Необходимо войти или зарегистрироваться

Авторизация

Введите логин, email или номер телефона, начинающийся с символа «+»
Забыли пароль? Регистрация

Новый пароль

Авторизация

Восстановление пароля

Авторизация

Регистрация

Выберите, пожалуйста, ник на пикабу
Номер будет виден только вам.
Отправка смс бесплатна
У меня уже есть аккаунт с ником Отменить привязку?

Регистрация

Номер будет виден только вам.
Отправка смс бесплатна
Создавая аккаунт, я соглашаюсь с правилами Пикабу и даю согласие на обработку персональных данных.
Авторизация

Профиль

Профиль

Vadim1977

Vadim1977

Пикабушник
7 338 рейтинг
225 комментариев
57 постов
26 в "горячем"
Показать полную информацию

Для моих 373 подписчиков. Ч.2

Vadim1977 в Авторские истории

https://author.today/u/vadimbulaev страничка автора

"Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию".

История восьмая. Денег нет, но вы... крутитесь. Часть 2


***

…- Антох, а нам никуда в командировку не надо? – с мольбой в глазах Сергей смотрел на начальника. – Иначе я этих… мелких с психу развоплощать пачками стану. Не могу больше! Хоть квартиру меняй!
- Найдут! – мрачно вступила в разговор домовая.
- Найдём!!! – неожиданно из вентиляционного окошка кухни прозвучал тоненький, приглушенный голосок.
Все вздрогнули.
- Да… дела, - Швец почесал в затылке, стимулируя мозговую деятельность. – Уехать, конечно, можно на время, однако любая командировка рано или поздно заканчивается… Да и Машку куда девать?
- С собой возьмём! – убеждённо, по-собачьи не сводя взгляда с начальства, затараторил Иванов. – Ты пойми, я уже дёргаться начал. Сегодня ночью водички попить среди ночи встал, а в окошке, вместо Луны, табун бородатых рож! И как забираются только… У меня скоро нервы не выдержат… И вообще, ты обязан заботиться о душевном здоровье подчинённых!
Инспектора этот спич не пронял.
- А сопли тебе не утереть? Или шнурки не погладить? Сам вижу, что просто Печатью тут не отмашешься, да и не за что их геноцидить, по большому счёту… Думать надо, простого решения тут нет. Молодец, что золото не взял, иначе совсем худо бы стало. И от Карповича по шее однозначно прилетит, и спецы всю печень выклюют, и с работы попрут. И домовики сразу осмелеют. Они такие…
Все замолчали, обдумывая проблему. Первой возобновила разговор кицунэ.
- Ладно, хватит беспредметно воду варить! Действительно, съездите куда-нибудь на пару дней, обдумайте всё в спокойной обстановке. Может, и решите чего. За меня не волнуйтесь, продержусь как-нибудь. Ну или бороды повырываю, чтобы успокоиться, по волоску. Медленно и с удовольствием.
- Ой! – испуганно ухнуло из вентиляции.
… Вернулся помощник через три дня. Злой, вымотанный (всю область на попутках исколесили) и ничего не придумавший.
Встретила его необычно спокойная, отрешённая Маша.
- Серёжа, я взяла золото у домовых. Они победили.
- Зачем?
- Я так больше не могу! – она заплакала, а затем заговорила неожиданно низким, рассудительным голосом, в котором Иванов сразу признал речь предводителя домовых: «Ты девка, влияние окажи на хозяина свово. А мы в благодарность и жениться могём. А коли твоё бабье естество требует большего – так хоть троих выделю, что в корень пошли. Только спроворь нам жильё». – И Мурке мышей каждый день приносят, под дверь кладут, чтобы и её умаслить! Я выйти никуда не могу – за мной сразу увязываются, прямо след в след идут! У меня уже нервный тик, со всех сторон обложили. Я сдалась…
Сергей схватился за голову.
- Маш, а золото взяла зачем? Что теперь делать? Давай я их сейчас распатроню навечно, они сами напросились!
Девушка, по-прежнему невозмутимо, ответила.
- Не надо. Найду я им дома. Только мне надо на несколько дней отпроситься – дел много… И вообще, это ты у нас должностное лицо, а я так… мне можно.
- Да ради Бога! Какие проблемы? Ты не крепостная… - помощнику стало даже немного обидно. – Но, может, Печатью в бороду – оно лучше будет?..
- Я дала слово. Не ругайся на меня. Я всё решу. И не спрашивай – как. Боюсь говорить, чтобы не сглазить.
Иванов хотел сказать многое: и что он переживает; и что ей обязательно понадобится помощь; и что он не понимает, как можно совершать такие опрометчивые шаги. Но вместо этого Серёга ответил:
- Делай, что хочешь. Будет плохо – скажи, помогу, - и направился в душ, смыть с себя дорожную пыль.
Когда вышел, чистый и посвежевший, девушки в квартире уже не было. Только Мурка хищно смотрела на холодильник, нервно перебирая лапками, а в окно таращилась очередная бородатая физиономия.
- Что, опять голодаешь? – участливо обратился к котёнку парень. – Ну давай, подкормлю…
***

Домовая действительно где-то пропадала несколько дней, уходя ни свет, ни заря и возвращаясь за полночь, ничего при этом не рассказывая. Еда в холодильнике заканчивалась, впереди замаячили покупные пельмени.
… С утра кицунэ была сама не своя. Постоянно без причины суетилась, нервничала, металась по квартире, одновременно сметая всё вокруг себя и тут же ставя на место. Иванов мудро не вмешивался. Раз спросил, в чём дело – ему в ответ рыкнули: «Сюрприз. Отстань». На том любопытство и закончилось.
И бородатые недомерки исчезли с подоконника. И из подъезда. И с клумбы. Помощник даже исключительно из научного интереса крикнул в вентканал: «Домовые-придурки!», но ответа не получил и запереживал, томимый неизвестностью.
- Серёжа, а ты ещё не одет? – вывел парня из рассуждений голос Маши. Сама она уже стояла у дверей при полном параде: красивое платье до пят, шапочка, ловко скрывающая лисьи ушки, туфельки на каблучках, в руках крохотный клатч.
- Нет. А должен был?
Домовая печально закатила глаза кверху, после, словно маленькому несмышлёнышу, объяснила:
- Конечно. Нам выезжать через пять минут.
Помощник хотел было заявить, что о таких вещах заранее предупреждают, но посмотрев на домохранительницу, взвинченную до предела, молча стал натягивать джинсы.
- Что ты на себя напяливаешь, горе ты моё?! – девушка готова была расплакаться. – Костюм одень, галстук…
- У меня нету…
Иванов не врал – действительно, официально-выходной одежды он не имел, потому что ходить красивым ему было особо некуда, да и костюмы он терпеть не мог. Оденешь – и всё, раб вещи. Туда не сядь, сюда не плюнь, галстук дышать мешает… Из-за этой жизненной позиции весь его гардероб состоял из шорт, треников и джинс.
- Как нету?! – кицунэ стремительно бросилась к шкафу, с грохотом распахнула его и застыла от удивления. – Действительно, нет… Как ты живёшь? А если с девушкой куда пойти или к приличным людям в гости? Нет, женить тебя надо! Ж-е-н-и-т-ь!!! – последнее слово для пущей вескости прозвучало по буквам, строго так.
- Хрен тебе, - почти беззвучно буркнул парень.
- Что? – переспросила она. – Что ты сказал?
Вот же ушастая! Наверняка ведь услышала.
- Говорю, дай другие штаны возьму и рубашку. Вон ту, голубую. Её гладить не надо.
- Мя! – пропищала Мурка и исчезла, как любая приличная кошка, в открытом шкафу.
Стали ловить питомицу, но она ловко уклонялась от цепких хозяйских рук, ныряя, как Скрудж МакДак в своём деньгохранилище, между полками с бельём.
Наконец это безумство достало Серёгу и он поступил проще: просто пошёл в кухню и хлопнул дверцей холодильника. Пушистое хвостатое материализовалось у его ноги как по волшебству.
- Ну вот и хорошо! Машуля! Дай штаны…
Через три минуты они стояли возле здоровенного баварца BMW представительского класса, еле втиснувшегося на узкой придомовой дороге. Бабки, оккупировавшие такую знакомую скамеечку, запереглядывались, и помощник кожей почувствовал рождение новых сплетен. А, плевать!
- Садись, чего стоишь! – скомандовала кицунэ и первой нырнула в прохладный салон.
Парень послушно сел. Внутри оказалось не просто комфортно, а сверхкомфортно. Бар, мягкие кожаные сиденья, пассажирское отделение для конфиденциальности закрыто стеклянной перегородкой. Машина плавно тронулась, и именно это, такое отличное от привычное автобусного скрипа и дёрганья, движение стала последней каплей в чаше Серёгиного терпения.
- Маша! Хватит юлить! Что происходит? Куда мы едем и откуда эта роскошь?!
Девушка укоризненно посмотрела на помощника, однако не стала вредничать и, задумчиво глядя в окно, начала:
- Когда к нам домовые пришли – жалко мне их стало. Из профессиональной солидарности или чисто по-человечески… - тут она заметила насмешливый взгляд парня, вздёрнула носик и обиженно продолжила. – Ну что ты так смотришь… Что я, не человек, что ли?
- Нет.
Она фыркнула.
- Ой, не придирайся к словам!
- Ага, ты ещё скажи, что золотишко тебя ни капельки не волновало!
- Волновало, врать не буду… Вот я и измыслила, как это дело устроить. Не перебивай только, а то я собьюсь… В общем, придумала я, что делать. Взяла у бездомных золото и к Ерохе отправилась, конвертировать его в нормальные деньги.
- А он тут причём? – искренне удивился Иванов.
Маша вздохнула.
- Ты как маленький… Как, по-твоему, нужно обналичивать двенадцать килограмм золота, да ещё в антикварных изделиях? Молчишь? Вот и молчи… Чтобы ты знал, мы, нечисть, народ очень не бедный. Многие на белом свете по нескольку сотен лет трутся, так что научились копеечку немалую извлекать и где выгода по запаху чуять.
Приехала, переговорили, он часть на реализацию взял и основную оговоренную сумму сразу выплатил. Ероха богатый – страсть! Забегаловка с рестораном - это так, хобби. Вот… Перед этим я по интернету пошарилась и нашла турбазу в глухом углу области. Её какой-то чудик построил вдали от всего на свете и ждал, что к нему олигархи-отшельники стадом попрут. Не вышло. Двести с хвостиком в одну сторону, из них семьдесят по такому бездорожью, что после первого дождя и танки утонут. Одно достоинство – природа просто чудо! Короче, тот человек, в смысле продавец, от недвижимости избавиться за тридцать процентов от себестоимости готов был и чуть ли не руки целовал.
Снова обратилась к ресторатору. Он дал охрану, машину, юриста своего. Съездили, посмотрели, ударили по рукам. Хорошо, что мне по паспорту восемнадцать есть – не пришлось с опекой выдумывать и так далее. Оформили сделку.
Тут парень не выдержал и перебил:
- За несколько дней? Ты за кого меня держишь? Да там оценка, инстанции всякие…
Кицунэ улыбнулась.
- Когда я охрану просить приходила – то рассказала Ерохе о задумке. Он сразу в процесс вошёл, даже немного поотбиваться пришлось. В общем, оборотень немного в доле. Его пятьсот квадратов на нашем участке. В обмен он подключил своих хороших знакомых, которые дело ускорили так, что я сама испугалась.
- Кого?
- Да двоих: один из облпрокуратуры, второй из обладминистрации. Упыри, как ты понимаешь… самая их работа. Зазвенели телефоны, все вокруг забегали, нервные такие… Оказывается, в нашей стране при необходимости за полдня можно сделку оформить. И ещё осталось время шампанского попить.
Иванов открыл окно и, не спрашивая у водителя разрешения, закурил.
- Маш, так что ты задумала?
- Турбазу-пансионат закрытого типа. Для нечисти. Им ведь тоже хочется и в волейбол поиграть, и с удочкой посидеть, и в полнолуние по лесу в первородном облике побегать.
- То есть из турбазы сделать турбазу? У тебя с головой вообще, как, нормально?
Девушка весело рассмеялась.
- Нет, конечно, раз с тобой связалась. Только из пятнадцати домиков уже десять на год вперёд проплачены, так что мы уже в плюсе – аренда сумасшедших денег стоит, сам понимаешь, кто присоветовал; а Ероха на своих квадратах гостиницу собрался строить для тех, кто победнее. Но мы в доле, - уточнила она. – С той темы тоже капать будет. Сейчас туда завозят квадроциклы там всякие, лодочки. Вертолётную площадку вроде как закончили.
- Бородатых, как я понимаю, ты туда наладила?
- Ага. Только хозяин там ты – тебе их и расселять. Обряд, надеюсь, помнишь.
У Серёги от таких заявлений дыхание спёрло.
- Какой я, нафиг, хозяин?! Ты что несёшь?..
- Обыкновенный. Я на тебя доверенность и все бумаги оформила. Мне это ни к чему, если разобраться. Я – домовая, мне не деньги от жизни нужны. Так что владей и не спорь, олигарх. И да, Антон в курсе. Он мне эту идею и подсказал, чтобы к тебе начальство не цеплялось. Они, кстати, с Розочкой уже там.
Иванов поставил зарубку в памяти при первом удобном случае напакостить инспектору. Ну не любил он, когда за его спиной всякие тёмные делишки обделываются, даже хорошие.
Между тем автомобиль уже крался по грунтовке. Маша замолчала, а помощник обдумывал услышанное. Что-то не давало ему покоя, и он вскоре понял, что.
- Так это получается, теперь к нам со всего света бомжи-домовые потянутся? На всех турбаз не хватит.
- Нет. Наши – молчок. Я их сразу просветила на эту тему. Они, по-моему, даже клятву на крови дали, чтобы лишнего не болтать. Иначе пинка под одно место получат в лёгкую.
- Ну… допустим. Только как ты собираешься это место от людей прятать? Охотники, грибники, контролёры всякие и налоговая…
Вместо ответа кицунэ хитро усмехнулась, достала из сумочки небольшой кристалл.
- Смотри.
Через некоторое время камешек неожиданно засветился, и автомобиль свернул вправо, на неприметную дорогу среди деревьев.
- Тут отвод глаз стоит. Без этой штучки и захочешь – не найдёшь. Потому и не опасаемся никого. Со светом домовые разберутся – они электричество воровать ух как хорошо умеют. От жадности, замешанной на экономности научились.
- А газ? – тупо спросил Иванов.
- И газ, - совершенно серьёзно ответила Маша. – так что по всем показателям оплата будет идти как за небольшой дом. Да и кто в такую даль попрётся? Говорю же тебе – не найдут даже из космоса. Плюс дачники-арендаторы там такие, что за свой покой глотку перегрызут. В прямом смысле, если ты не понял. Всё. Приехали.
Баварец бесшумно замер. Серёга открыл дверь и оказался на довольно внушительной, огороженной со всех сторон территории. По периметру стояли пятнадцать очень приличных домиков с индивидуальными парковками, зеленело небольшое физкультурное поле, в тени деревьев проглядывали рубленые беседки и мангалы.
- Тут, конечно, неустроенно пока. Заезд через неделю только. Но на презентацию все, кто хотел, приехали, Нормально доехали? Я вроде нормальную тачку дал…- из-за плеча возник Ероха, любовно глядя на всё это великолепие. – Тут по документам кое-какие вопросы есть…
- Отстань, - спасла от издержек большого бизнеса Серёгу Маша. – Давай потом обсудим.
- Без проблем, - не обидевшись, ответил ресторатор и умчался в сторону детской площадки.
Иванов глянул ему вслед и обомлел. На горках, лесенках, качелях уже вовсю резвились детишки. Хвостатые, зубастые, ловкие, зелёные. Они рычали, смеялись, подвывали – одним словом, вели себя именно как дорвавшаяся до веселья детвора.
И в этот момент затея кицунэ показалась ему не такой уж и плохой.
… Обряд по введению домового в жилище был торжественен и красив. Все гости стали полукругом, в центр которого робея и стесняясь, вошли уже знакомые бородачи. В сапогах бутылками, чистеньких косоворотках, с напомаженными и расчёсанными на пробор волосами. Напротив них стоял Иванов и тоже чувствовал себя не в своей тарелке.
Из толпы показался Швец, вытянул вперёд сжатую в кулак с поднятым большим пальцем правую руку: «Не робей, дружище!». Роза приветственно помахала платочком.
Первым вышел предводитель с чинным, благообразным лицом. Он шёл медленно, наслаждаясь каждым мгновением. Остановившись напротив парня, он вытянулся, как солдат перед проверяющим, и выжидательно стал смотреть на Серёгу. Тот замялся, не имея опыта подобных выступлений на публике. Спасла ситуацию, как обычно, Маша. Девушка вышла из-за спины помощника с подносом в руках, на котором стоял стакан с прозрачной жидкостью. Запах чётко, без двусмысленностей говорил непьющему, но мечтающему об этом человеку, сам за себя: Водка.
Подошла к домовому, с лёгким поклоном поднесла к нему ёмкость. Только тут Иванов, набрав воздуха в грудь, решился и выпалил:
- Приглашаю тебя в свой дом. Иди и принимай.
Предводитель в ответ поклонился в пояс, затем медленно, смакуя, залудил стакан с водкой и даже рукавом не занюхал, крякнул от удовольствия; а потом совершенно неприличной для его возраста рысцой побежал в дом, стоявший по центру.
Все замерли, ожидая неизвестно чего.
Хлопнула дверь, застучали подковки каблуков по полу, а затем на окнах внезапно возникли простые ситцевые занавески с васильками - и дом стал сразу какой-то жилой, настоящий, уютный.
Гости радостно засвистели, заулюлюкали. Торжественность пропала, уступив место веселью и радости.
Ещё одиннадцать раз Серёга говорил ритуальные слова, а кицунэ подавала водку. И ровно столько же раз они видели огоньки счастья, зажигающиеся в глазах бездомной нечисти. Приятно, что и говорить.
Потом был банкет, и танцы, и фейерверки. Домой попасть удалось только на следующий день.
… - У нас три дома без домовых стоят. Что думаешь? – Маша жарила котлеты и болтала с пьющим чай Серёгой.
- Да ничего не думаю. Было бы корыто, а свинья найдётся. Пусть пока так постоят. Со временем подберём хранителей.
- Согласна, - очередная партия мясных кругляшей отправилась со сковороды в кастрюлю. Мурка готовилась впасть в голодную кому, наблюдая с подоконника за такими, по её кошачьему мнению, извращениями. – Что завтра планируешь?
Иванов пожал плечами.
- Да ничего особенного. Вечером на адрес с Антохой смотаемся, разъясним кое кому кое-что, а днём свободен.
- Вот и хорошо. Тогда в мебельный поедем. Обстановку выберем… И вообще, пора ремонт у тебя делать и костюм приличный купить.
- А деньги у нас есть? На сколько я знаю, турбаза всю прибыль сожрала своими улучшениями и в постоянный плюс выйдет только через полгода.
Девушка вильнула хвостом, сделала наивно-виноватые глазки и протянула:
- Ну… это… как бы не все деньги туда вбуханы. Кое-что осталось… И ювелирки ещё полмешка… Так что не задумывайся о мелочах, ты теперь почти буржуй, - она звонко рассмеялась. – Там и на ремонт хватит, и на обстановку, и на самолёт, если небольшой…
***

