Драмы районной скорой Медицина, Длиннопост, ДТП, Дети, Повар

Патронаж


А дня через два приезжает Лена на патронаж в соседнюю деревню. Семья неблагополучная. 11 детей мал мала меньше. Родители пьющие. У матери Валентины Лена ещё на восьмом ребёнке откровенно спросила:


- Что ж вы рожаете, как кролики? Этих же кормить нечем.


- Э-э, - хитро улыбнулась «родительница». – За детей мне государство деньги платит. Хорошие деньги, больше чем дояркой выходит. Чем больше детей, тем денег больше.


Логично.


Теперь тут одиннадцатый. Девочка по имени Полина.


Лена стучит. Никто не открывает. Толкает дверь, входит в дом. Холодно. Печь не топлена дня два, не меньше. В прихожей – земляной пол. В прошлом году посреди зимы дрова в семье внезапно кончились. Сняли пол, топили досками. Так и не починили.


- Валентина!


Тишина. В дальней комнате кто-то тихонько кряхтит.


- Валентина!


Посреди спальни – железная кровать. Из комка тряпок поднимается лохматая голова.


- А-а, Ленка. Заходи! Чего орёшь?


Родительница с утра лыка не вяжет.


- Валя, где дочь?


- Которая?


- Младшая. Полина.


- Полина? Ах, да! – вспоминает мамаша. – Мы ж и отмечали. Да в дальней комнате лежит. Не с подружками же убежала.


И хихикает своей тупой шутке.


Лена заходит в дальнюю комнату. Холод, вонь, кругом тряпки какие-то. На полу сидит годовалый ребёнок, чумазый донельзя, в колыбели – недельный младенец. Рядом, на табуретке – бутылочка с прокисшим молоком. Старших нет.


Уж на что Ленка к таким картинам привычная, а тут сердце не выдержало. Завернула обоих в одеяла, позвонила участковому и вынесла детей из этого дома. Валентина даже головы не подняла.


Потом, конечно, был скандал. Лену ругали за самоуправство. Премии лишили, чуть с работы не уволили. Валентина ругалась, кричала, что «она же мать!» Норовила вцепиться медсестре в волосы. От начальства Ленка отбрехалась тем, что жизнь малышей находилась в непосредственной опасности. Валентине пообещала зубы выбить, если она её хоть пальцем тронет. Зубов у доярки оставалось мало, она и решила их поберечь.


А через полгода мамашу лишили-таки родительских прав и младших детей у неё забрали на законных основаниях.


Летом шла Лена с работы, а тут навстречу Валентина. Трезвая, в каком-то платье. Даже косметика по лицу размазана.


- Ле-еночка, - улыбается, как будто задушевную подругу встретила. – Леночка, как дела?


- Валя, шла бы ты.


- Нельзя быть такой злой. Я вот тебе спасибо сказать хочу. За деток. Если бы не ты – тогда зимой всякое могло случиться.


И Валя подвинулась к медсестре и доверительно зашептала на ухо.


- Я ж не пью теперь. Бросила, всё, с концами. Иду, вот деток навестить. Хочу их обратно забрать. Родные, всё-таки. Судья сказала, что если продержусь с полгода, вопрос поднимет. Я и держусь. Если что – свидетельницей будешь.


И пошла дальше по улице гордая собой.


Продержалась до августа, а потом - опять в запой. Так что детей ей не отдали.


Автор Павел Гушинец (DoktorLobanov)


Авторская группа: https://vk.com/public139245478

Драмы районной скорой Медицина, Длиннопост, ДТП, Дети, Повар
Показать полностью 2
  •  
  • 1826
  •  

Физрук

Дочь приходит со школы расстроенная.

- Что  случилось? – спрашиваю. – Опять с подружкой поссорилась?

- Если бы, - вздыхает потомок. – Зачёт не сдала.

- Какой зачёт? – удивляюсь. – Вроде в школе пока учишься, не в универе.

- По физкультуре. Сегодня зачет был, мяч баскетбольный в кольцо бросали. Так я не сдала.

- Очередное доказательство того, что ты – моя дочь! – обрадовался я. – Это у нас наследственное. Я тоже никогда не мог в это кольцо попасть. Врождённая криворукость и косоглазость.

- Физрук так и сказал, - чуть не хнычет дитятко. – Криворукая и косоглазая.

- Погоди, - говорю. – Это Наталья Ивановна такое выдала?

