Необходимо войти или зарегистрироваться

Авторизация

Введите логин, email или номер телефона, начинающийся с символа «+»
Забыли пароль? Регистрация

Новый пароль

Авторизация

Восстановление пароля

Авторизация

Регистрация

Выберите, пожалуйста, ник на пикабу
Номер будет виден только вам.
Отправка смс бесплатна
У меня уже есть аккаунт с ником Отменить привязку?

Регистрация

Номер будет виден только вам.
Отправка смс бесплатна
Создавая аккаунт, я соглашаюсь с правилами Пикабу и даю согласие на обработку персональных данных.
Авторизация

Профиль

Профиль

1190

1190

Пикабушник
Это я.
19 770 рейтинг
26 комментариев
17 постов
7 в "горячем"
Показать полную информацию

Почему мёртвые не разговаривают

1190 в CreepyStory


Моя тётка была аферисткой, и всему, что она знала, она научилась у своего собственного отца. Пусть дед никогда и не проворачивал больших схем, зато на жизнь ему всегда хватало, и его ни разу не замели, чем он очень гордился. Не высовывайся  —  тебя и не поймают, вот каким принципом он, скорее всего, руководствовался.

Мама же в семейное дело не включилась  —  вместо этого она увлеклась религией и вышла замуж за бухгалтера. Это больше похоже на анекдот, но это чистая правда, и папа здорово помогал мне с домашкой по математике, в то время как на протяжении всего моего детства маминых колоритных родственников держали от меня на расстоянии пушечного выстрела. Ещё бы  —  родители опасались, как бы меня не наставили на неверный, но интересный жизненный путь.

Тётке Кэсси, однако, удалось просочиться в мою жизнь. Благодаря диплому психолога она считалась чуть респектабельней других маминых родичей, но использовала своё умение разбираться в людях совсем не так, как учили в её университете.

Тётка Кэсси была гадалкой.

Она держала лавку, и всё такое. Кристаллы, травы, свечи. Всё, что требовалось для того, чтобы заполнить таинственную пустоту в вашей жизни, можно было купить за приемлемую цену в её магазинчике. Тётка даже устроила уединённую комнатку для предсказаний и спиритических сеансов.

Поскольку оба моих родителя работали, меня частенько оставляли в лавке, где я помогал тётке Кэсси в её маленьких представлениях. Я отвечал за техническую часть  —  за все спецэффекты, от моргания света до стука в стены. Термостат я до сих пор считаю одной из лучших своих идей  —  посетители приходят за тем, чтобы у них холодок по спине пробежал, правда? Так почему бы им его и не обеспечить?..

Неудивительно, что именно Кэсси взрастила во мне мой нынешний скептицизм. Она показала мне всё, что оказывалось за кадром, всю эту ловкость рук. Мы смотрели дневные ток-шоу про экстрасенсов и магов, и Кэсси объясняла мне каждое действие  —  как создать видимость того, что ты знаешь о человеке больше, чем на самом деле, как вычислить в зале «подсадную утку», и многое, многое другое.

После одного особенно убедительного эпизода я задал вопрос, который возник у меня естественным образом  —  может ли хоть что-то из показанного на экране быть реальным? Ну вдруг? На самую малость?.. В конце концов, в мире столько ещё непознанного…

Но ответ тётки был категоричен.

«Мёртвые не разговаривают, малыш. Любой, кто утверждает обратное, пытается тебя облапошить».

Она сказала это так уверенно, что я тут же ей поверил.

Тётка Кэсси работала со всеми, кто приходил к ней, и был всего один клиент, кому она отказала. Я помню, что он был старым, лысым и скрюченным. Снял с головы шляпу, когда вошёл в лавку, и всё мял её в руках, пока говорил. Помню ещё, что Кэсси, только увидев его, тут же напряглась.

Старик сказал, что работал в тюрьме. В отсеке для смертников. Он нёс ответственность за казни самых ужасных преступников на планете. К старости это начало мучить его, снедало и пожирало изнутри. Он хотел, чтобы Кэсси обратилась к душам тех, кого он убил  —  чтобы попросить прощения перед тем, как он к ним присоединится.

В ответ тётка устроила грандиозный скандал  —  и я в жизни не видел её настолько злой! Она буквально рвала и метала, крича, чтобы он заткнулся и немедленно убирался вон.

Я спрятался за прилавком и прижал ладони к ушам, и сидел там, пока не хлопнула входная дверь  —  старик ушёл, а я выбрался наружу, совершенно не понимая, что сейчас произошло. Позже, конечно, я решил, что тётка так отреагировала из-за его работы. Тюремщик  —  ночной кошмар для афериста.

Всё же через какое-то время нашему плодотворному сотрудничеству с тёткой Кэсси пришёл конец, да ещё и по моей вине. Мне захотелось устроить родителям магическое представление, и я не нашёл ничего лучше, чем устроить спиритический сеанс  —  мама очень скучала по дедушке, и я хотел притвориться, что разговариваю с ним. Конечно, это была огромная ошибка  —  мама вышла из себя, сразу же поняла, у кого я нахватался приёмчиков, и категорически запретила мне видеться с тёткой.

Но в лавке осталось ещё несколько моих учебников, так что мне нужно было забежать за ними. Тётка Кэсси даже не спросила, что случилось —  всё и так было понятно по моему лицу. Я обнял её и со слезами в голосе попрощался с ней, и напоследок она открыла мне одну тайну.