Помощнику не спалось. Он долго ворочался, осознавая своё нынешнее положение богатого человека. Особой радости не было. Может быть потому, что Серёга от природы был не жаден; может потому, что с детства довольствовался малым и пока не осознал всех прелестей богатой жизни – истинных причин Иванов и сам не понимал. Ну вот не спалось от этих мыслей – и всё!
От нечего делать пошёл на кухню покурить и попить чайку. Тихо, чтобы не разбудить домовую, включил свет и первое, что увидел – огромные и печальные глаза Мурки, сидящей на столе и гипнотизирующей холодильник.
Да пошло оно всё к чёрту! Перед кошкой опустилась кастрюля, полная котлет.
- Жри, кися. Только хозяйку не разбуди.
Мурка впала в ступор. Такое количество еды ей перепало в первый раз в жизни. Против обыкновения, она не стала с мявом бросаться на пищу, а аккуратно, с трудом, выволокла первую котлету на пол. Откусила, заурчав от удовольствия…
Чтобы не смущать питомицу, Иванов открыл окно и закурил, повернувшись спиной к кошке.
… Через полчаса кастрюля была вымыта и убрана на своё место. С чувством выполненного долга и облегчением на душе парень отправился спать, но лишь только закрыл глаза, как что-то тёплое и мягкое легло рядом на подушку, ткнулось в ухо и сказало:
-М-р-р-р-р…

Показать полностью

Для моих 373 подписчиков. Ч.1

Vadim1977 в Авторские истории

https://author.today/u/vadimbulaev страничка автора
"Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию".История восьмая. Денег нет, но вы... крутитесь. Часть 1