- Наталья Ивановна заболела, вместо неё какой-то мужик пришёл. И сразу всех гонять начал. Три круга по стадиону, отжимания. А потом вообще разозлился и зачёт устроил. А когда я не сдала – сказал, что я кривая и спорт – это не моё.

- Так и сказал? – киваю на полку в детской, уставленную кубками и увешанную медалями за победы во всяких чемпионатах.

- Ну да, это он что-то погорячился, - оживает потомок.

- Вот и я так думаю, что погорячился. Забей ты на этот зачёт.

Настроение у ребёнка улучшилось. Папа трагедию проигнорировал, значит не такая уж и трагедия.

А я вспомнил, что у меня в школе был такой же физрук Сергей Иванович. Который тоже выдавал похожие перлы. Мол, все вы кривые, косые, слабые, спорт и вы – это противоположные понятия. И ставил двойки по физкультуре направо и налево, невзирая на заслуги и регалии.

Параллель у нас вообще была спортивная. Кто-то играл в футбол, кто-то занимался боксом в известной на всю республику кузнице чемпионов. Но среди всех одноклассников выделялись братья Епишины. Мама братьев была тренером по тяжёлой атлетике и зарождающемуся тогда бодибилдингу. Про младшего Гришку шутили, что в детстве вместо погремушек мама положила ему в колыбель гантели. Старший Иван тоже не отставал. Ходили по школе два таких шкафчика.

И вот – очередной урок физкультуры. И Сергей Иванович торжественно объявляет, что мы даём зачёт по гимнастике. У девочек какие-то там свои приколы, а парням надо выполнить несколько элементов на брусьях.

Подошёл к брусьям, покрутился. Ну молодец, в форме. Пузо отрастил, но крутиться пока может. Стоим, пялимся на эти брусья. Мы до этого к ним на два метра не подходили.

- Ковалёв! – командует физрук. – К снаряду.

Подходит легкоатлет Димка Ковалёв. Туда-сюда – кое-как выполнил.

- Кривелло! – орёт физрук. – Тройка. Следующий. Епишин!

К брусьям идёт Гриша. Забирается на снаряд. Брусья жалобно трещат под ним. Гриша устраивается поудобнее, пробует кувыркнуться. Брусья снова трещат.

- Да ну нафиг, - говорит Гриша. И слазит со снаряда.

- Епишин, ты жиртрест! – комментирует физрук. – Жрать не пробовал поменьше? Иди – «два» тебе! Спорт и такие как ты – не совместимы.

У Епишина через неделю первенство города.

В следующий раз досталось Димке. Ковалёв был вообще какой-то киборг. Бегал по стадиону со скоростью Соника, яму с песком для прыжков в длину, почти перепрыгивал. Но вот отжимался вообще плохо. Вся сила в ноги ушла.

- Ковалёв, - морщился физрук, каждый раз, когда мы сдавали отжимания или подтягивания. – Когда у тебя уже мышцы появятся? Посмотри на себя – кожа, да кости. У тебя, что глисты?

Ковалёв к тому времени получал первый юношеский разряд.

Но больше всех доставалось Маше. Маша была полная девушка, вполне себе физически развитая. Но проблема у неё была, как у моей дочери. Ну не попадала Маша в баскетбольное кольцо. И тут уж физрук отрывался.

- Неклюдова! Что ты машешь этим мячиком, как скалкой?! Это тебе не пирожки лепить, которые ты так любишь! И вообще, завязывай с пирожками, вон форма уже не налазит! Хоть бы побегала с утра, что ли. Нет, тебе бегать противопоказано. Ещё сердечко прихватит! Такие как ты со спортом не совместимы!

В девятнадцать лет Маша стала серебряным призёром республики по вольной борьбе. И тут Сергей Иванович ошибся.

А ещё у нас в школе учился Вадим Девятовский. Тот самый, который метатель молота и участник Олимпийских игр. И мне всегда было интересно, какими словами физрук обзывает его? Советует ли похудеть и говорит, что Девятовский и спорт – это абсолютно противоположные понятия.

Да, на выпускном Сергею Ивановичу таки прилетело. Но это не мы, честное слово. У меня и алиби есть. Может Маша?


Автор Павел Гушинец (DoktorLobanov) https://vk.com/public139245478

Показать полностью
  •  
  • 3075
  •  

Трудности перевода (продолжение)

Если кто-то помнит, супруга моя окончила лингвистический университет, поработала переводчиком и, наконец, попала в одну крупную логистическую организацию, где и трудится до сих пор. И иногда подкидывает мне истории, для очередного рассказа.