«В нашей семье, малыш, есть проклятие, которое передаётся, как эстафета. Я молюсь любым богам, чтобы оно не перешло к тебе, когда я умру».

После этого мы не разговаривали больше девяти лет. Затем появился фейсбук, и даже родительский запрет не смог бы удержать меня от возобновления общения с тёткой. Вышло неловко. Дела у Кэсси шли плохо, ей поставили диагноз  —  шизоидное расстройство, и это лишило её бизнеса. Чтобы сводить концы с концами, она устроилась на «нормальную», обывательскую работу, и вместе с её лавкой её покинул весь задор и вкус к жизни.

А однажды я вернулся домой и обнаружил на автоответчике сообщение, которое заставило моё сердце ухнуть в пятки.

«Я люблю тебя, малыш. Помни, что я тебе говорила».

Я набрал её номер, еле сдерживая слёзы. Никто не брал трубку. Я набрал снова, и снова, и снова…

Я был слишком опустошён, чтобы сказать маме. Это за меня сделала на следующий день полиция. Дорожное происшествие. Пьяный водитель.

Похороны прошли для меня как в тумане. Родственники, которых я ни разу не видел вживую, заполнили церковь. Я сидел между мамой и папой в первом ряду и ломал голову над последней фразой, сказанной мне тёткой  —  что же я должен помнить?..

Мы последовали за катафалком на кладбище в абсолютной тишине. Священник прочитал несколько молитв, и затем я остался в одиночестве у её надгробия, всё ещё пытаясь вспомнить. До меня доносились обрывки разговора моих родителей. О, если бы последние слова Кэсси были бы не столь загадочными…

«…не ждала, что будет так мало народу. Очень жаль».

Мало народу? Я удивился. На службе народу набилось чуть ли не под самый потолок. Я обернулся, чтобы возразить, и тут до меня наконец-то дошло.

За моими родителями была целая толпа, все стояли и смотрели прямо перед собой, но для родителей они будто и не существовали. Священник пробормотал последние соболезнования, откланялся, и поспешил прочь, прямо сквозь толпу, но никто не обратил на него внимания.

Во главе толпы стояла Кэсси, выглядящая ровно также, как в последний день, когда я видел её. Все эти «покойся с миром» никак бы ей не помогли. Её рот был открыт широко, очень, очень широко. Тут я понял, в чём заключается семейное проклятие. Я понял, почему мёртвые не разговаривают.

Потому что они кричат.

Показать полностью

Нет дороги в Стерлитамак

1190 в CreepyStory

Олег Петрович Васютин вёл дискретные методы. Он считался одним из самых заслуженных мудаков нашего универа. Сдать с первого раза нереально, даже если учил. И ещё нереальней договориться.

— Я прекрасно знаю, что мой предмет вам нафиг не упал,— сообщал он, и заламывал такие расценки, какие и юрфаку не снились.

На выручки Васютин купил моднявую чёрную бэху. Каждое утро ставил её под окнами универа, так что на кафедре его тоже все ненавидели.

Его ненавидела даже собственная задница. И порой оживляла бесконечно унылые лекции характерным звуком. Васютин вздрагивал, оборачивался и начинал высматривать противным серым глазом, кто рискнёт улыбнуться. Смешливым оставалcя шанс что-то сдать только через семестр.

Экзамен у эдакого рылиндрона оказался для Янки-Муравьеда тяжким испытанием. И даже я не мог её успокоить.

— Я слышала, в одном универе был похожий мудила,— сказала она, когда лежала рядом, голая и сухая,— И однажды к нему кто-то из студентов подкатил на мотоцикле и по кумполу долбанул. Этого студента потом не нашли. Он в каске был.

— Круто. Уважаю. А что теперь делать будешь?

— Домой поеду, в Стерлитамак. Сил уже никаких нет.

Я всё учёл. Заехал к Вовику, докупил бензина. А потом на “Яве” по домашнему адресу.

Бэха у подъезда, чёрная и беззащитная. Я отыскал во дворах магаз и затарился. День заканчивался слишком медленно, а пиво — слишком быстро. Когда стемнело, я зашёл во двор уже почти в невменозе.

Бэха стояла всё там же, чёрная и блестящая, как гроб.

Я вылил на неё три канистры. И уже достал зажигалку, когда увидел в заднем окне задницу.

Задница была бледная, дряблая и толстая. Она глядела с испугом.

Я ухмыльнулся, чиркнул зажигалкой. Задница испугалась и спряталась. А вместо задницы показалась бледная харя Васютина. За спиной, во мраке, куталась в майку Янка-Муравьед.

Ничего такой способ сдавать экзамены. Уверен, у неё сейчас и с влажностью всё в порядке.

Я был в умате, и каску надеть забыл. Так что другого варианта не оставалось.

Швырнул зажигалку и дал дёру. Уже в арке почувствовал спиной, как полыхнуло, словно из духовки.

Криков не было. Только стучали, пока огонь плясал на капоте. А потом бикфордов догорел, и бак рванул так, что в окрестных домах стёкла задребезжали.

Не вернётся Янка в Стерлитамак, это я вам гарантирую.


Автор: Алекс Реут

Отличная работа, все прочитано!