- Серёж, ну ты скоро? – Маша стояла уже в дверях и капризно поглядывала на висящие в коридоре часы. – Сам же сказал, что пораньше надо выехать, чтобы всё посмотреть успеть.
- Да иду я, иду..., - раздался угрюмый голос из кухни. – Тут кошка твоя, идиотка…
- Не смей так о Мурке говорить! – мгновенно взвилась кицунэ, готовая несокрушимо защищать свою любимицу. – Она хорошая! Просто маленькая ещё!
- Да это понятно, - недовольства в голосе прибавилось. Что-то стукнуло, хлопнуло. – Но продвинутая – не отнять. Маша! Разберись с ней! У меня уже сил нет за ней следить! Как только открываю холодильник – она уже в нём и что-то тащит. Вот сейчас хотел компотика попить на дорожку, а эта зараза колбасу спёрла и к тебе в комнаты убежала.
- Ой, тебе для ребёнка кусочка колбасы жалко?! – домовая надула в притворной обиде губки. – Она же на улице голодала, вон какая худышка…
Это было правдой. Подаренный в порыве добрых чувств Швецом котёнок оказался кошечкой с упрямым и вздорным характером. Не смотря на довольно юный возраст, наречённое Муркой четвероногое, мурчащее, премиленькое существо оказалось той ещё бестией.
«Нет, с лотком и чистоплотностью никаких проблем не возникло – хоть в этом повезло» - иногда думал помощник, грустно и осторожно входя в любимую кухню. Проблема была в голоде. Вечном голоде уличной кошки, стремящейся наесться здесь и сейчас до отвала, до сытого опьянения.
Мурка в открытую поселилась на кухне. Она тщательно, раз в пять минут, патрулировала столы, любые пакеты, стулья, мойку в поисках еды. Мусорное ведро атаковала беспрерывно с каким-то осатанением – пришлось спрятать под мойку. Заботливая хозяйка кормила кошечку вроде как на убой, но по специальной диетической схеме. Пушистая не сдавалась и всегда хотела ещё немножко.
Иванова такой расклад бесил. Ему не нравилось постоянно отбиваться от не признающей никаких авторитетов, фанатично бросающейся в любую тарелку, малолетней голодающей. Кошка ела всё, что могла украсть или что давали: огурцы, хлеб, жуков, случайно залетевших на свою погибель в окно, бахрому занавесок. И вот сейчас ей удалось стащить колбасу прямо из холодильника – джек пот! Утробно урча и крайне целеустремлённо Мурка рванула в единственное место, куда Иванов не мог проникнуть вот так, запросто – в Машкины пустые хоромы.
Серёга дернулся было за ней – да куда там! Только лбом приложился о дверцу.
- Подожди, - голос кицунэ между тем стал из притворно обиженного стальным, жёстким. – Это ты мне сейчас про какую колбасу говорил?! Случайно не про ту, с которой я вчера полдня возилась?
Помощник опытно почувствовал надвигающуюся бурю и её вестников – маленькие молнии Машкиного гнева, которые сейчас полетят в его сторону.
- Да, - как можно веселее сказал он, бодро, почти вприпрыжку подбежал к домовой и начал аккуратно выпроваживать девушку из квартиры, изо всех сил надеясь, что пронесёт и мысли о предстоящем шоппинге отвлекут (или оттянут) час расплаты. Кто именно будет расплачиваться – Иванов не знал, и это особенно пугало. – Ну что, выходим? Пойдём, пойдём, пойдём… Магазины не ждут!
Однако Маша заупрямилась, как маленький ослик, упёрла руки в бока и насупилась, желая именно здесь и именно сейчас докопаться до истины.
- То есть ты, Серёженька, позволил бедной кошечке взять колбасу из холодильника? Зная, как я вчера горбатилась с фаршем этим, со специями, с мясорубкой?! Зная, что Мурочке нельзя жирное?! Ты в своём уме? А если ей плохо станет? Если её стошнит – кто убирать будет?!
Иванов мудро не отвечал; делал виноватый вид и уныло смотрел в пол. Для него уже давно не являлось секретом, что домовая простит своей пушистой любимице что угодно. Потому оставалось лишь согласно качать головой, вставляя свои:
- Ага… Угу… Конечно... – в перерывах между Машкиными обличительными фразами.
А ещё ему неожиданно пришло в голову странное для такого момента решение: «Не женюсь. Нафиг.» И с каждой гневной фразой из уст девушки уверенность в правильности этой судьбоносной мысли только крепла.
Между тем кицунэ выговорилась и ей полегчало. Обречённо махнув рукой на застывшего соляным столбом Серёгу, она решительно направилась за холодильник, а через полминуты вернулась с пойманной за загривок кошкой, так и не выпустившую из лап злополучную колбасу. Даже сейчас животинка продолжала с ожесточением существа, которому абсолютно нечего терять, жрать, давясь и округляя от усердия глаза.
Мурка полетела в одну сторону, её добыча в другую – Маше наконец удалось их разорвать. Не теряя ни мгновения, Иванов со скоростью супермена подхватил то, что осталось от прекраснейшего продукта и выскочил в подъезд. Девушка с не меньшей скоростью проделала тоже самое, попутно ногой захлопнув дверь. Из квартиры донеслось разобиженное: «Мя-а-а-ау-у-у!», потом непонятное: «Вя!», потом подозрительно затихло. На кошку это было непохоже – она всегда скандалила до конца.
- Серёжа, - тихим, грустным голосом как-то очень спокойно поинтересовалась домовая. – А у тебя возле двери туфли стояли и кроссовки?
- Да…
- Ты не расстраивайся. Новые купим. Сейчас акции везде… Да и не нравились они мне вовсе… Стоптанные совсем…
Помощнику оставалось лишь сжать зубы от злости, посмотреть с ненавистью на зажатые в руке останки колбасы, которую он так и не попробовал и которую теперь предстояло выбросить на помойку, и ласково, душевно согласиться:
- Конечно, Машуля, ты права.*** Шоппинг не задался. Не совпали возможности с желаниями.
Проще говоря, поехали выбирать мебель в апартаменты домовой. Серёга своё слово намеревался сдержать твёрдо. Но вот когда увидели на понравившуюся мебель цены, тихо охнули, причём оба, от количества нулей, нескромно нарисованных после цифр из второй пятёрки стандартного десятка.
Бережливая домовая откровенно расстроилась и начала вполне сознательно показывать пальчиком на самое дешёвое дерьмо, неумело восторгаясь и предлагая приобрести именно эту, сразившую её своей красотой в самое сердце, модель. Это не было игрой на публику или банальным разводом Иванова на покупку не по средствам. Машка действительно очень заботилась о бюджете и не была эгоисткой.
Подлые же продавцы наперебой сыпали смущающими душу фразами: «Только сегодня… Потребительский кредит… Совсем небольшие проценты…»
Помощник злился на цены, на барыг-торгашей, на собственное относительное безденежье. Он прекрасно видел, что именно из мебели понравилось кицунэ и как она героически избегает даже смотреть в сторону приличных по качеству и совершенно неприличных по стоимости вещей. Но покупать дешёвку – увольте. Для себя – ещё куда ни шло, самому можно и перебиться. А вот для ставшей в определённом смысле его семьёй девушки-лисички – нет. Потому Иванов принял волевое решение.
- Значит так! Маша! Не страдай фигнёй. Будем брать нормальное…
- Не дам с кредитом связываться! – домовая даже ножкой топнула от возмущения. – Паспорт отберу!
- Я про эту кабалу ничего не говорил, - заюлил парень. – Одолжим, потом расплатимся… Есть, у кого…
На самом деле знакомых, готовых отвалить на невнятный срок денег, у него не было. Но не признаваться же в этом! Надо поискать, а вдруг…
- Нет, - решительно прекратила Серёгины метания Маша. – Сами накопим, не бомжи какие, чай.
- Да как мы накопим? Приличная кровать стоит ползарплаты, и это без этого… педического матраца! И вообще! – помощник постарался придать себе уверенный вид и добавить металла в голос. – Не лезь в денежные дела, женщина! Сам разберусь!
Кицунэ горько вздохнула, нежно глянула на Иванова, взяла его за руку, как маленький ребёнок берёт взрослого при переходе через дорогу, и ласково поставила парня на место:
- Пойдём, мужчина… Разберётся он… Ишь, ты! Раскомандовался мне тут…
Огорчение топили в кафе-мороженном при помощи пломбира и молочного коктейля.
*** - Ты чего грустный такой? – Швец участливо смотрел на действительно хмурое лицо подчинённого.
Они как раз ехали проверять очередную оперативную информацию о проявлениях колдовства в пригородном дачном посёлке.
- Думаю, где денег взять, - не стал жеманничать и скрытничать Серёга. – Машке мебель надо приобрести хоть какую-то, а денег особо нет. Зарплата хоть и больше, чем в органах, но особо не пошикуешь. Да и копить я не мастак. Вот и получается, что хорошую обстановку не укупишь из-за дороговизны, а плохую брать сам не желаю. Самое паскудное, девчонка ведь и не звезду с неба хочет – так, без изысков каких, просто чтобы не в первый день развалилось и расклеилось. А я хочу ей приятное сделать. У неё из имущества – один узелок из деревни, пусть поживёт нормально. Она заслужила.
Вчера у родни денег занял, купил ей кровать со шкафом. Наврал, что заначка была на всякий случай. И всё. Зарплату с хвостиком как корова языком слизала. Теперь вот думаю, где подработку найти или у кого перезанять, чтобы со своими рассчитаться. Да и кошка достала…
Инспектор понимающе покачал головой.
- Знакомо. В моё время на чехословацкие стенки копили, тоже не пятачок стоили. Извини, но тут я тебе не помощник. Мне зарплату начисляют в виде материального отпуска, тогда же и деньжат на пропой подкинуть должны. В Анапу махну. С Розой. На пляже поваляюсь, косточки погрею… Сейчас у меня просто ничего нет, - он поскрёб затылок. – А ты бизнес замути какой-нибудь!
- А нам можно? – удивился донельзя Иванов.
- Скорее… не нельзя. Если службе не мешает и без нарушений – то вряд ли кто-то что-то скажет. Помнишь, в Америке тамошний помощник сериалы консультирует и копеечку с этого имеет. Может, и ты что придумаешь.
Повеселевший было от таких новостей Серёга опять сник.
- Да какой из меня бизнесмен? В этом деле ловкость нужна, беспринципность и оборотистость. А я – тьфу! Я на государевой службе взятку толком взять не умел, не то что развести кого на деньги… И идей никаких нет, и прогорю однозначно. Так что подработка – оно надёжней будет.
- Тоже верно. Но ты про службу не забывай.
- Да знаю я… Антоха, не тошни прописными истинами.
- Ладно, ладно, не буду… а с котёнком что не так?
От одного воспоминания о прожорливом домашнем питомце помощника передёрнуло.
- Вечно голодная. Сколько Машка её не кормит – жрать хочет. Постоянно еду ищет. Везде. Кушаю – в рот заглядывает, глазами каждый кусочек прямо до желудка провожает. Недавно колбасу отобрал – так она мне в обувь… ну, ты понял. Пришлось выбрасывать.
Швец закатил глаза, очевидно представляя это зрелище, сочувственно цокнул языком и предложил:
- Попробуй, когда домовой дома нет, накормить её от пуза. Вот прямо чтобы обожралась по самое некуда. Твоя кицунэ наверняка ей режим приёма пищи прописала, калории высчитывает, следит по науке, в общем, за кошатиной. А ты устрой ей праздник. Может и отпустит голодное детство бедняжку.
Иванов покрутил это предложение в голове и так, и этак – и ничего лучше не придумал. Но на всякий случай уточнил:
- Заманчиво, конечно… Ну а если эта паразитка ковёр заблюёт?
Антон посмотрел на подчинённого, как на совсем глупенького.
- Скажи, что ничего не знаешь. Делов то!
Повторно обдумав услышанное, помощник пришёл к выводу, что ничего не теряет и решил попробовать метод инспектора по полному одомашниванию Мурки.
Проверка информации на поверку оказалась пшиком.
… Домой Иванов вернулся за полночь, с грустью осознавая, что с таким графиком вторую работу он себе не найдёт. Ну не вешенки же на балконе выращивать или в финансовую пирамиду типа «орифлейма» влезать!
Хмуро сожрав заботливо укрытый от маниакально-голодного котёнка ужин и честно пожертвовав Мурке одну котлету, завалился спать в надежде, что новый день принесёт свежие мысли по поводу улучшения благосостояния.
*** … С утра дел не предвиделось, поэтому помощник с чистой совестью сидел в лёгких шортах перед телевизором, балуясь чаем с печеньем. Было лениво и немного скучно.
Посмотрел новости, потом передачу про унылую, если бы не телевизионщики с их придурковатыми комментариями, жизнь индийских слонов, потом просто бездумно щёлкал пультом, вернувшись к финансовым размышлениям. Решение не озаряло, а к прожектёрству Сергей был не склонен.
Неожиданно в дверь позвонили.
- Я открою! – крикнул он гремящей на кухне посудой домовой и неторопливо направился выяснять, кто там припёрся. Гостей Иванов не ждал.
На лестничной площадке оказался пьяный до полного изумления ресторатор Ероха. Он был счастлив, пускал радужные слюни и силился что-то сказать, но не мог. Под руки его бережно держали два звероподобных мужика весьма спортивной наружности. Присмотревшись, Иванов опознал в них оборотней.
- Чего надо?! – невежливо рявкнул хозяин квартиры.
Ероха забулькал, попытался изобразить непонятное «Па» спутывающимися ногами, но запутался в движениях и бессильно повис на телохранителе.
- Радость у него, - перевёл с алкоголического на нормальную речь тот, что стоял справа. – Супруга беременна.
У Сергея отвисла челюсть и первым, что он смог из себя выдавить, стало:
- А я причём?
- Буль-бррр-хр! – уточнил ресторатор.
- Приглашает отметить это дело к нам в заведение, - снова вступил в разговор переводчик.
- Ну… поздравляю. Только пока всё равно ни шиша не понятно. Какое отношения я к этому имею? И как вы меня нашли? – последний вопрос очень интересовал. Совершенно не хотелось делать из квартиры проходной двор, да и вообще…
- М-м-м… ик!
- Хозяин говорит, что с супругой последние двадцать лет завести ещё одного ребёночка не получалось, как ни старались. А когда с вами в драке от души, стало быть, поучаствовал, кровя разогнал – дело и сладилось. Вот так вот. Так что вы и ваш коллега в некотором роде, - он задумался, подбирая правильное слово, - кумовья. Крестить у нас не принято, но от кумовства отказываться нельзя. А нашли просто. Все наши уже знают, где вы живёте, и обходят на всякий случай десятой дорогой ваш район.
- Да!!! – внезапно совершенно чётко подтвердил слова охранника белкооборотень, или оборотень-белка. Как правильно – Иванов не знал.
- И потому через неделю официально отмечать будут, - вернулся к основной теме мужик. - Вас всенепременно ждут.
Помощник задумался. С одной стороны ходить в гости к подучётному элементу не принято, с другой – дело то хорошее. Обидеть отказом можно.
- Хорошо. Ничего не обещаю, но прикину обязательно. А не рано заявляете? Времени всего ничего прошло…
- У-у-у-к! – с Ерохиного подбородка весело свесилась вниз тонкая, блестящая нитка слюны.
- Не рано, - опять встрял правый. – У белок это дело быстрее протекает.
- Ясно, - буднично ответил мало что понимающий Иванов с таким лицом, как будто тонкости беременности нечисти были ему известны чуть ли не с первого класса. – И последний вопрос. Как ты его речь понимаешь?
Правый телохранитель рассмеялся.
- Да он уже неделю колобродит на радостях. Как в себя немного придёт спросонок – сразу вещать начинает: «Надо парней из департамента позвать, очень я им обязан!», а потом в сотый раз историю вашей драки пересказывает. Вот, сегодня сподобился доехать. Протрезвел, как-никак.
Помощник с большим сомнением осмотрел безвольно висящего Ероху, но умничать не стал. Мужикам виднее.
- Ну, мы пошли? – с чувством выполненного долга уточнил правый.
- Идите.
- Это… вот, - по полу тяжело зашуршал выдвигаемый ногой из-за спины картонный ящик, размером с приличный кинескопный телевизор. – Вам это.
- Взятка?! – нахмурил брови Иванов.
- М-р-р-р!
- Нет, от чистого сердца. Возьмите пожалуйста, а то он не уйдёт.
- Н-р-р-ы-ы-ы…
- Давайте, - обречённо махнул рукой Иванов, втайне страшась того, что вездесущий Фрол Карпович пришьёт ему коррупцию и прочие нелицеприятные статьи, чреватые, как говорится, боком.
Открылись двери лифта, и троица нечисти скрылась в его недрах, оставив после себя лишь мощнейший перегар от дорогого алкоголя.
Кое-как втянув неподъёмный груз в квартиру, Серёга позвал Машу, рассказал ей о случившемся в подъезде разговоре, и они начали вместе разбирать материальное свидетельство морального падения Иванова.
Чего там только не было! И икра красная, и икра чёрная, и консервированные осьминоги, и несколько бутылок очень приличного виски, и настоящий китайский чай (помощник видел такой в специализированном магазине, куда как-то забрёл поглазеть. Цена его тогда очень впечатлила), и французский сыр с плесенью, и санкционный хамон! Да много чего там нашлось, и всё вкусное.
Хозяйственная кицунэ с чисто женским скопидомством сразу начала прятать баночки по самым разным углам, приговаривая:
- Это на твой день рождения… Это на Новый Год… Это… Это пока не знаю, но пусть полежит… А на праздник ты сходи, раз позвали, не обижай…
Через десять минут коробка полностью опустела, сиротливо демонстрируя своё картонное нутро.
В дверь опять позвонили.
- Ну кто ещё?! – в сердцах взвыл парень. – Кого опять нелёгкая принесла!
Задвинув коробку в кладовку, щёлкнул замком. Перед его глазами открылась родная лестничная площадка, полностью заполненная бедно одетыми, бородатыми мужичками. Самый высокий из них был по… почти до пояса помощнику. Домовые.
- Можно войти? – вперёд выступил самый старый, совершенно седой хранитель домашнего очага.
- Зачем?
- Разговор к тебе имеем. Сурьёзный. Не дело на пороге беседы вести.
Его товарищи одобрительно загалдели:
- Эвон как загнул…
- С уважением, но строго…
- А то как же, не на чаи пришли…
Из-за Серёги высунулась любопытная Машка. Внимательно осмотрела визитёров, вздохнула и вежливо, растягивая слова, пригласила:
- Проходите, гости дорогие, если по делу и с добром пришли.
Однако домовой и бровью не повёл.
- Цыть, девка, когда мушшины говорят! Не след тебе допрёжь хозяина встревать. Брысь на кухню, бесстыдница, ишь, обтянулась!
Домовая и впрямь была одета по-домашнему: очень короткие шортики, открывающий плоский животик топик, мягкие тапочки в форме крольчат. И да, все вещи действительно аппетитно обтягивали стройную фигурку кицунэ.
Иванов решил возмутиться такому начальственному тону незнакомой нечисти, но не успел. Машка взорвалась. Девушка разъярённой фурией выскочила из-за его спины, распушила хвост; от негодования сжались кулачки, заиграли в глазах молнии и стало понятно: хана умнику.
- Ах ты старый пень с метлой под носом! Ты меня в моём дому стыдить вздумал, сучок ненужный?! Да я тебе сейчас и остатки волос повыдергаю, и буркалы повыцарапываю, да я…
Домовая всегда подходила к делу основательно, со всей серьёзностью. Потому решив, что угроз и ругани достаточно, она просто схватила обидчика за бороду и с остервенением начала таскать бедолагу вправо-влево. Тот завыл:
- Ослобони ты меня от этой психической! Ай! А-а-ай!!!
Остальная нечисть, глядя на такой беспредел, начала сурово и деловито засучивать рукава своих поношенных рубашонок. Иванов понял: будет драка, если он сейчас не вмешается.
- Маша! Отпусти старичка! – девушка нехотя послушалась. – Слышь, ты, - это уже к предводителю домовых, - ещё раз её обидишь – поверь, она из тебя неопознанный труп сделает в два счёта. А я Печать поставлю, что так и было.
Угрозы и строгий голос возымели действие. Воспитанные в старорусских традициях бородачи начальства побаивались, потому хоть и побурчали, но обстановку решили не нагнетать.
- Заходим! – Серёга распахнул дверь настежь. – А то сейчас все соседи сбегутся. Объясняй потом, зачем мне столько карликов сразу…
Нестройной толпой домовые ввалились в комнату, некоторые начали по привычке искать шапки на головах, чтобы снять их. Всё тот же старикан опять выступил вперёд, искоса посматривая на застывшую в дверном проёме, по-прежнему жутко злую кицунэ, откашлялся и начал:
- Вот скажи обчеству, ты как дьяк Небесного Приказу – власть аль нет?
Серёга удивился такому заходу издалека, но виду не понял и солидно подтвердил:
- Власть.
Гости опять загалдели вразнобой, но общий смысл был ясен: «Пришли по адресу».
Предводитель этой разношёрстой команды явно привычным движением зажал бороду в кулак и продолжил:
- Тады ты, как власть, должон соблюдать закон. Так?
- Так.
- Так соблюдай! – неожиданно басом рявкнул домовой. – Нельзя без закону то…
Иванов затрусил головой и заморгал, пытаясь осознать происходящее. Какой закон? Какое соблюдение? Что они за дичь несут? Помощник в раздражении собрался уже обложить визитёров в три этажа по матушке, но в последний момент сдержался, уточнив:
- Какой закон? Их много.
- Дык как какой? – ошарашенно уставился нечисть. – Мы есть домовики. Так?
- Ну…
- Не нукай, молод ишшо. А раз мы домовики – значит нам по закону дом положен. Вот и требуем соблюсти! Сколь можно промеж дворов шататься… Вон, эту, - старикан явно хотел сказать что-то резкое, но повторно взглянув на Машку, проглотил конец фразы. – Вот ей ты дом дал, хоть она и не совсем нашего роду, а своих, посконных, позабросил. Банника освободил, опять же. Потому сполняй, как тебе по службе велено!
Помощник совсем запутался и уже готовился впасть в тихую панику, но на помощь пришла девушка и расставила точки над «i».
- Серёжа! Они требуют, чтобы ты каждому из них дом нашёл.
- Я похож на агентство по недвижимости?
- Нет.
- Ну и всё! Разговор окончен! Мотайте отсюда, пока развоплощать не начал!
Домовые зашептались, что-то глухо звякнуло. Перед Ивановым словно из воздуха возник небольшой мешок. Старикан ловко подхватил его, крякнув от натуги, и высыпал содержимое на ковёр.
Это были золото. В серьгах, монетах, нательных крестах и прочих некрупных формах. Много. Всё старое, однозначно недешёвое даже на первый взгляд. Помощнику пришлось себя сдерживать изо всех сил, чтобы не ахнуть от удивления и поддержать имидж организации, к которой он с недавних пор принадлежал.
Седой переговорщик откровенно наслаждался произведенным эффектом; ему Серёгины попытки сохранять невозмутимость были понятны насквозь.
- Это, стало быть, для пользы дела. Не без мозгов, жизнь знаем. Забирай себе, нам эти цацки без нужды. Коль надобность возникнет, мы по старым домам много больше найдём.
Парень сглотнул слюну. Это же какие деньжищи лежали перед ним сейчас просто так, на ковре! Да десятая часть этой кучи решала все их с Машкой проблемы на годы вперёд! В душе заворочалась алчность.
- Нет! Я взяток не беру! – чуть не плача от злости на самого себя; гордо глядя в даль, ограничивающуюся пятном на обоях, отказался Иванов. – Уберите! Не доводите до греха.
- Ну может…
- Не может! Забирайте своё золото и проваливайте, недомерки!
Домовые выглядели обескураженными. Неслыханное дело – власть от мзды отказалась!
Серёга активировал Печать в доказательство серьёзности своих намерений.
Нечисть, испуганно косясь, засобиралась; жёлтый металл снова исчез в мешке, а старикан зло и жёлчно, тряся согнутым указательным пальцем с жёлтым ногтем, завизжал:
- Мы это так не оставим! Правов таких нет у тебя, чтобы закон не соблюсти! Попомнишь у нас!..
Еле выгнал.
Задумчивая Маша поставила чайник, пододвинула пепельницу с сигаретами, открыла окно.
- Покури, успокойся, и не злись. Жалко их. Понимаешь, домовому очень важно быть нужным, иметь дом и веру в него. Не просто жить за печкой, а именно знать, что он тут не чужой, не приживала какой. А они, если по современному, бомжи. У кого дом сгорел, у кого сгнил. И никто их не зовёт. Прошлое теперь они, бедняги. Вот и пытаются хоть как-то в жизни устроиться. Даже взятку тебе принесли. Не со зла, от отчаяния. Наверняка бороды на себе в клочья рвали, когда узнали, что вы действительно тогда домового искали, а не ловушку им устраивали. Не обижайся на них, пожалуйста…
Помощник слушал девушку вполуха, нервно затягиваясь сигаретой и переосмысливая сегодняшнее утро. Затем невпопад спросил:
- Маш, у нас кефир имеется?
- Зачем тебе? – искренне удивилась кицунэ. – Ты же его терпеть не можешь?!
- Зато в нём градус есть. Мне бы сейчас литров тридцать, для начала…
***
Домовые оказались нечистью по своему честной и действительно своё дело просто так не оставили. Они начали мозолить глаза Серёге при каждом удобном случае. Не вступали в разговоры, не кричали обидные слова, но и не прятались при его появлении.
Благодаря Машкиной бытовой магии и законам их мира в квартиру бездомные домохранители проникнуть не могли, однако с завидной регулярностью Иванов видел мелкую нечисть на своём подоконнике, грустно смотрящую ему в лицо своими тоскливыми глазами и оставляющую грязные разводы от пыльных бород на стекле. Выходя на улицу, помощник с начала с интересом, а потом со всё нарастающим ужасом смотрел, как эта братия пинцетами, в лучших традициях армейского идиотизма на добровольной основе, чистила от сорняков клумбу под окном, угрюмо, обречённо распевая при этом:
- Под крышей до-о-ома твоего…
- Под крышей до-о-ома твоего…
Петь они не умели совершенно, но недостаток таланта компенсировали мощью лёгких, помноженную на три, как сильно подозревал Серёга, своей остаточной магией.
«Юрия Антонова на вас нет, паразиты!» - злился парень. Кроме него, домовых никто не видел и не слышал – умело маскировались; потому бабки с приподъездной скамейки даже начали Иванова побаиваться, когда он вдруг замирал, с озлобленным лицом глядя на безобидные цветочки.
Уровень безумия вокруг квартиры Серёги нарастал с каждым часом. Двое домовых, к тому же, постоянно сидели на лестничной клетке, вскидываясь с надежной каждый раз, когда открывалась его дверь.
Но не такой парень был помощник инспектора Департамента Управления Душами, чтобы вот так, без борьбы, сдаться. Сжав зубы от злости, он стоически игнорировал бородатых мужичков, напоказ делая вид, что в упор перестал их замечать.
В воздухе неумолимо сгущалась развязка, и обе стороны молчаливой войны это прекрасно понимали.
*** В назначенный день съездили к Ерохе – Серёга убедил Машку составить ему компанию. Девушка, впрочем, возражала не сильно; так, для приличия. По настоянию многоопытной домовой подарок покупать не стали. Как она пояснила – отдариваются при рождении, а тут праздник хозяина, своеобразное хвастовство удачей. У нечисти, способной к размножению, вообще с детьми плохо. Такой вот баланс и равновесие сил в природе. Живут то они ой как долго…
Мероприятие действительно оказалось довольно странным по человеческим меркам. Трезвый и торжественный ресторатор-забегаловщик (по ситуации и уровню этажа), сначала громко объявил о беременности супруги, затем толкнул речь, в которой упомянул политическую обстановку и роль здесь собравшихся в ней; потом скучно и долго говорил о планах на будущее. Регулярно звучали такие слова и словосочетания, как «небывало монолитны», «в едином порыве», «когнитивный диссонанс» и «товарищи». Партсобрание получилось, одним словом. Серёга удивлялся, а остальным гостям, похоже, нравилось.
Затем стали поздравлять будущего отца. Тоже в причудливой форме. По одному или двое подходили, в молчании жали руку, и так же в тишине отходили в сторону, чтобы уступить место следующим.
- Это чтобы удачу не спугнуть, - прошептала на ухо Машка. – Обычай такой.
Подошла очередь Иванова. Он, как и остальные, молча пожал Ерохе руку, кицунэ повторила подсмотренный у Розы книксен, получившийся вполне элегантно, и уже было собирался отойти в сторону да потихоньку идти домой, как вдруг Хозяин его шёпотом остановил:
- Задержись. С девушкой познакомишь.
Пришлось остаться. После окончания церемонии начался банкет, где каждый получал себе в тарелку то, что больше всего хотел. Зрелище, по воспоминаниям помощника, было не самое аппетитное, потому он ретировался в шашлычную. Туда же поднялся и освободившийся от официальной части ресторатор.
- Будем знакомы! – весело обратился он к домовой. – Ероха! Ресторатор и всякое такое… А вы?..
- Маша, - ответил за девушку Иванов. – Домовая.
- Ну ничего себе! Такая красавица, и всего лишь хранительница домашнего очага! – поняв, как эта фраза двусмысленно прозвучала, хозяин поправился. – Я без злого умысла. Слышал, конечно, что бывают девушки-домовые. Но чтобы кицунэ… Завидую я тебе, Сергей!
- Почему?
- Потому что у тебя дом настоящий, хоть и квартира. Как положено от предков, а не каморка в человейнике, пусть и богатая.
Иванов удивился.
- Так заведи себе хранителя, какие проблемы? Их, беспризорников, вон сколько болтается по улицам.
Ероха расстроенно вздохнул.
- Кабы это так просто было! Нельзя нам, потому как мы сами нечисть. Древние обычаи, чтоб им… У нас, как и у домовых, в своём доме колдовство определённое есть, на защиту направленное, да и силу мы от своего жилья получаем. Подпитку этакую. Если поселимся вместе – кто-то один без магии останется. Дома – они такие… Одного хозяина любят.
Маша согласно кивала головой, подтверждая всё сказанное.
- Спасибо, что пришли, - тонко намекнул Ероха, давая понять, что ему пора к гостям.
- Спасибо, что позвал, - продемонстрировал понятливость помощник. – Если что, Маша полностью в курсе моих дел. Я ей доверяю.
Девушка шмыгнула носом и плотно сжала его ладонь своей ладошкой. Ей было очень приятно.
Попрощавшись, без приключений вернулись домой. Домовые по-прежнему вели свою тихую осаду.