Источники историй бывают двух видов – это либо иностранные клиенты, которым вот прямо завтра нужно перебросить фуру с апельсинами из Мадрида в Новосибирск, а на обратном пути заглянуть в Мурманск и захватить парочку станков. Либо наши родные водители, которые отвечают – «Да, легко!» И пропадают на месяц в снегах Испанщины. Вместе с апельсинами и станками.

Всяких фразочек, казусов и неловких ситуаций накопилось в моём блокноте с десяток. Попробовал сделать из них историю – ерунда какая-то получается. Не хватает опыта и знаний в этой сфере. Поэтому пусть по аналогии с «Врачебным Ералашем» будет «Логистический Ералаш»:


Английский юмор

Отдел продаж оторвал клиента из Соединённого Королевства. Вели долгие переговоры, британцы что-то там проверяли, проводили аналитику, наконец, согласились. И сотрудник отдела продаж радостно прибегает к Юльке и передаёт ей все контакты клиента.

- У них там всем заправляет какой-то мистер Смит. Ты поосторожнее с ними, ребята крутые, палец в рот не клади. Раскрутили нас на все скидки, которые только возможно.

Юлька звонит британцам:

– Здравствуйте. Это логистическая компания «Потеряемгруз-интернейшнл». А можно мистера Смита?

- Мистера Смита? – отзывается флегматичный голос, настолько правильный, что даже из телефонной трубки веет каминами, трубками и кэбами, ковыляющими по Бейкер-стрит. - Последний раз, когда я проверял, мистер Смит был женщиной. Но в свете новомодных веяний в Европе, я, конечно, ни за что бы не поручился. Пойду, проверю ещё раз.

«Мистер» Смит оказался дамой с юмором, поэтому посмеялись вместе. А отделу продаж, Юлька весьма доходчиво объяснила, что «Габриэль», это не только мужское имя.


Полиглоты

Попадая за границу, водители считают, что можно расслабиться. Мол, эти чурки нерусские, всё равно ни бельмеса не знают нашего великого и могучего. Поэтому вот такие письма от иностранцев не редкость:

«Уважаемая Джулия, попросите своего водителя быть повежливее. Мы тут совсем не знаем русский, но выражение «Ё… твою мать» очень хорошо понимаем».


Неправильно переводишь

Года три назад жена с шефом сорвались на переговоры в Голландию. Сидят после мероприятий в каком-то ресторанчике, кофе цедят, время до самолёта убивают. Слышат – за соседними столиками шумная компания гудит. Судя по разговору – соотечественники, откуда-то с севера, то ли с Магадана, то ли с Норильска. Тоже по делам приехали. Иностранный у них на уровне «Май нейм из Петья», поэтому официантам объясняют на пальцах.

Ещё через десять минут компания безошибочно опознала Юльку с шефом и потащила отметить встречу земляков в загнивающей Европе. Выпили, разговорились. Мозг у Юльки закипает. Подрядили её переводчицей, а она и русский язык новых знакомых плохо понимает. Разговаривают они на какой-то смеси блатной фени и северных идиом. Попробуй, переведи это на английский.

Выпили ещё. И один из гостей решил с официантами поругаться. Что-то ему не понравилось. Кроет девушку в белом передничке трёхэтажным. Юлька переводит, как получается.

И тут северянин выдаёт:

- Ты что-то не то переводишь. Неправильно.

- Почему?

- Потому что она улыбается. А должна, б.., плакать.


Первый рейс – он трудный самый.

В одном отделе с супругой сидит её коллега Надя. И вот к этой Наде пристал дальний родственник. Устал, мол, работать в офисах и конторах, сорок лет на носу, хочется чего-то другого. Пристрой меня, родственница, дальнобойщиком. Я уже и права соответствующей категории получил. До пятидесяти покатаюсь, денег заработаю, а там можно и на покой, обратно в тёплый офис.

Надя – доброй души человек на шестом месяце беременности. Устроила родственника в хорошую контору, поручилась за него. Пока оформляли, собеседовали – Наде время рожать.

- Ты уж присмотри за ним, - просит Надя Юльку. – Беспокоюсь я чего-то. Человек, вроде, надёжный, не подводил ни разу. Не пьющий, тихий. Но всё-таки первый рейс. Всякое бывает.

А в первый рейс водитель обязательно едет с куратором. Чтоб помог, если что, присмотрелся. Выделили новоиспечённому водителю куратора из самых надёжных – молчаливого и флегматичного Михалыча, родом откуда-то из-под Белой Церкви.

Надя уехала рожать. В то же день Юльке звонок.

- Пропал ваш водитель.

- Как пропал?

- Михалыч рассказывает – остановился на заправке, вышел в туалет, и нет его. А они в Польше. Куратор дальше фуру один ведёт. А водитель пропал. Михалыч побегал, поискал. Звонит – телефон отключен. Он груз бросить не может, сроки поставки срываются. Говорит – звоните в полицию.

Начали звонить. Поляки дело заводят, мало ли, похищение, или хуже того - убийство. Но через три дня водитель сам на Родине объявился. Добирался на попутках, без денег. Как в туалет из машины выскочил – так и пришёл. Домой приплёлся чуть ли не пешком с паспортом в кармане треников. На все вопросы отмалчивался и только огрызался:

- Все хохлы – гады! А Михалыч ваш – вообще п..с.

Вот и пойми – он в прямом или в переносном смысле.

После таких выкрутасов его никто брать больше не хотел. Так и не стал дальнобойщиком. Не спорьте с попутчиками о политике.


Павел Гушинец (DoktorLobanov)

Группа автора в ВК https://vk.com/public139245478

Трудности перевода (продолжение) Транспорт, Водитель, Переводчик, Логистика, Длиннопост
Показать полностью 1
  •  
  • 1214
  •  

Не рой яму другому

Посидели мы недавно с одним моим приятелем, сотрудником правоохранительных органов. Душевно посидели, поговорили. Я ему – медицинские байки, он мне милицейские. Где-то в середине разговора я потянулся-таки за блокнотом.

- Помедленнее, - говорю. – Буду записывать.

- Осторожнее там записывай, - предупредил приятель. – Чтоб без имен и городов, ибо тайна следствия.

Поэтому сразу предупреждаю – все совпадения случайны и ничего этого на самом деле не было.

- Такой фигнёй иногда приходится заниматься, - жаловался приятель. – Стыдно рассказывать. Я в органы зачем шёл? Бандитов ловить, убийства раскрывать. Наша служба и опасна и трудна. А по факту, словно писарем в штаб устроился. Угонят велосипед от магазина, найдёшь его, хозяину вернёшь. А потом две недели всякие бумажки, протоколы, отчёты. Пока бумаги заполнишь – уже три велосипеда украли. Район у нас такой. Велосипеды лучше не оставлять.

Или вот недавно случай был. На окраине, там, где частный сектор, жили два товарища. И ведь не соседи вроде. Между их заборами ещё три дома стоят. Но лет десять назад из-за чего-то поссорились они, и давай друг другу пакостить. Серьёзно пакостить, когда между вами ещё трое – не очень-то получается. А то работы у меня побольше бы было. Но случая не упускали. То в магазине на ногу наступят, то на стекло машины плюнут, то кошачьих фекалий через забор подкинут. Сущие дети. Так во взаимной любви на пенсию вышли.

И вот недавно едет один из соседей, Николай на своём пепелаце 1996-го года выпуска. Пепелац, не доезжая до родного гаража метров сто, решает, что он на этом свете подзадержался и пора уже отправиться в рай с вечно не битыми и не крашенными Ламборджини. Заглох, короче – ни туда, ни сюда. Николай из пепелаца выбрался, плюнул с досады, на листе формата А4 крупными буквами написал «Автомобиль заглох. Буду через пятнадцать минут». Оттолкал машину к обочине, и пошёл домой за подмогой.

Пока искал зятя, пока они вместе искали трос, заводили машину зятя, прошло минут тридцать, не больше. Приезжают. А возле пепелаца уже сотрудник ГАИ стоит и протокол заполняет. Сообразил тут Николай, то припарковал он свой автомобиль аккурат напротив забора ненавистного соседа. И нет, чтоб возле ворот, так просто рядом с забором, багажником даже на границу другого участка вылез. А сосед не упустил шанса напакостить. Тут же ГАИ вызвал. Вон и сам он из-за забора выглядывает, ухмыляется.

Николай решил с гаишником договориться. Подходит.

- Уважаемый, - говорит. – На стекле же бумажка с большими буквами прилеплена: «Машина поломалась». Может, как-нибудь обойдёмся? Я понимаю, что не там припарковал, но сил не было дальше толкать.