Продолжение в следующем посте

Показать полностью

Охотник

Vadim1977 в Авторские истории

Рассказ относится к "Миру Зюзи", но сюжетно никак не связан. Просто зарисовка.
https://author.today/work/30964



"Охотник"


Я – Охотник. И это моё имя. Именно имя – не обозначение рода деятельности, не кличка, не фамилия.
Так меня звали не всегда. Изначально, от рождения – Сашенька, когда подрос – Сашка, затем – Александр Иванович. После начала эпидемии; после того, как весь мир полетел в тартарары – снова стал Сашкой, иногда Александром.
Новое имя нашло меня шесть лет назад и небо тому свидетель – я не хотел его. Не просил, не выбирал, не придумывал. Люди нарекли.
Но обо всём по порядку.
Каких-то десять лет назад у меня было всё, о чём только может мечтать среднестатистический человек. Жена, две дочки, собственное стабильное дело и отдых у тёплых морей четыре раза в год. Идиллия.
А затем привычный мир рухнул. Животные стали Тварями, страну захлестнул мор, не щадивший никого. Пропали свет, связь, еда, топливо, человечность.
Но и в те, чёрные дни я не сдался. Вместе со своим закадычным другом Димкой, посовещавшись, похватали семьи в охапку и бросились прочь из города; подальше от всех тех ужасов, превращавших в руины высокоразвитую, как мы ошибочно считали, цивилизацию.
Но не на юг – туда устремились все, создавая сумятицу и перенося болезнь с собой. На север – в глушь, в леса. Как можно дальше от всего рукотворного.
Хорошо, что в своё время не пожадничал и купил неплохого проходимца – Mitsubishi Pajero. Именно он нас и завёз к чёрту на рога. Туда, где даже в старые времена посторонних людей видели раз в год. За Кадый, что в бывшей Костромской области.
Душевные там места, тихие. Почему именно туда? До сих пор сам не понимаю. Паника гнала, бездумно – дальше, дальше. В те смутные дни у двуногих, разумных и не очень, желание было лишь одно – убежать, спрятаться, забиться в норку. Все боялись всех.
У нас получилось. Остановились мы в старой деревне, в которой уцелели всего три дома. Два пятистенка с одной стороны – в них местные старики, мрачные и нелюдимые люди, свой век доживали; и типовой колхозный сруб на две семьи - с другой стороны. Посредине одни заброшки стояли.
В тот самый двухместный домик мы и заселились. Привели в порядок, как умели, побелили-покрасили, да и стали жить. Не Бог весть что, но хоть так… То, что за стеной спальни соседей слышно – нас с Димкой даже радовало. Этакий осколочек нашего многоэтажного прошлого. Чувство соседского локтя, можно сказать...
Дружно жили, ничего не скажу. Постоянно в гости друг к другу ходили, дети вместе росли, жёны не скандалили из женской вредности. Что ещё надо, чтобы пересидеть апокалипсис?
Иногда подопьём фруктовой бражки и размечтаемся:
- А хорошо бы сейчас на пляже тюленем развалиться… да с пивком…
- И кино какое-нибудь, да хоть бы и сериал, под кондиционером лёжа глянуть с вискариком…
А жёны такие:
- Эх, вы! Как были ленивыми алкашами – так и остались! Только пьянствовать и можете, бескультурные… Разве это отдых? Отдых – это прогулка по вечерней набережной в закат, это яхта с солёным ветром и белыми парусами, это уютный рыбный ресторанчик с белым вином и свечой…
Так вот. Жили воспоминаниями. Но и про настоящее не забывали. Огороды разбили рядом, сад посадили вдобавок к имеющемуся, кур завели. Точнее не кур – фазанов. По весне птенцов наловили. Да какая разница? Кушать их тоже вполне себе вкусно…
И твари нас не беспокоили ни разу! Так, изредка следы мелькнут – и только. Прямо вот везло нам – аж самим не верилось!
Как-то летом, под утро, слышу – во дворе выстрел, потом другой, третий. Я как был, в одних трусах, на улицу со своим ружьишком рванул. Оказалось – Димка шмаляет. Говорит:
- Семья кабанья к нам пришла, всю картошку потоптали и попортили. Я вон, двоих подстрелил! Мамашу и поросёнка! Кабаниху всего с двух выстрелов, представь!
- А батя их где? – спросил тогда я.
- Убежал. Остаток выводка в лес увёл. Да чёрт с ними, пошли туши освежуем! Тепло ведь, протухнуть мясо в два счёта может!
Ух, и праздновали мы тогда! Даже шашлык замариновали и на углях пожарили! Жёсткий, конечно, получился - но нам и такой в радость!
Лучше бы мы тогда проспали эту картошку, будь она проклята!
Через неделю решил я сходить за деревню, силки на зайца проверить. Планово; ничего необычного. Мы их почти каждый день навещали, и всегда с мясом возвращались. Много мелкой дичи стало, хищника то нет.
Пошёл сам. Димка остался наших охранять, пока они среди грядок копошатся. С ружьём, как положено. Мы безопасностью не пренебрегали, время такое…
И пары километров не успел отойти, как слышу – грохнула двустволка другана. Я её по звуку ни с чем не спутаю. Рванул назад. Прибежал – а там мои… Порванные … Потоптанные… Димкины жена с детьми в доме, трясутся от страха. У него лицо белое, ни кровиночки.
- Саня… Из лесу твари напали… Не уберёг…
А я и ответить не могу. Стою, плачу, вот прямо навзрыд. И ничего не соображаю…
Отнёс я своих в дом, уложил рядком, обмыл. Смотрю – бутылка стоит с брагой мутной, яблочной. Даже не помню, как влил в себя эту гадость. Потом за второй пошёл в погреб. Затем у Димки добавки выпросил – он дал.
Заснул.
А когда проснулся – смотрю, что-то не то. Нет, так вроде бы всё на месте, но беспорядок какой-то. Я тогда это на похмелье списал. Вышел к колодцу, напился, пошёл к другану, чтобы с могилками помог – а в его половине пусто. И записка камешком на столе придавлена.
«Мы ушли к людям, потому что не можем в этой дыре более существовать. Давно хотели вам это предложить, но не могли решиться. Теперь всё. Прощай, Саша»
Только потом до меня дошли истинные причины его бегства. Когда семью похоронил, не поленился снова осмотреть огороды. По следам всё понял, там ничего сложного не было.
Этот человек, называвший меня свои другом, попросту испугался при нападении. Он разок стрельнул и своих в дом быстренько погнал. На мою жену и детей ему было в тот момент плевать. Каждый сам за себя, вот так вот…
В довесок, пока я пьяный валялся, Димка из моего дома всё ценное вынес: ружьё, патроны, даже золотишко супруги. Мразь.
Остался я ровно голый, без ничего…
… Выбрался к людям. До весны ишачил без выходных и помои жрал, но на ружьё и простенькую снарягу себе заработал. Именно тогда и стал из Сашки Охотником.
Я нашёл и убил всех тварей, имевших наглость жить вокруг моей бывшей деревушки.
Я убил их детёнышей.
Я расстреливал, топил, сжигал, травил, резал выродков везде, где только находил; не слишком дорожа собственной жизнью.
Я уже шесть лет веду свою, личную войну с ними. И буду вести до смерти, без переговоров и компромиссов.
Но это всё было потом. А тогда я первым делом бросился за бывшим другом. Сам не знал – отомстить или посмотреть в глаза.
Нашёл. И его, и его семейство. Они действительно кочевали туда, где тепло. Медленно, осмотрительно, угрюмо.
Хватило лишь одного взгляда, чтобы понять всю глубину ненависти этого человека ко мне. Не потому, что он хоть раз в жизни видел от меня зло или обиду.
Я был напоминанием о его малодушии, трусости, предательстве. Димка ничего не забыл. И не забудет никогда. И не простит мне то, что я остался жив.Не стал я его убивать. Проклял.
Проклял самыми страшными словами, какие знал. А потом ушёл.
Это был единственный раз, когда я не убил преследуемую добычу.
Прошли годы. Каждая моя охота делала меня лучше, опытнее. Ну и что, что моё тело покрыто шрамами в некоторых местах уже в два слоя? Главное – я всегда добиваюсь своей цели.
…Мне не нужен дом, не нужна семья, не нужны люди. К ним я выхожу только пополнить запасы и взять заказ на очередную очистку планеты от четвероногих выблядков.
Я – самая страшная Тварь от Воронежа до Ярославля и от Твери до Нижнего Новгорода. От меня невозможно уйти. Настигаю всегда. И я счастлив от того, что моя месть не окончена. Это единственное, что заставляет жить.




От автора: если кто-нибудь захочет сделать по этому миру рассказ, повесть или зарисовку - буду только рад)

Показать полностью

Для моих 356 подписчиков. Пост на удаление ( не влез кусок текста). Читайте следующий

Vadim1977 в Авторские истории

https://author.today/u/vadimbulaev страничка автора
"Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию".История седьмая. "Колдовство и всякая всячина" Часть третья

- Серёжа, Серёжь… проснись! Тебя Антон дожидается! – кицунэ аккуратно, в какой-то степени даже нежно трясла Иванова за плечо. – У вас там на работе случилось…
- Меня нет. Я в командировке…
- Какой командировке?! Вставай, засоня!
- Отстань, - помощник перевернулся на другой бок и спрятал голову под подушку в надежде, что Маша отстанет.
- Антоша, ну ты сам видишь, не встаёт, - грустно пожаловалась домовая. – А без него никак? Он ведь только час как лёг. Всё по твоему поручению кладбища окрестные объезжал.
Последнее было сущей правдой. Весь день Сергей с усердием носился по городским погостам в поисках хоть какой-либо информации о некромантах, странных ритуалах или иных проявлениях тёмной магии. Довёл до белого каления своей дотошностью и занудством всех тамошних бесов и призраков, скрупулёзно вытряхивая из них хоть что-то, способное помочь в поиске неизвестного колдуна. Безрезультатно.
Впрочем, хорошая новость всё же была. На месте их разборок с восставшими успела ударными темпами поработать кладбищенская нечисть. К утру все покойники лежали на своих местах, заботливо прикопанные и с крестами в изголовьях. Куда делись трупы горе-призывателей – Иванов уточнять не стал. Наверняка кому-то под землёй компанию составили. Нет тел – нет и дела.
Да чего кривить душой – помощник такому исходу ночных приключений страшно обрадовался! Его не отпускала мысль о том, что может произойти при обнаружении поля боя обычными земными госструктурами! Сразу набегут журналюги со своей буйной фантазией, живописуя события в наиболее мерзких и отвратных тонах; местных розыскников начальство измучает заслушиваниями и совещаниями; про алкашей-завсегдатаев поминок и подумать больно – пострадают люди ни за что. Однако пронесло. Потому Сергей раз и навсегда выбросил из головы те памятные события, дав самому себе слово не возвращаться к ним даже в мыслях без крайней нужды.
Общим же результатом его деятельности стал абсолютный ноль. Никаких зацепок, улик или слабых намёков на них. Тупик.
Подушка отлетела в сторону и громкий голос протрубил прямо в ухо:
- Подъём!!! По-о-о-дъё-ё-ёммм!
Помощник открыл один глаз и увидел склонившуюся прямо к его лицу начальственную рожу.
- Чего орёшь? Только лёг…
Против обыкновения, Швец не стал шутить или острить на такую благодатную тему, как внеплановая побудка, а сразу взял быка за рога:
- Одевайся, у нас ЧП. Похоже, опять тот самый корявый деятель о себе напомнил.
Не особо стесняясь в выражениях, Серёга встал и, цепляясь за все выступы по дороге, побрёл в ванную. Оттуда он через десять минут вышел совершенно другим человеком. Свежевымытым, благоухающим одеколоном и невероятно злым на весь белый свет.
Наскоро проглотив кофе, поданный заботливой Машей, помощник нахохлился, словно воробей перед дождём; закурил, тягуче сплюнув в темноту открытого окна.
- Чего стряслось?
- Попытка призыва младшего демона прямо в центре города. Если бы не эманации, как при землетрясении – в жизни бы не узнали.
- Попытка удалась?
Антон рассмеялся.
- Это точно наш недоучка. Опять всё через одно место пошло. Почти, - инспектор сделал паузу, наслаждаясь вниманием. – Демона он вызвал, на этот раз колдалнул правильно. Не самую сильную особь призвал, но очень здоровую габаритами. Так пока тот адский выкормыш, болезный, через окно междумирья в хренпоймикакправильноназываетсяграмму пролез – Александрос с ребятами-легионерами успели засечь точку прорыва, собраться, меня вызвать, прибыть на место, чаю попить и сообщить по инстанции всем, кому положено. Короче, демон и вылезти толком не успел - его сразу копьями утыкали как подушечку для иголок. Он, бедолага, не будь дурак, обратно в ад смыться попробовал, но его уже и там ждали. За попытку побега из родных пенат огрёб нечисть по полной. Орал так, что думал - оглохнем.
- В чём бестолковость?
- В размере этой самой …граммы. Маленькая она для него оказалась. Попросту застрял, как Винни-Пух в гостях у Кролика.
- Ну а мы зачем? – угрюмо брюзжал помощник. – Всех победили. Ура. Можно спать.
Начальник хмыкнул, удивляясь тупости подчинённого.
- Место происшествия нужно хорошо осмотреть. Завтра нормально обшарить там все закоулки не получится. Говорю же тебе – центр города!
… Через час они стояли в том самом злополучном месте, расположенном на строительной площадке. Сторожа не было – пока работы велись в стадии котлована.
Спустились. Швец опытно активировал Печать.
- Смотри.
А посмотреть было на что: в углу, на присыпанной песком почве мёртво-синим светом вспыхнул круг диаметром около полутора метров, весь покрытый сложной вязью кабалистических символов – больших, маленьких и даже совсем крохотных, еле различимых.
- Что думаешь? – спросил инспектор.
Вместо ответа Иванов опустился на колени, совершенно не обращая внимания на испачкавшиеся джинсы, затем улёгся на живот и начал всматриваться в рисунки.
- Думаю, что опять фигня получается. Следов на песке от прутика или иного какого писала нет. Не сами по себе эти корябусы нарисовались?
Рядом улёгся и Швец. Поколупал пальцем песок, подул даже на него.
- Согласен. Символы как будто изнутри идут. А ну, отгребаем!
Раскидали желтое крошево по сторонам, докопавшись до самой земли. Свет в этом месте пропал.
- Ничего не понимаю. Серега! Да что ты как экскаватор пылишь?! Успокойся!
- Погоди. Я тут нашёл кое-что…
- Что?
Иванов медленно встал на ноги и предъявил начальнику клочок некогда белой, а теперь измазанной грязью бумаги, дугообразно обожжённой по краю. В другой руке был зажат ещё один, такой же.
- И? – не понял Антон.
- Этот круг нарисовали сначала на бумаге, для чего склеили несколько листов формата А3 или А4. Видишь, вот склейка, - палец Сергея указал на практически невидимый в темноте, даже при подсвечивании Печатью, шов. – Затем заготовку припёрли сюда и, разложив, забросали песочком. Может от ветра, может потому, что ритуал перенести пришлось. Поймаем – спросим. Ты знаешь, как это вообще работать должно? На крови?
- Нет. Вроде как слова специальные на латыни крикнуть надо.
Иванов почесал грязной пятернёй затылок.
- Так это получается, что наша храбрая группа захвата разминулась в какие-то секунды со злыднем?
- Получается так. Только сболтнуть об этом не вздумай никому – потом припомнят. Александрос из спецов, как-никак. Честь мундира и всё такое…
- Да понятно! Начальство и проверяющие всегда непогрешимы. Это если бы мы с тобой такой косяк упороли, то тогда…
- То тогда, - перехватил инициативу Швец, - уже наступило. Карпович вчера весь день визжать изволил на как раз эту тему, да и сегодняшние события только подстегнут его фантазию по придумываю кар для нас в случае нового прокола. Ладно, отряхнись от пыли с грязью и пошли, кофейка выпьем; а за одно подумаем, что делать.
В полном молчании они выбрались из котлована, поёживаясь от предрассветной прохлады. Неожиданно Сергей остановился, как вкопанный.
- Антоха! Есть идея, как искать этого урода!
Инспектор обернулся, в его глазах разгорались любопытные искорки.
- Излагай!
- Смотри, эта сволочь информацию о ритуале на форум по интернету закидывал, так?
- Так.
- Тогда можно попробовать его по IP-адресу вычислить. Ну это… - он пощёлкал пальцами, подбирая понятное инспектору определение, - личный номер компьютера, как на движке автомобиля. И он след оставляет там, где бывал. Понял?
Швец покачал головой.
- В общих чертах. Только как ты это сделать планируешь? На сколько знаю – ты в вопросах ЭВМ туп как полено.
- Мне и не надо. С утра в наш местный институт сходим, где на программистов учат, и за денежку попросим тамошнего преподавателя помочь. Сам он, конечно, делать ничего не станет, но даст за зачёт молодым дарованиям задание. А они, уж поверь, те ещё хакеры.
- Вариант, - согласился инспектор. – И у меня тоже мысль появилась. Завтра возьмём Розу и найдём место, где она материализовалась. Затем основательно там всё облазим.
- Зачем?
- Вряд ли она далеко от заклинателя была при появлении. Максимум – километр, да и то с перебором. Вот и попробуем походить – вдруг что почувствует или вспомнит? С поводком, конечно, проще, но хоть так…
Серёга в эту затею не поверил, но промолчал. Других идей всё равно не было, а начинать с чего-то надо.
- Да без проблем. А теперь давай по норкам и хоть немного поспим.
***Утром, подумав, всё же разделились. Антон с Розой самостоятельно начали поиск точки появления девушки в городе, а Иванов отправился в институт. Там он рыскал недолго. Просто поймал красивую студенточку, отпустил в её сторону парочку витиевато-приличных комплиментов и вежливо поинтересовался, где сидят преподаватели, которые «на программистов» учат. Разумеется, галантный, хотя и потасканный в девичьих глазах кавалер был проведен прямо по назначению.
Дождавшись перемены между парами, он подошёл к весёлому и по компьютерному очкастому мужчине, бодрой походкой направляющемуся в кабинет преподавателей, и в лоб спросил:
- Надо по IP адрес найти. Без криминала. Сколько?Тот остановился, смерил внимательным взглядом Серёгину фигуру.
- Не занимаемся.
- Да ну?! – изумился помощник. – А я и не знал. А кто занимается?
- Не знаю, - мужчина равнодушно пожал плечами. – Но не мы – точно.
- Даже за деньги и без обязательств? – тоном змея-искусителя не отставал Иванов. – Даже для благих целей и при полной прозрачности процесса? Даже за пять тысяч?
Преподаватель хмыкнул, показывая, что совершенно оскорблён такой мизерной суммой, недостойной даже упоминая в этом храме науки.
Помощник понял намёк и не сдавался.
- Пять с половиной? Шесть? Шесть с половиной?
Мужчина снова хмыкнул, но уже менее скептически.
- Зачем вам знать, с кем переписывается ваша жена? Или вас послал аноним из школоты в неприличной словесной форме? Не занимайтесь глупостями, молодой человек.
Иванов почувствовал, что дядя явно клюнул на финансовую наживку. Просто набивает себе цену и не хочет лезть в криминал.
- Мы с вами взрослые люди, чтобы использовать Ваши знания в таких убогих бытовых целях! – помощник всматривался в лицо мужчины. Похоже, лесть ему понравилась. – Тут дело тоньше. Некий урод на форуме выложил определённый… ную… последовательность действий, которой могут воспользоваться неразумные дети. Теперь вот хотелось бы…
- Ничего себе вы загнули! – восхищённо воскликнул преподаватель. – Вас бы на наш учёный совет – всех бы перекраснобаяли! Нормально скажите, что надо.
- Да без проблем! – только порадовался такому пониманию Серёга. – Некий урод на местном оккультном форуме выложил инфу о ритуале подъёма мёртвых. Понятное дело, фигня, но детишки могут и попробовать из любви к запретному. Дело кончится осквернёнными могилами, ментовкой, плюс иными неприятностями. Желание моё простое – найти этого умника поговорить по душам. Всё, честное слово!
Мужчина задумался, потом внимательно всмотрелся в пышущее искренностью лицо визитёра.
- Я так понимаю, эта проблема некоторым образом семейная?
- Да, - легко соврал помощник. – Пока ещё ничего не случилось. Я так… предупреждаю возможные последствия.
- Вот, сука, интернет этот, клоака долбаная! – неожиданно зло выругался преподаватель. – Пять тысяч – и по рукам, я не кровопийца! Сам отец двоих обалдуев любопытных. Ссылка есть?
- Есть.
- Давайте. Посмотрим, что можно сделать.
Донельзя обрадованный таким исходом переговоров и сэкономленными деньгами Иванов передал заранее заготовленную бумажку слатинскими буковками и палочками и, получив приглашение заходить часам к четырём пополудни, весело отправился на поиск начальства и проститутки.
Антон появился сразу, как только Сергей активировал Печать и позвал его.
- Договорился? – начал с главного Швец. – Когда ответ?
- К вечеру. После четырёх.
- Хорошо. Подходи к месту ночного прорыва. Туда, где мы ночью на брюхе ползали.
И исчез.
… Встретились именно там, где и договаривались, без накладок. Грустная Роза не забыла сделать книксен, Антон просто кивнул головой.
- Серёга! Интересно получается – место, где обрела себя наша гостья, находится в трёхстах метрах от этого котлована. Понимаешь, что это значит?
- Угу. Колдовская морда или поблизости тут живёт, или очень часто отирается. А ваши походы по району как прошли?
Швец помрачнел, Роза всхлипнула, начав утирать свои призрачные слёзы платочком.
- Никак. Ничего. Пусто! Мимо! В холостую! – отсутствие результатов явно бесило инспектора.
- Я не знаю, как ещё помощь! – вклинилась в разговор призрак француженки. – Я честно стараюсь почувствовать, всё как и говорил Антон. Но у меня, глупой, ничего не получается!
Помощник тоже погрустнел.
- Значит, ждём ответ из института. Потом думаем дальше, в зависимости от результатов.
- А если и там мимо? – подлил масла в огонь Швец. – Что тогда?
Серёга зло сплюнул.
- Тогда ждём новых жмуриков и пляшем дальше! И вообще, кто из нас начальник, а кто дурак? Ты уж определись!
***- Нет. К сожалению, ничего не вышло. Отправлено из торгового центра по общественной сети, через VPN к тому же. Можете, конечно, камеры попробовать просмотреть, но маловероятно. Крайне маловероятно.
Преподаватель выглядел строго и даже немного надменно по сравнению с первой встречей. «Стыдно ему, похоже, что не помог, вот и бравирует» - подумалось Иванову. Швец стоял рядом, усиленно прокручивая в голове новые слова и делая умное лицо.
- Я вас понял. А какие есть ещё варианты найти? – без особой надежды спросил помощник.
Преподаватель пожевал губами, словно подбирая простые названия для сложных терминов.
- Я обратил внимание на специфику статьи на том оккультном форуме. В изобилии присутствует латынь, что ныне редкость. Если вы сможете составить список слов, применяемых разыскиваемым вами индивидом… то можно использовать программу мониторинга ключевых слов. Вы меня понимаете?
- Чего? – в унисон протянули оба борца с нечистью.
Мужчина вздохнул, всем своим видом сетуя на малограмотность окружающего мира, и объяснил по-простому:
- Дайте список слов, которые используют сатанисты. Если вам так надо найти этого писаку – сами погуглите. Бррр! Как вспомню его фантазии с ножами и трупами – блевать тянет! – он зябко повёл плечами. – Так вот, как только в нашем городе их кто-либо в интернете напечатает для перевода или ещё по какой надобности – мы узнаем обязательно. Должно сработать. Все и всегда пытаются перевести латынь! Слишком красиво и пафосно она звучит. Понятно?
Антон, внимательно слушавший краткий курс по поиску людей через проводную паутину, неожиданно радостно улыбнулся, попросил его подождать и скрылся за поворотом институтского коридора.
- Коллега по несчастью? – глядя вслед инспектору, поинтересовался мужчина.
- Да. Семьями дружим, - немного обалдев от такого поведения начальства ответил Иванов. – И горе у нас общее.
- Вам повезло, что не сами. Знаете, сколько в сети грязи и мерзости для неокрепших умов? Не счесть! Не переживайте, если хоть одно слово всплывёт – примите свои меры как сочтёте нужным. Это когда отправляют всякую гадость – шифруются, как партизаны в лесах, а когда любопытствуют – никогда не прячутся. Незачем просто.
Инспектор вернулся минут через пять, размахивая слегка помятым листом, исписанным странным почерком.
- Вот! Это для вашей программы!
- Дайте как взглянуть, - преподаватель взял в руки принесённый Антоном список. – Да тут и греческий, и латынь! Где вы так быстро это нашли?
Швец замялся.
- Знакомому лингвисту позвонил, он и подсказал.
- И вы знаете греческий алфавит? – не унимался служитель науки. – Какая редкость в наши дни!
Иванов почувствовал, как у него начинают гореть от стыда за такой вот детский прокол, уши. Ему хотелось провалиться сквозь землю.
- Знаю, - не моргнув глазом, заявил Антон. – У меня бабушка – гречка! Тьфу ты, - быстро поправился он, - гречанка! Περικλῆς!!!
Последнее непонятное, но явно эллинское слово окончательно успокоило занудливого преподавателя.
- Хорошо, - сказал он. – Оставьте номер телефона. Если будет информация по вашему делу – я позвоню.
Обменявшись контактами, помощник с инспектором пошли на выход.
- Антоха, а ты где по-гречески писать навострился? – искренне любопытствовал Серёга.
- Да я и не умел. Я к Александросу мотался. Он по моей просьбе и написал основные слова для тёмной волшбы на латыни и греческом.
- Греческий тебе зачем понадобился?
- Колдун греком был, помнишь? Роза рассказывала. По-русски ни бум-бум. Значит и записи мог делать или по-гречески, или ещё как. Но родной язык в приоритете, сам понимаешь. Потому и попробовали.
Иванов задумался.
- Да с чего ты взял, что есть какие-то записи?
- Да с того, милый мой подчинённый, что если этот грек орудовал бы лично – хрен бы такие глупости получались. Душу запечатать даже колдуну средней руки сложно, тут уровень не менее профессорского нужен! Девяносто девять процентов – не он это. Не профессиональный это почерк, понимаешь!
- Тогда… тогда… тогда я знаю, почему волшебство толком не получается! – Иванов чувствовал подъём и азарт.
- И почему? – немного скептически спросил начальник.
- Да потому что деятель, которого мы ищем, языка этих самых записок не знает и знать не желает. По-современному использует программу -переводчик. Вот мелкие неточности, основанные на тонкостях языка, и вылазят, перерастая в большие косяки!
- Может и так…
- Ладно! Давай подождём звонка от этого… институтского, – бодро поставил точку в состязаниях предположений Иванов. – А что это ты по-гречески тогда ляпнул, коль языка не знаешь?
- Перикл.
- Что?
- Ни что, а кто! Перикл – древнегреческий политик, я его в школе проходил в 5 классе по истории древнего мира. Только его и смог запомнить из всех этих афинян и спартанцев – у него башка яйцеобразная была, ещё бюст изображался сбоку от текста.
- Ну… допустим. Однако ты настолько не по-нашему задвинул, что даже я поверил в твою бабушку.
Антон смутился.
- Да ляпнул я просто первое, что в голову взбрело, на нервах. Думал – палимся мы! А этот поверил… И не вздумай шутить на эту тему!
- Не буду, Перикл ты наш однояйце…
- Материализация у меня ещё не закончилась. Могу и в рожу дать!
*** - Да… да… понял… номер карточки дайте, чего кататься… Конечно, какие могут быть вопросы… Ага, записал. Спасибо! – помощник нажал кнопку отбоя на смартфоне и победно посмотрел на начальника. – Есть! Сработал твой листик. Это из института мужик отзвонился, адрес дал, даже без предоплаты. Ещё и с форума бесплатно тот пост удалил, чтобы другим неповадно было. Но денежку я ему однозначно сейчас кину через онлайн, мало ли, ещё понадобится помощь…
Швец делано восхитился, разведя руки в стороны и склонившись в лёгком поклоне.
- Ай, молодца! Куда уж нам, жмурикам из прошлого, до новых технологий! Раз-раз – и готово! – а затем, посерьёзнев, продолжил. – Серёга, дай я попробую угадать: адрес в центре?
- Да. Как раз в тех краях, где мы круги нарезали в розыске неизвестно чего.
- Не неизвестно чего, а находились в оперативном поиске!
Иванов внимательно посмотрел на приятеля.
- Антоха, ты хоть мне эти басни не рассказывай, для Карповича прибереги. Я ведь тоже умею про пули и опасности вдохновенно врать. Проехали… Тут ещё ФИО владельца квартиры есть и место работы: безработный. Странно… Ладно, выдвигаемся на адрес, знакомиться будем.
… Через полчаса они стояли перед обычной железной дверью, расположенной на втором этаже старого, дореволюционного дома. Не рассуждая, Иванов позвонил в заверещавший испуганной иволгой звонок, а инспектор на всякий случай зажёг Печать.
- Кто? – раздался из квартиры довольно молодой мужской голос.
- Полиция! – раздражённого прорычал Антон.
- Удостоверение покажите.
- Куда? У тебя же глазка нет!
- Ваши проблемы, - равнодушно ответил голос и послышались затихающие в глубине жилища шаги.
Помощник с инспектором непонимающе переглянулись.
- Это он нас так послал?! – начал заводиться Серёга. – Да я ему…
- Спокойно! Сейчас откроет, - как-то зло улыбнулся Швец и, вовсю пользуясь своим призрачным преимуществом, шагнул сквозь запертую дверь.
Раздался крик. Дикий, необузданный, полный животного ужаса. Затем он повторился. У Сергея по коже забегали мурашки. «Только бы соседи не сбежались, - подумалось ему, - иначе вони от них не оберёмся».
Щёлкнул замок, вход в квартиру открылся, и Иванов быстро нырнул внутрь.
- Пошли, клиент дозрел, - уверенно шепнул ему… Швец?
Существо, говорившее голосом инспектора, очень отдалённо напоминало человека. Скорее, пародию на него. Худые, длинные ноги, суставчатые руки, маленькая голова с глазами-блюдцами, полыхающими красным светом. Жуть, да и только.
- Да я это, я, - продолжало шептать странное создание. – Пугаю вот, как могу. Типа упырь-мутант. Знаю, что таких не бывает, зато прикольно. Я давно этот образ выдумал, ждал, когда пригодится. Пошли, он в комнате!
Миновав неосвещённый, заставленный всяким житейским хламом коридор, прошли в жилую часть квартиры, состоявшей из одной огромной, донельзя замусоренной, комнаты и крохотной кухни.
На диване, среди хлебных крошек и пятен от соуса, сидел длинноволосый худощавый парень лет двадцати пяти. Он был весь какой-то мятый, неопрятный, потасканный. Ауры потустороннего существа у него не было.
- Ты кто, тело? – начал светскую беседу Серёга. – И почему людям двери не открываешь, когда тебя вежливо просят?
Вопрос остался без ответа. Хозяин квартиры загипнотизировано, как кролик на удава, смотрел на изменённого Антона. Тот оскалил жёлтые, неровные зубы и пустил зеленоватую слюну.
- Понятно, - грустно вздохнул помощник и изо всех сил влепил волосатому оплеуху. – Ведь не хотел же до этого доводить…
Парень от такого подарка упал на бок, затрусил головой, словно приходя в себя, после чего уставился на Иванова.
- Ты меня слышишь? – чуть ли не в ухо крикнул Сергей волосатику.- Д-д-да… Слышу – он согласно затрусил головой, не сводя с Антона взгляда. – Это не я!!!
Вторая оплеуха, послабее.
- Что не ты? Испугался, бедняжка? – помощник деланно посочувствовал, а потом снова начал напирать. - Ты, дружочек, как раз ты! Мы всё знаем. И про шуточки в котловане, и про форумы, и про…
Не став на всякий случай приплетать сюда Розу, Иванов просто неожиданно повернулся к Швецу, сделал страшно лицо и командным тоном приказал:
- Куси!!! За руку для начала!
Начальник сначала обалдел от такой наглости, но потом быстро принял правила игры. Задышал по собачьи, захрипел.
- Не надо!!! Я всё скажу-у-у-у! –внезапно тоненьким голосом завизжал длинноволосый парень и упал в обморок.
- Серёга, мы, похоже, перестарались, - удивлённо протянул Антон. – Ты смотри, какой во мне талант пропадает!
- Ага! В фильмах ужасов без грима сниматься можешь. Погоди, - он начал легонько хлопать слабонервного по щекам. – Сейчас в себя придёт.Результаты традиционного возврата в сознание не заставили себя ждать. Хозяин жилища открыл глаза и заплакал:
- Не бейте меня… Не надо…. Ма-а-ма…
- Про маму вспомнил? Поздно! – обличающе продолжил психологическую обработку Серёга. – Признавайся, когда и за сколько ты продал душу дьяволу?!
- Да не продавал я ничего… Я не знал… Думал, тетрадь для смеху какой-то шутник в прошлом нарисовал…
- Врёшь!!! Гореть тебе теперь в геенне огненной!.. Вот уже и посланец пришёл за тобой!
Швец снова пустил слюну и добавил свечения в глазах.
- Нет! Не было такого! Мне просто интересно было! Вот! – волосатик откуда-то из-за дивана извлёк старую, засаленную тетрадь жёлтого цвета и с силой сунул её в руки Иванову. – Вот! Я просто читал, не больше!
Сергей заинтересованно осмотрел полученное. Обложка из дешёвой, потрескавшейся кожи, покрытой самыми разными пятнами неизвестного происхождения – ровным счётом ничего необычного. Ага! Когда-то она закрывалась на застёжку с ремешком, но теперь остался лишь хлястик. Что ещё? - довольно толстая. Одним словом - самая обычная общая тетрадь, только ветхая.
Убедившись, что ничего особенно снаружи нет – открыл. Внутри оказались небрежно написанные на греческом и латыни буквы, рисунки, чертежи. Всё мелкое, со множеством чернильных клякс - словно писалось больше для памяти, а не для потомков.
Полистал, перевернул, потрусил на всякий случай – вдруг между листами что спрятано? Ничего. Тетрадь и тетрадь. Протянул её Антону – пусть он посмотрит, а сам продолжил беседу.
- Давай по порядку. И не врать! Иначе сам знаешь…
Парень хоть и не знал наверняка, о чём именно идёт речь, но идею пообщаться воспринял горячо и радостно.
- Меня Паша зовут. Игольцев, - начал он свою своеобразную исповедь. – Мы летом в Одессу мотались, приглашения по знакомству сляпали... Ну, город там посмотреть, в море покупаться, отдохнуть, короче… - Ближе к сути.
- Так я про это и рассказываю. Квартиру, значит, мы с корешами по интернету забронировали и оплатили, а хозяин нас кинул. На фото одно, а по факту старый убитый полуподвал. Мы туда-сюда, повозмущались конечно, а этот козёл деньги ни в какую не отдаёт. Пришлось там оставаться, но обиду мы затаили. Короче, в день выезда разнесли по пьяному делу все эти апартаменты – пусть знает, как людей кидать! Вот тогда тетрадь я и нашёл – она в тайнике в стене лежала.
- Что ещё ты обнаружил?
- Ничего. Больше ничего не было. Только она.
- Угу… Продолжай.
- В общем, взял я её себе – думал, антиквариат какой, даже друзьям не показал. Пошли мы в последний раз, значит, на пляж, и там с местными чуваками познакомились. Классные люди! Да так у них и зависли ещё на недельку. С блэкджеком и шлюхами, - он сладострастно причмокнул губами, наслаждаясь воспоминаниями. – А трава там у них – ух! Забористая!
- Слышь наркоман, к делу ближе!
- Зря вы так! Я за лигалайз – это так, но наркотикам – нет!
- Ты не на митинге! – Швец снова рыкнул, чем заставил Пашу неприятно поёжиться.
- Да-да. Привёз я её сюда…
- Прямо вот так, через таможню?
- Да. А что такого? Они даже открывать не стали. Что с меня взять? Ну прицепятся – так денег всё равно нет. В ней ведь нет никакой ценности – это же не картина или книга старинная! Покрутили в руках, да и пропустили. Там и без меня денежных клиентов хватало, – волосатый позволил себе улыбку. – А дома решил перевести, что внутри написано. Оказалось, на греческом. Ох, и намучился я, пока греческую раскладку в нашу клавиатуру вбухал! Ещё и слова не все понятно выведены. Почерк отвратительный…
Когда перевёл один из текстов наугад – понял, что это ритуал по подъёму зомбаков. Интересно стало – сработает или нет? Быстренько подправил перевод (он совсем нечитаемый был, как описание товаров с АлиЭкспресс), да и вывалил на местный форум оккультных идиотов.
- Как вывалил?
- Если честно - испугался я из дома такие вещи делать. Пошёл в торговый центр, капюшон натянул от камер наблюдения, и через их Wi-Fi скинул.
Серёга с начальником переглянулись – вроде бы пока всё сходилось.
- А потом?
- А потом сидел и комментариев ждал. Вдруг кто попробует? Но никто, видимо, не захотел…
«Ага, не захотел! Попробовали идиоты одни. Только тебе об этом знать не надо!» - в унисон подумали начальник и подчинённый.
- Ну это ладно… А в котловане ты чего учудил, придурок?
Паша мелко затрясся.
- Я знал, знал, что это правда… И воины, и прекрасный мужчина мне не привиделись… Вот оно как, значит…
- Хорош стенать! – пресёк Иванов начинающуюся истерику. – Рассказывай, сволочь!
- Ну… я… это… Листики склеил… Нарисовал картинку одну – к ней наиболее понятный перевод был… Ночью в ту яму спустился, разложил – только ветер сильный был, пришлось её песочком присыпать – сдувало… Слова сказал, как по инструкции велено. Песок засветился, я испугался и убежал. И уже наверху видел, как прямо из воздуха ангельское воинство выходило. В доспехах, с мечами… Я думал – глюк. Потом водкой отпаивался…