- Да разве ж я не человек, не понимаю, - кивает гаишник. – И листок видел, и в ситуацию вник. Поэтому протокол заполняю не потому, что вы припарковались не там, где надо. А потому, что двигались без гос.номеров.

- Как это? – офигел Николай.

Смотрит. И вправду, номеров нет. Видно пока ходил, сосед для верности эти самые номера скрутил. Чтоб уже наказали Николая по полной. На всякий случай спрашивает соседа.

- Борис, ты не видел, куда номера делись?

- Знать не знаю, ведать не ведаю, - отвечает Борис. – Не было никаких номеров, я вообще дома лежал на диване, телевизор смотрел. А ещё я глуховат. У меня и справка есть.

- Вот паразит, - расстроился Николай. И снова к офицеру.

- Номера были, уважаемый. В начале переулка камера торчит. Если её посмотреть – то видно, как я сюда час назад въезжаю с номерами.

- Где же они? – гаишник протокол писать перестал, ручку в сторону отложил, заинтересовался.

- А у меня их видно только что украли.

- Раз украли, - ободряюще говорит гаишник. – То это не по моему ведомству. Это вам надо в милицию звонить. Кражу пусть следователь расследует.

- Понял, - кивает головой Николай.

И тут же, не отходя от машины, начинает по номеру 102 звонить. Мол, так и так, номера украли, пришлите наряд с собакой.

Борис из-за забора как услышал, что Николай милицию вызывает, струхнул маленько, ибо номера-то естественно он снял. Стремительным гепардом метнулся в погреб, достал спрятанные номера и решил их незаметно под машину подкинуть. Мол, сами открутились, вот же они лежат.

Да годами Борис уже не вышел. Незаметно подкрасться не получилось. Ползущего шпиона перехватил Николай и гаишнику предъявил.

- Вот они, мои номера. Свидетелем будете.

А тот и рад всю работу на плечи коллег переложить.

- Не брал я! – заверещал Борис. Да поздно было.

Приехали потом из милиции, составили протокол о хищении гражданином Н. Борисом Батьковичем госномеров от пепелаца. Ещё и номера оказались не простые. Их Николай в девяностые по знакомству доставал, так что стоили они теперь чуть ли не больше, чем сам его пепелац. Ещё и за моральную травму подал, тысяч на пять белорусских рублей. Чтоб неповадно было.

Борис не сдался, учинил встречный иск. За то, что в процессе перехвата его Николай за шиворот хватал и всяческими словами мысленно ругал.

На этом война соседей на новый виток вышла. Уголовно-процессуальный. А приятель мой в этом активно участвует, ибо служба и район его. И всё это вместо того, чтоб настоящих преступников ловить.

Ну что поделаешь, работа такая.



Павел Гушинец (DoktorLobanov)


https://vk.com/public139245478

Не рой яму другому Машина, Кража, Соседи, Длиннопост, Милиция

Уважаемые читатели, обещал я тут к февралю выход четвёртого сборника историй Доктора Лобанова, но из-за смещений сроков выхода книги «Война девочки Саши» подзадержался чуть-чуть. Рукопись готова, лежит и покрывается пылью веков. К марту закончу с «Войной» и обязательно начну проект.


ПС. Баянометр прямо офигел)) И что мне из-за него теперь тег "клубничка" ставить?

Не рой яму другому Машина, Кража, Соседи, Длиннопост, Милиция
Показать полностью 2
  •  
  • 1542
  •  

25 вещей, которые делают жизнь проще (посмотрите, вдруг что-то пригодится)

Лучшие вещи для жизни — те, которые просты в использовании, позволяют лучше спать, работать и в целом упрощают ежедневную рутину. Приложение Pandao до краев наполнено такими товарам, о которых вы, возможно, даже не знали, но теперь захотите себе. Одобрено Лигой лени на Пикабу (с комментариями адмодера @fromNovosibirsk).


1. Внешнее зарядное устройство с солнечной батареей

Название говорит само за себя. Батарея, которая получает энергию непосредственно от солнечного света. Она может быть полезна в поездке или когда нет доступа к электроэнергии.

ЛЛ: Спасение для ленивых людей: больше не надо искать кафе с розетками, просто сядьте на лавочку и поверните устройство к солнцу. Всё.

25 вещей, которые делают жизнь проще (посмотрите, вдруг что-то пригодится) Длиннопост
Показать полностью 24
  •  
  •