Показать полностью

Для моих 337 подписчиков

Vadim1977 в Авторские истории

https://author.today/u/vadimbulaev страничка автора

"Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию".
История седьмая. "Колдовство и всякая всячина" Часть вторая


- У меня курево закончилось. Я в магазин. – уже в дверях уведомил Машу Серёга. – Без меня не смотри пожалуйста!
- Ладно, только недолго давай. Чайник пока поставлю.
На часах была половина третьего утра. Не самое удобное время для прогулок, но выбора не было. Кицунэ и Иванов наконец-то решились посмотреть жутко модный сериал «Тронные игрища» и, неожиданно для самих себя, втянулись. Оставалась последняя, наверняка самая интересная, серия первого сезона, когда неожиданно обнаружилось, что в пачке не осталось ни одной сигареты. Потому Иванову пришлось идти в круглосуточный маркет неподалёку.
Майская ночь была чудесна. На небе ни облачка, яркий свет звёзд завораживал, предутренняя свежесть бодрила. Помощник инспектора неожиданно вспомнил, что он уже лет пять не гулял до утра. «Всё в суете и беготне, а жизнь проходит» - грустно подумалось ему.
Пока шёл – думал почему-то про домовую. Он привык к ней как младшей (всё же определился) весёлой сестрёнке. А ещё с ней оказалось очень интересно смотреть фильмы. Маша искренне переживала за судьбы героев, от души комментировала и выражала своё мнение поступками тех или иных персонажей, а при виде постельных сцен стыдливо закрывала лицо ладошками, оставляя, правда, щёлочку между пальцами. И это у неё получалось так забавно, что Сергей никак не мог определиться – куда интересней смотреть: в экран телевизора или на поглощённую фильмом кицунэ.
Неприятности из-за злющей старухи Васильевной, её инициативной группы, тупого участкового и с прочих госструктур, активно мешавших жить в последнее время, утряслись сами собой. Получив паспорт на руки и к нему целый пакет сопутствующих документов (налоговый код, страховой полис, даже свидетельство о рождении и аттестат за 9 классов школы), Машка теперь смело гуляла из квартиры на улицу и обратно, представляясь дальней родственницей Иванова, приехавшей из глухой деревни поступать в городской колледж. Молодец Дима Осипенко, сдержал слово! Бумаги были настоящие!
… Круглосуточный оказался закрыт на удивление. Почему – не ясно. Ни таблички, ни охранника на входе, чтобы спросить, когда заработают, не было. Пришлось идти в другой, дальше по улице.
Иванов снова погрузился в задумчивость - вспомнились события последних дней и драка в кафе, а потом мысли плавно перетекли на Розу. С женщиной они расстались нормально, а Машка вообще подругами. Швец окружил призрак проститутки такой заботой и галантностью, что та невольно стала на него смотреть восхищёнными глазами. Так, как дамы смотрят на кавалеров своей мечты, загадочно называя, с придыханием - «Он…». Что же, пусть у них всё получится… Как раз сегодня Антон решал вопрос с жильём для новой знакомой, чем немало удивил коллегу.
- На кой вам недвижимость, если вы можете сквозь стены гулять? Где захотелось – там и отдыхай. Хоть в президентском люксе! – искренне недоумевал помощник. – Вы же, не обижайся, мёртвые!
- У всех должен быть дом, - отвечал инспектор. – Даже у нас. Понимаешь, привыкли мы так. Хочется что-то своё иметь. Такое… место, где можно было бы почувствовать себя хоть немного живым, хоть в воспоминаниях.
… Вот и маркет. Наконец-то! Серёга купил сразу сигаретный блок, по привычке учитывая любовь начальника к табакокурению, и пошёл домой, досматривать сериал. Но не успел пройти и пары сотен метров, как заметил на обочине дороги здорового, но очень худого и облезлого серого пса, лежащего прямо на асфальте.
- Слышь, псин, уйди с дороги! Тебя машина может задавить! – парень счёл своим долгом предостеречь животное от возможных неприятностей.
Собака повернула к нему голову.
- Да, да, я тебе говорю! Уйди оттуда, дурик!
Неожиданно зверь пошёл прямо на незваного доброхота. Медленно, вяло, но в каждом его движении чувствовалась былая мощь когда-то красивого, ловкого бойца.
Кроме них, на достаточно освещённой улице не было никого, и это напрягало. Инстинктивно помощник нащупал в кармане куртки отобранную у бесов «Осу», правда, с обычными патронами.
- Убрался с проезжей части?! – нарочито громким голосом начал говорить он с псом. – Ну и молодец. Иди по своим делам, мне тебя угостить нечем.
Зверь шёл к нему.
- Вали, я сказал! – «Оса» перекочевала в руку. – Иначе хуже будет!
Пёс не дошёл до Серёги метров десять. Остановился под фонарём, словно давая себя рассмотреть получше. Огромная, лобастая голова с умными глазами, клыки толщиной мало не в палец, в холке не менее метра. И, вдобавок, жуткая худоба, облезлая шерсть, вырванная огромным клоком на боку и открывающая след от рубленного удара. А ещё через зверя проходил свет.
- Призрак! – ахнул Иванов. – Ещё один на мою голову! Нет, ну надо же такому случиться! Жил честно-благородно, ни о чём таком и не помышлял, и тут уже второй призрак за неделю! Сходил, блин, за куревом…
На руке вспыхнула Печать – помощник приготовился к схватке. Однако пёс повёл себя странно. Вместо того, чтобы напасть, или убежать, или раствориться в воздухе он начал медленно, спокойно подходить к Сергею, мотая головой слева направо. Получалось у него не очень, но смысл был понятен: «Нет».
- Ты поговорить хочешь? – осторожно, напрягшись в ожидании нехорошего, поинтересовался парень.
- Гав! – утвердительно, именно утвердительно пролаял призрак, лёг на живот, положил морду на лапы и немигающим взглядом уставился на Иванова.
- Ты хочешь, чтобы я к тебе подошёл?
Никакой реакции.
- Тебе нужна помощь?
Снова ничего.
- Хочешь пойти со мной?
- Гав! – у собаки радостно завилял хвост.
«Говорил мне дед – никогда, внучек, не заговаривай с бродячей собакой, - тоскливо подумал Сергей, - Иначе не отвяжется. Хотя и к месту может прийтись, если зверь хороший».
- Ну и зачем ты мне? И зачем я тебе?
- Гав, - серьёзно, вдумчиво ответил четвероногий.
- Понятное дело… Ты меня понимаешь?
- Гав! – утвердительно.
- Это хорошо, что понимаешь… Давай тогда я в другой сюда приду и мы обсудим твоё желание, - попробовал он отвертеться от такого счастья, как собака-призрак в квартире.
Зверь ничего не ответил, лишь тоскливо-пронзительно взглянул в глаза помощника. Он действительно всё понял. И Серёга, в душе до одури обожавший собак, не выдержал:
- Пошли, завтра покумекаем, куда тебя пристроить!
Развоплотить псину Иванов даже не подумал.
***
- Ты где шлялся?! – домовая встретила ночного путешественника за сигаретами, уперев ручки в бока и грозно шевеля ушками. – Я же переживаю… А это кто?
- Это… Вот… На улице увидел… бродячий… - замямлил он.
- Собачка! – радостно взвизгнула она и сразу полезла к псу. – Какой красивый!
Помощник с сомнением посмотрел на ободранного, неухоженного зверя. Оказалось, что они с кицунэ практически одного роста, псин даже повыше немного был. Но Машу это нисколько не смущало.
- Как тебя зовут? – затараторила она. – И давно ты один? Бедненький… Я тебя накормлю… Хотя ты же призрачный! Зачем тебе еда? – и повернулась к Серёге, делая жалостливые, полные слёз, глаза. – Давай его оставим, пожалуйста!
Иванов животных хоть и любил, но здраво отдавал себе отчёт в том, что собака в квартире – это огромная ответственность. А ответственность он не любил. Но и домовую обижать не хотел, потому мягко попытался донести до неё голос здравого смысла.
- Ну где он тут жить будет? И когда с ним гулять? Одна морока выйдет… Я его до завтра привёл… Переночевать и пристроить потом куда-нибудь… Да хоть к Ерохе в охрану!
Дальше девушка его слушать не стала.
- Гулять он и сам может, он же невидимый! И хороший! А живёт пусть у меня, я не против. Ну давай оставим… Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!!!
- Где у тебя? За холодильником?! С пауками сражаться вместе будете?!
Машка топнула ножкой и гордо ответила:
- Да у меня места больше, чем во всей твоей квартире вместе взятой, включая балкон и коврик у входной двери!
- Это как?
Она смутилась.
- Ладно, покажу, хоть и нельзя… Пойдём.
Они подошли к холодильнику, кицунэ взяла парня за руку и… пространство искривилось, показав довольно широкий проход. Причём и стена, и холодильник не сдвинулись ни на миллиметр – за это можно было поручиться.
- Не стой.
Сергей с опаской шагнул за девушкой и оказался в большой, совершенно пустой комнате без окон, вполне прилично освещённой неизвестно каким способом. В дальней стене виднелись два прохода в такие же пустые комнаты размером поменьше. Он с удивлением осмотрелся, обнаружив в одном из углов сиротливый матрасик с подушкой и сундучок с лежащим на нём зеркальцем.
- Видишь, места хватит вполне! – гордо объявила Маша, поглаживая неизвестно как оказавшегося рядом с ней пса. – Тебе нравится?
Вместо помощника ответил четвероногий.
- Гав! – и лизнул девушку в щёку.
- Ах ты мой хороший! – домовая в порыве чувств обняла пса за шею. – я тебя Полканом звать буду.
- Гав! – недовольно.
- Тогда как тебя звать? Мухтар? Серый? Бобик? Шарик? Чингиз?
При последнем имени зверь гавкнул, но как-то грустно. Мол, пусть буду Чингиз, хватит уже...
Плюнув на всё Иванов махнул рукой.
- Ладно, пусть пока поживёт… Но, если что...
- Ага! Я поняла! Не беспокойся! Мы с Чингизиком хорошие и чистоплотные! Я ему сейчас место подберу, где спать!
- Выведи меня отсюда и объясни, где я сейчас нахожусь.
Кицунэ снова взяла его за руку и вывела на кухню.
- Это магия такая, бытовая… Неужели ты действительно думал, что домовые по углам обитают? Нет. Когда у нас есть дом – есть и сила на мелкие чудеса. Вот как это.
- А пусто чего так? – брякнул Серёга и сразу прикусил язык, коря себя за глупость. Понятное дело – откуда ей обстановку взять и за что мебель купить? Фокусы с пространством – это одно, а вот нормальный диван – это совершенно другое. Ему стало стыдно за свою невнимательность к жизни Маши, и он тут же решил это исправить.
– С получки в мебельный поедем. Выберешь там чего нужно. Сразу всё купить не сможем, но постепенно обставимся. И не спорь!
Домовая и не стала. Вместо ответа она неожиданно крепко обняла Серёгу и расплакалась. Еле оторвал.
***
Швец появился ближе к обеду, против обыкновения задумчивый и собранный.
- У нас ЧП? – сразу уточнил подчинённый?
- Нет. У нас колдун непойманный. И я не имею ни малейшего представления, что надо делать. Только от Карповича вышел. Холку он мне не мылил пока, но историю Розы выслушал с интересом и даже архивы поднимал.
- И что?
- И ничего. Только то, что и раньше знали. Но велено «активизировать работу и задействовать всю агентуру», которой у нас нет пока. Сам что думаешь?
Серёга нейтрально пожал плечами.
- Предлагаю поступить традиционно и устроить лёгкий беспредел. Покошмарить нечисть из той, что покрупнее. Давай город на уши поставим! Чтобы ахнули! Чтобы на брюхе приползли! Иначе откуда нам нормальную информацию брать?
- Это дело… - потёр подбородок инспектор. – С чего-то же надо начинать…
- С оружием что? – в очередной раз напомнил помощник.
- Ничего. Обещали рассмотреть. Только когда это будет – я не знаю.
- Хреново…
- Да не то слово.
Неожиданно за холодильником послышалась возня и через секунду в кухню вкатился всесокрушающий клубок из Чингиза и Маши. Им было весело, они играли. Но не это удивило Иванова. Пёс был материален!
- О, собакена себе завёл! – изумился Антон. – Призрака! Да где ты его нашёл?!
Помощник коротко рассказал о ночных событиях.
- Понятно, - ответил инспектор. – Пёс, скорее всего, погиб в том месте когда-то и до сих пор ждёт хозяина. У преданных животных такое часто. Не уходят без любимого человека на небо, хоть плачь. Верность! Так что ты правильно сделал, что подобрал его. Этому красавцу нужны друзья, даже такие странные, как мы. Думаю, он заслужил ещё один кусочек счастья.
- А как он материальным стал?
- Машкино волшебство. Домовые в своём жилье и не такие фокусы могут исполнять. Кстати, и ты тоже любому призраку своей Печатью можешь материальность на час дать. Но не рекомендую этим злоупотреблять.
- Почему?
- Потому что если в этой, осязаемой форме он погибнет – то уже навсегда. Получится вторая смерть. Что за ней – я не знаю. Но вряд ли что-то хорошее, уж ты мне поверь, - Антон снова посмотрел на Чингиза. – Красавец! Только неухоженный. И умный.
- Знаешь, - осторожно, боясь выглядеть глупо, сказал Иванов. – По-моему, он нас понимает…
- Конечно понимает. Собаки сами по себе далеко не самые тупые животные, а уж он сколько лет среди людей тёрся – поневоле научишься…
- Гав! – подтвердил пёс.
Выдворив играющихся домовую и призрачного Чингиза обратно за холодильник, сели попить чаю.
- Как Роза? Обустроилась? – начал светскую беседу Сергей. – Всё в порядке?
Швец грустно вздохнул. Видимо, вопрос ему был неприятен.
- Понимаешь… Тяжело ей сейчас. То, что ты видел – наносное. Её абсолютно лёгкое и спокойное поведение – всего лишь демонстрация железного самообладания. Для Розы по внутренним ощущениям казнь произошла несколько дней назад, а не чёрт знает сколько лет назад. И за эти дни она дважды возникала и исчезала обратно, растворяясь в пустоте, при этом ничего не понимая. Как с ума от таких дел не сошла – не пойму… Короче, страшно ей. Очень страшно. Другое время, другие люди, никому не нужна и, вдобавок, мёртвая. Сам представь! Тут впору спиться или ещё раз в петлю полезть…
Потому я к ней пока с расспросами и прочими глупостями не лезу. Пусть женщина в себя придёт от шока. Если что – у Ерохи она остановилась. Там есть где, оказывается…
Помощник согласно покачал головой, принимая услышанное к сведению, и решил перевести тему:
- Ну что, пойдём гонять нечисть?
- А то! – радостно осклабился инспектор.
- Гав! – жизнеутверждающе заявил невесть когда объявившийся из-за холодильника Чингиз.
- Ты куда собрался? – удивился Серёга, глядя на деловито усевшегося на коврик у входной двери пса.
- Гав!
- Да пусть идёт! – Швец вышел из-за стола. – Хуже от него не будет.
***Всё оставшееся до полнолуния время они провели, что называется, с языками на плечах. Круглосуточно носились по городу, развоплощая непонятливых, договариваясь с адекватными, всячески терроризируя всех иных, попадавшихся под горячую руку. Нечисть взвыла.
Они узнали про два притона упырей; вскрыли сеть мелких бесов, промышлявших добычей органов в морге; разогнали шабаш русалок под городом. Но про нового колдуна выяснить не удалось ничего. В одном сходились все опрошенные – или из новых он, или залётный гастролёр.
С некромантами тоже ситуация не прояснилась. Единственным в городе, кто был способен поднять мёртвых и обладал необходимыми для этого знаниями, был старый бес, в настоящее время руководивший собственной строительной фирмой и по уши погрязший в битве за капитал. То, что ему это нафиг не нужно, стало видно с первого взгляда. Часы за двадцать пять тысяч у.е. и машина представительского класса под окном десятиэтажного офиса с бассейном, боулингом и вертолётной площадкой на крыше предельно чётко давали понять, что владелец всего этого великолепия меньше всего нуждается в нескольких зомби. Зачем? Их вон сколько, и без колдовства полные кабинеты сидят. Что скажет – то и сделают, ещё и счастливы будут, что на них внимание обратили за такую-то зарплату.Чингиз постоянно был при Швеце с Серёгой, честно выполняя роль служебной собаки. Зря под ногами не путался, рычал, когда надо, нигде не терялся и за кошками не бегал.
***- Ну что, пора идти? – словно бы для себя, негромко пробубнил Иванов. Он уже приготовился, сунув в карман трофейную осу и прихватив незаконную телескопическую дубинку из нержавеющей стали, которую когда-то у кого-то отобрал ещё во время службы в органах. – Засветло приехать надо, свежие захоронения найти до темноты.
- Согласен.
… Через час были на центральном городском кладбище. Пройдя ряды старых, скромных и не очень и новых, крикливо богатых, могил у входа, направились вглубь.
Через час достигли цели и… обалдели. Вдаль, к горизонту, уходили кресты над небольшими холмиками. Много, очень много.
Решили сориентироваться по датам смерти, указанным на табличках – не помогло. С лёгкой, подмазанной руки кладбищенского начальства захоронения производились как попало. Родственники старались застолбить место по соседству с близкими; безденежные мёртвые лежали в самых причудливых местах, у некоторых даже вместо традиционного креста была лишь деревяшка с ФИО и датой смерти; много могил оказались разбросанными прямо среди отведенного под будущих умерших поля – наверное, опять же местные дельцы от смерти, подготавливали места подороже: мол, не в неприличном одиночестве драгоценного близкого хоронить будете, а среди людей.
- А чего ты хотел? – ни к кому не обращаясь, протянул Сергей. – Город областной, народ мрёт регулярно и в достаточном количестве. К тому же памятник покойному обычно только через год ставят, потому все эти могилы считаются относительно свежими.
- И что делать?
Иванов почесал в раздумьях затылок.
- Уходить – не вариант. Найти место, где будут ритуал производить – самим не реально. Надо возвращаться и ловить местного беса – пусть помогает. Сам же говорил, что их на кладбищах полно.
- Это да. Пошли.
И они решительно вернулись ко входу. Наступали сумерки.
… Бес нашёлся быстро. Чуть в стороне от сторожки у ворот стоял низкорослый, испитый мужичок с топором в руке и грустно смотрел на полено. По всей видимости, его надо было расколоть на дрова, но адскому отродью было лень, ну или похмелье мучило.
- Слышь, Раскольников! – издалека проорал Швец. – Подойди, дело есть!
Нечисть неожиданно ловко перехватил топор поухватистей и обернулся к крикуну.
- Чего тут лазите?! Я сейчас тревожную кнопку нажму – и охрана приедет, рёбра вам посчитает! Совсем оборзели…
Договорить ему не дал Иванов. Перебил нахраписто, с вызовом в голосе – сказались беготня и напряжение последних дней.
- Слышь, деятель, ты сейчас домой поедешь с билетом в один конец! – на ладони зажглась Печать. – Не переживай, на твоё место другого подберут!
Увидев основной козырь и удостоверение Департамента Управления Душами, бес остолбенел, выронил топор и, неожиданно тоненько, запричитал:
- А ведь знал, знал, что придёте… Я же ничего не сделал, мне тут слишком хорошо, чтобы рога мочить куда не надо… Достали, ищейки…
Пока он это произносил, тело мужичка опустилось на колени и повинно склонилась голова, всем своим видом выражая покорность судьбе:
- Делайте, чего уж… От вас не уйдёшь…
Антон опешил. Иванов, глядя на него, тоже.
- Успокойся, придурок! – начал инспектор. – Мы вообще-то по делу к тебе! Нам информация нужна. А ты сразу на казнь собрался…
- Гав! – подтвердил так и не отставший от парней Чингиз.
- Да! – веско сказал Серёга, просто чтобы что-то сказать, а не стоять молчаливым придатком к таким важным особам.
Бес растерялся.
- Так вы это… не за мной?
- Кто знает? – не дал ему до конца расслабиться Швец. – Сейчас мы к тебе, а там посмотрим, как оно пойдёт. Вопросы у нас есть.
- Задавайте!!! – счастливо проорал нечисть. – Что знаю – расскажу! Тем более у нас тут спокойно – сами следим!
Серёга сжато изложил информацию о некромантах, которые якобы сегодня ночью будут на этом кладбище заниматься чёрной магией. Бес отмахнулся:
- Да малолетки очередные. Мы их уже даже не гоняем. Так, смотрим, чтобы не поломали ничего, да и то не всегда.
- Почему не гоняете? – уточнил Антон.
Мужичок вздохнул, достал из засаленной куртки пачку вонючих, даже без огня, сигарет, и грустно ответил:
- Опасно. Представляете, что будет, если в разгар ребячьих забав, да ещё среди ночи, к ним выйти? У детишек как минимум разрыв сердца случится. Потом понаедут законнички нервы трепать, и вы до кучи припрётесь. Зачем? Аккуратно делаем. Если заметим шалость – ветер холодный пустим или повоем жутко, но не сильно. Всегда хватает. Бегут как ошпаренные.
Осталось непонятным – нечисть пытался от них избавиться или говорил правду. Иванов вникать в это не стал. Он просто категорически и безоговорочно объявил:
- Сигнал был, мы обязаны отреагировать. Надо каким-то образом найти место проведения этой фигни. Дальше видно будет.
- Оно так… - протянул мужичок. – Положено - значит надо проверить… От меня, как я понимаю, нужно содействие ночью по кладбищу вывести куда надо и место примерно указать?
- Да. Ты же тут не заблудишься, как местный житель. По информации, проводить ритуал будут на новых захоронениях.
Бес задумался, с ожесточением почесал небритый подбородок, а затем предложил:- Всю ночь по окраинам бегать не вариант, да и подойти туда откуда хочешь можно… Слишком большая территория, можем упустить. А за такие дела начальство меня взгреет… Сюда люди хотят приходить горевать в полном спокойствии, без эксцессов… Знаете, что? Вы идите в сторожку – там телевизор есть и чай, а я пока местных призраков кликну. Пусть они патрулируют…
- Лады, - согласились оба сотрудника. Торчать среди некрасивых могил и крестов всю ночь им не хотелось совершенно.
***… Около двух по полуночи прямо перед Серёгиным лицом возник призрак немолодой дамы в глухом платье и шляпке-вуалетке, чем несказанно его напугал.
- Извините, молодой человек, за резкость моего появления в вашем обществе, - куртуазно начала нематериальная женщина. – Но, в некотором роде, вы были правы со своим коллегой в отношении неких молодых личностей, пришедших в наше последнее пристанище с неправедными…
- Короче! – рявкнул на ней Швец. – Некроманты? Где?!
Призрак капризно поджала старческие, тонкие губы на своём дряблом, полупрозрачном лице и, не отвечая, вылетела из сторожки. На улице их увидел бес, всё это время честно карауливший въезд на кладбище.
- Объявились, значит? – он понимающе кивнул головой. – Вы только присмотритесь сперва, прежде чем Печатями махать - вдруг сопляки какие…
- Посмотрим, конечно. Что мы – совсем без мозгов, что ли? – веско ответил инспектор и обратился к призраку. – Ведите. Только попрошу аккуратно, чтобы на глаза им не попасться. Вдруг бес прав, тогда вовек не отмоемся…
…На месте были примерно минут через сорок. Наверное, можно было дойти и быстрее, но призрак по привычке пёрла прямо, совершенно не обращая из-за своей нематериальной сущности внимания на препятствия; Чингиза это тоже не особо напрягало; Швецу вообще было до лампочки – он пока находился в эфирном состоянии - а вот Иванов вспотел искать узкие проходы между оградками и спотыкаться о кочки или ещё что-то, о чём он предпочитал не думать. Вдобавок из памяти полезли детские страхи, наперебой подсовывая всякие неприятные воспоминания, состоящие сплошь из страшилок про Чёрную руку или мёртвую невесту.
Еле успели, в общем.
Полная луна отчётливо показывала два силуэта, стоящих на окраине кладбища. Один из них неразборчиво, грозно что-то кричал на латыни, второй ходил по кругу с факелом.
- Вот, извольте видеть сами этих безобразников! – палец призрачной старушки указал на некромантов. – И куда молодёжь катится?..
- Спасибо, - решил в этот раз не хамить Антон. – Дальше мы сами.
Провожатая не стала спорить и растворилась в воздухе.
- Ну что, посмотрим? – поинтересовался удобно улёгшийся среди холмиков Иванов. – Или напугаем, как тот алкаш рекомендовал?
Раздумывал инспектор недолго.
- Я сейчас из видимости пропаду и пойду посмотрю, что они там делают. Дальше по обстановке. Вы с Чингизом ждите здесь.Но сделать задуманное он не успел. Когда Антон проговаривал последние слова, поднимающий мертвецов некромант неожиданно заорал нечеловеческим, полным ужаса голосом. К нему присоединился и второй, выронив факел.
- Да что такое?!
И тут в свете луны блеснуло лезвие ножа. Первый незадачливый призыватель покойников забулькал горлом, некрасиво заваливаясь на землю; другой почему-то вместо того, чтобы «делать ноги», запищал «Отче наш». Но дочитать молитву бедолага не успел – повторный взмах прервал последнее его обращение к Богу, воткнув острие в грудную клетку. Ещё одно тело упало на кладбищенскую почву.
На ногах остался стоять лишь третий, неизвестно откуда взявшийся, персонаж. И это был зомби.
- Пи…ц! – вырвалось у Серёги. – Побежали упокаивать!
Они рванули вперёд. Выскочив на место проведения ритуала, помощник с размаху приложил активированную Печать к голове восставшего, при этом ловко увернувшись от тычка в живот той самой железякой, которая только что отправила двоих скучать в очереди Чистилища.
Мертвец упал и больше не шевелился.
- Иванов, нам край… - растерянно сообщил Швец. – Посмотри…
Из близлежащих могил резво и шустро выбирались новые зомби. И у каждого был нож. У кого новый, у кого не очень, но вооружены были все.
Помощник осмотрелся. Даже на вскидку, на свежий воздух уже припожаловало не менее двадцати трупов, и край глаза отмечал новые шевелящиеся бугорки могил.
- Да сколько же их! Антон! Запрашивай подкрепление, как тогда, на перекрёстке!
- Уже… Сергей, беги! Беги отсюда! Иначе тебе хана! Убьют!
- А ты?
- Буду их на себя отвлекать! Нельзя, чтобы они разбрелись. Таких дел наворотят… Они же света не боятся… Столько людей покрошат, пока переловим…
Иванов выстрелил в ближайшего покойника, резво бежавшего к нему. Тот рухнул.
- Как долго нужно продержаться?
- Хрен его знает! Минут десять, может больше… Беги, дурак!!!
К Сергею неожиданно подошёл Чингиз и внимательно посмотрел на Печать.
- Не надо, псин… Если тебя убьют – это, возможно, навсегда. Ты же слышал…
- Гав! – угрюмо ответил призрачный пёс и ткнулся головой в светящийся на ладони круг с непонятными письменами. А затем ринулся в бой. Обретший материальность зверь рвал, сшибал с ног, бил мощными лапами восставших, совершенно не обращая внимания на ответные удары и раны от ножей. Серая шерсть четвероногого бойца стремительно покрывалась кровью, а в глазах Чингиза плясал азарт последнего боя.
Бесшабашная удаль собаки передалась и парням. Они оба бросились помогать зверю, крича при этом что-то нечленораздельное, но вполне отвечающее их внутреннему настрою. Если бы кто-то хорошенько вслушался в их вопли – то без удивления бы узнал матерщинные слова с проглоченными от волнения окончаниями.
***… «Осу» Серёга давно выбросил – закончились патроны. Отбиваться приходилось дубинкой и, иногда, получалось применить Печать. Он устал. Мертвецам механические повреждения от его оружия были до одного места, боли они тоже не чувствовали. Иванов чувствовал, что понемногу проигрывает схватку.
Руки и ноги помощника покрывали многочисленные порезы, но в горячке боя парень на них просто не обращал внимания. Да он и жив то был чудом ещё. Казалось, что эта сумасшедшая карусель длится вечно.
У Антона дела обстояли не лучше. На удивление ловкие зомби уклонялись от его ладони самыми немыслимыми образами и, отбегая, норовили лишний раз ударить ножом материального подчинённого. Наверное, потому, что он был единственным по настоящему живым существом в округе.
Чингиз, тяжело дыша, лежал в луже собственной крови.
- Передохнем мы тут!.. – выдохнул Иванов, безостановочной юлой крутясь среди восставших. – О подкреплении ничего не сообщали?
- Нет!
- Тогда дальше бегаем… Собаку жалко…
Неожиданно ближайший к Сергею мертвец упал, затрясся в судорогах и затих. Из его груди торчало копьё. За ним упал второй восставший, потом третий… Помощник обернулся. Из знакомого уже разреза в пространстве выбегали, сразу становясь в боевой порядок, виденные ранее в памятной истории с головой, легионеры. Они споро, пригвоздив своими пиллумами всех обнаруженных мертвецов к земле, взялись за мечи и стали деловито, без суеты, их упокаивать окончательно.
Вслед за воинами показалось и начальство. Ранее виденный мужчина с мужественно-детско-ангельским лицом и Фрол Карпович.
- Долго же вы… - прохрипел Сергей, обессиленно опускаясь на землю.
- Почему долго? – не понял его представитель небесного спецотдела, активировавший в этот момент свою навороченную фиолетовую Печать и тщательно сканирующий ей окружающую территорию. – В норматив уложились, пять минут…
Пять минут? Быть не может. Хотя… Взгляд помощника зацепился за тяжело дышащего, но ещё живого пса. Из последних сил он вскочил, подбежал к Чингизу и приложил правую руку к его голове. Зверь снова стал призрачным. Свежие раны исчезли, четвероногий бодро вскочил и благодарно залаял.
Иванов снова опустился на землю, борясь с накатывающей усталостью и жутким желанием заснуть прямо тут.
- Александрос! Исцели парня! – словно сквозь вату в ушах Иванова раздался голос Карповича. - Он же сейчас преставится раньше времени. Ты что, не видишь, у него же кровь как из поросяти недоколотого хлещет! Просто эйфория ещё не прошла!!!
Чингиз крутился рядом, тревожно рыча и поскуливая.
Внезапно Сергей ощутил тепло в голове, почти сразу перешедшее в жар, мгновенно охвативший всё тело. Захотелось закричать.
- Терпи! – грозно рявкнул кто-то на ухо. – Уже совсем немного осталось.
И действительно, через несколько секунд боль прошла. Помощник поднял голову и увидел тревожное лицо сотрудника спецотдела да полыхающую на его ладони Печать.
- Чего смотришь? – весело улыбнулся он. – Залатали твои раны, как новенький будешь! А теперь поговорим о происшедшем…
- Да отвяжись ты от него! – рявкнул Фрол Карпович. – И не надоело тебе в любом, даже самом хорошем поступке, дерьмо с микроскопом разыскивать?! Правильно они сделали, что на себя отвлекли и нас вызвали! Полностью поддерживаю! А если бы восставшие расползлись по отноркам всяким и охоту на живых начали? Помнишь, как в 1922 году так вот проморгали деятеля одного? Потом вместе бледный вид имели!
Мужчина с ангельско-детским лицом смутился. Видимо, было что вспомнить.
- Да я не про мертвецов, - неуверенно продолжил гнуть свою линию он. – Я про собаку. Кто им разрешал призрака привлекать? Почему не развоплотили?! Нарушение инструкции…
- Отстань! – Фрол Карпович, не выдержав такого измывательства над подчинёнными, пришёл в неописуемую ярость, затопал ногами, а затем с самым грозным видом направился к представителю небесного спецотдела, засучивая рукава. – Засунь себе эти инструкции знаешь, куда?!...
И тут случилось то, чего никто не ожидал. Чингиз неожиданно по щенячьи взвизгнул, ошалело уставившись на годуновского боярина, и бросился на него, молнией распластавшись в воздухе. Сергей зажмурился в ожидании чего-то страшного, Антон тоже.

Продолжение в комменте

Показать полностью

Для моих 301 подписчика

Vadim1977 в Авторские истории

"Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию".


История седьмая. "Колдовство и всякая всячина" Часть первая



- Молодой господин, купите пирожок! – приятный женский голос своей необычной рекламой товара привлёк Серёгино внимание, и он остановился, выискивая в толпе взглядом его владелицу. Это оказало нелегко. В субботу возле входа в центральный городской рынок было не протолкнуться. Народ толпами сновал во все стороны одновременно, создавая ощущение идеального хаоса.


- Хорошие пирожки, господин! Купите, не пожалеете! – раздалось снова, уже почти рядом.


Да где же она?!


Нет, не видно. Иванов про себя выругался, помянул нехорошо ушасто-хвостатую Машку, из-за которой он здесь и оказался. Хозяйственная домовая сегодня ни свет, ни заря растолкала парня и отправила со списком-простынёй за продуктами. Пока он недовольно пережёвывал завтрак, долго и дотошно внушала ему, как именно выбрать лук и почему мясо брать с косточкой. Помощник слушал её вполуха, твёрдо решив про себя купить весь необходимый перечень или в супермаркете, или с самого рыночного края, не заходя внутрь. Машке же планировал потом наврать чего-нибудь, чтобы она не бухтела сверх меры. В общем, не любил Иванов рано вставать и рынок с его суматохой, толчеёй и суетой тоже не любил.


- Берите, они вкусные! – прямо перед Серёгиной физиономией словно из воздуха возникла миловидная, пухленькая женщина средних лет с небольшим подносом, на котором действительно лежали красивые, один к одному, пирожки. Они выглядели настолько аппетитно, что рот поневоле наполнился слюной, а в животе что-то заурчало.


- Сколько за один?


- На копейку два, - кокетливо ответила продавщица.


- Чего? Ещё раз повторите, я не понял, - искренне удивился помощник инспектора. Он и цены такой – копейка, не помнил. Знал, что давным-давно, в дни молодости его родителей, на неё можно было купить коробок спичек. За две - позвонить из телефона-автомата. Но вот приобрести два чудесных пирожка, к тому же в наши дни? – фантастика какая-то.


Прокрутив в голове все известные ему варианты уличных мошенничеств, ничего для себя не прояснил, а потому честно поинтересовался:


- Вы из программы «Розыгрыш»? Или пранкеры какие?


Настал черёд удивляться продавщице.


- Да как вы, господин, могли такое подумать! Я честная женщина, а вы меня такими словами, при всех! Если не голодны – ходите себе мимо и не мешайте делать коммерцию! – с этими словами она гордо развернулась и пошла в сторону входа в рынок.


Прямо сквозь людей.


Только теперь Иванов догадался всмотреться в продавщицу пирожков и ахнул!


Она была одета в не новое, но очень ухоженное и идеально подогнанное по фигуре платье с открытыми плечами и широкими, кружевными юбками с кринолином. Причёска спадала на шею женщины хитрыми мелкими завитушками, как в фильмах про Наташу Ростову или на картинках из жизни дам из позапрошлого века.


«Призрак!»- дошло, наконец, до него и парень, проклиная зажатые в обеих руках увесистые и неудобные, цепляющиеся за всё, что можно, пакеты с едой, попытался догнать странную продавщицу. Зачем – и сам не знал, инстинктивно. Но не тут-то было.


Пока Иванов, наступая окружающим на ноги и переругиваясь со всеми вокруг, достиг входных ворот - женщины и след простыл. Покрутил головой, похлопал глазами – а толку? Исчезла она.


… Дома, получив от домовой заслуженный нагоняй за неправильные продукты, Сергей попытался честно доспать упущенное, но опять не срослось. Машка в последнее время активно торчала в интернете и взяла за правило сообщать ему о всяких странных случаях, вычитанных на форумах. То, что все они являлись откровенным бредом, её не смущало, ибо и в плевелах найдётся пшеница. Вот и сейчас:


- Серёженька. Серёжа!


- Ну что тебе ещё?


- Да я тут на одном портале, очень известном, прочла историю занятную. Может, тебе интересно будет? – мягким, чуть заискивающим голоском протянула кицунэ.


Иванов не мог на неё обижаться за эту наивную надоедливость. Понимал – скучно девчонке в четырёх стенах, вот и старается быть полезной, как умеет.


- Рассказывай.


- Ой! – радостно взвизгнула она. – Тут такие страсти написаны… В общем, парень в Одессе гулял где-то в центре, а к нему женщина подходит в платье каком-то странном и прямо с ходу…


- Машка, не части! – помощник решил ей немного подыграть. – Подробно докладывай, какая женщина, откуда…


Домовая покраснела.


- Извини, я пока не знаю, как правильно докладывать, но я научусь! Так вот, - она стала говорить медленнее, с расстановкой. – Цитирую: «Миловидная женщина средних лет, но не то чтобы ах…». Дело было у какого-то Польского спуска, где-то с месяц назад.


- Уже лучше, - подбодрил девушку Сергей.


- Ага! И, в общем, она сразу ему такая, чуть ли не на шею стала вешаться и вопить: «Я вечером вся ваша на веки, если сейчас проводите до дома!» - не сдержавшись, снова затарахтела домовая. Иванов перебивать не стал, пусть наговорится. – Ну, а тот паренёк на работу спешил, отмазался от такого лестного предложения.


- Ну, может скучно тётке стало, или подпила с подружками да ласки захотелось…


- Да если бы! Через недельку он на рынок по своим делам зашёл, а та, не нагулявшаяся, пирожками там торгует. И тут он вспомнил! – театрально- гробовым голосом загудела кицунэ, делая при этом страшные глаза. – Это никакая не тётка, а страшный призрак маньячки – проститутки! Она клиентов на фарш пускала, пекла всякие вкусности и денежку на том зашибала! Полтораста лет назад жила! А имя ей Роза было!!!


- Ты прикалываешься? – Иванова передёрнуло. – Следишь за мной?


- Нет, так в посте написано… - растерялась домовая. – Что случилось?


Но помощник не ответил, задумавшись.


- А как она к тому парню обращалась, случайно не указано?


- Сейчас, - Маша быстро забегала пальцами по экрану планшета, который ей подарил с зарплаты Сергей. – Ага, вот! Нашла! «Молодой господин» - так тут написано.


Хозяин квартиры вырвал девайс из её рук и дважды, внимательно, перечитал пост вместе с несколькими страницами комментариев.


- Ничего себе… Где мы, где Одесса, и как всё это понимать?.. – а затем, ничего не утаивая, рассказал утреннюю историю с призраком домовой, введя её в глубокое удивление.


…Раздался свист, потом ещё один. Затем вопль: «Это я!».


- Привет бездельники! Чего такие умные сидите? – Швец традиционно возник из воздуха прямо посреди комнаты. Кому-то это может показаться совершенной бестактностью, и покажется правильно. Инспектор ни в какую не хотел включать материализацию лишь для того, чтобы нажать на кнопку дверного звонка. По-своему он был прав.


Но и мириться с такой беспардонностью домовая не могла. После нескольких бурных скандалов она приучила призрака свистеть со стороны двери и входить лишь с разрешения хозяев. Соседям, наверное, весело, от такого свистуна в подъезде…


Как происходит вторжение начальства в его жилище на самом деле – Иванов, к примеру, не понимал. Антон же невидимым может быть, если захочет. Тихонько пройдёт незамеченным – и в ванну, за Машкой подглядывать. Но вроде бы пока себе он такого не разрешал, а Серёга мудро не докапывался до истины.


За чаем помощник рассказал об утреннем происшествии, показал планшет с заметкой, поокруглял глаза от таких совпадений. Швец отнёсся к услышанному равнодушно.


- Я знаю эту историю. Наши её тогда курировали и ничего толком не нашли. Мутная – да, странная – без сомнения, но там нераскрытая уголовщина, а не мистика.


- Расскажи! – у кицунэ от любопытства загорелись глаза.


- Да нечего особо рассказывать. Проститутка убивал клиентов в борделе и пускала их на пирожки, а кости за домом закапывала. Её поймали и казнили.


Иванов почесал затылок и вынес вердикт:


- Бред.


- Согласен, полный. Наши потому тогда и вписались в это дело, колдовство искали.


- А что не так? – заинтересовалась любопытная домовая.


- Да всё не так. Дело происходило возле лестницы, которая вела от берега в центр Одессы. Оживлённейшее место. Там народ круглосуточно ходил, все на виду. К тому же бордели строят где? – он поднял указательный палец, сразу став похож на учителя младших классов. – В удобных, опять же проходных, местах, а не на задворках мирозданья. Теперь подумайте сами, как можно в здании, где постоянно полно народу и пьяных, чад и угар по полной программе творится, женщине самостоятельно убить здорового, тёртого жизнью моряка; разделать его в собственной спальне, на рабочем месте, можно сказать; замыть кровь… Койка ведь простаивать будет, хозяева на вид такие убытки поставят.


Да ещё и во дворе останки закопать, на глазах у десятков любопытных женских глаз из окон – чушь, да и только! А пирожки где печь? В те времена кухни общие были, и готовили там кухарки с длинным языком и крайне наблюдательными глазами. Короче, тоже не вариант…


В портовых борделях как на Курском вокзале - жизнь никогда не затихает, лишь под утро немного. Потому ты прав, Серёга – официальная версия бредовая на все сто процентов.


- Хмм… А что случилось на самом деле?


- Толком не знаю, - ответил инспектор, с наслаждением закуривая. – Как мне рассказали – убийства действительно были и женщину действительно повесили. Но мокрушничала, похоже, не она. Там многие замешаны были. Цель банальная – ограбления. Трупы в подвале расчленяли и понемногу за город вывозили. Просто когда скрывать уже такие чудеса невозможно стало – выбрали козу отпущения. Несколько костей во двор подбросили, лоток с пирожками в руки дурёхе сунули и на Привоз послали, новые горизонты бизнеса осваивать. А в один из пирожков палец запекли. Проститутку и повязали.


В те времена особо долго не разбирались. А чего выдумывать? - с доказухой нормально там складывалось, чистосердечное признание получили сам знаешь, как. К тому же резонансные преступления… Быстренько бумажки набросали и привели приговор в исполнение, успокоив народ и резво отчитавшись в столицу.


- Ну, пусть так. А отдельские что тогда там искали? Зачем-то же они разбирались в этой гадости?


- Думали, что некромантия может быть. Слишком много народу в те дни без вести пропадало. К тому же, когда негласно бордель осматривали – эманации остаточные учуяли. Тёмные. Покрутились, порыскали, однако не нашли ничего. Так что забей. Я не знаю, кого ты видел, но вряд ли одесскую маньячку.


И вообще, собирайся, в рейд пойдём. Пора местный контингент проведать.


Это Иванову не понравилось, выходной день всё-таки. Но перечить начальству он не решился, лишь уточнил:


- Задачи какие поставлены? Страху нагнать или кого-то конкретного ловим? И где рейдовать станем?


- На рынке. Надо своё присутствие обозначить местной нечисти.


Помощник взвыл от досады. Очень ему не хотелось снова толкаться среди людей.


- Не расстраивайся. Мы не по всей территории шариться будем. Так, в конкретное местечко прогуляемся. Может, и торговку твою увидим, - успокоил его начальник.


- Ну, пошли…


Они стояли у входа в неприметную дверь среди однотипных построек, в стороне от основных торговых прилавков. Пахло шашлыком.


- Кафе «Сказка», - прочёл старенькую, некрасивую вывеску Швец. – Нам сюда.


- Почему?


- Потому что именно здесь собирается нечисть со всей округи. Что-то типа клуба у них тут. Мне предшественник мой перед переводом настоятельно советовал познакомиться с хозяином и вообще, на контроле это местечко держать.


- В рожу сразу или попугаем для начала? – деловито уточнил Серёга.


- Не надо в рожу. Хозяин здесь вроде как адекватный. Не полноценный освед, но если какая серьёзная хрень – сам сообщает. Говорил же – нам надо присутствие обозначить, познакомиться. А дальше видно будет. Так что помни про чувство такта и профессиональную вежливость. Ладно, пошли!


За дверью оказалось небольшое, тускло освещённое, помещение со стоячими столиками, давно некрашеными стенами и монументальным прилавком, за которым стоял здоровенный, звероподобный мужик. Помимо него ещё трое мужчин пили за одним из столиков пиво, говоря о своём и совершенно не обращая на новых посетителей внимания.


Швец сразу направился к стойке, осмотрелся. За спиной мужика уходили вверх ряды полок с разнообразнейшим набором бутылок со спиртным, в подавляющем своём большинстве дешёвым.


- Ты хозяин? – с места в карьер начал он.


- Я, - прогудел мужик. – Чего надо?


Вместо ответа Антон показал Печать.


- А, тогда проходите. Давно ваших не было. Вы по делу или так?


- Пока познакомиться.


Хозяин забегаловки понятливо кивнул головой и взмахом руки пригласил следовать за ним, в неприметную дверь за прилавком. Инспектор с помощником прошли следом и оказались на лестнице, ведущей в подвал.


- Меня Ероха зовут. Я – оборотень.


- Антон, - представился Швец, потом указал на Иванова. – Серёга. Теперь мы тут за территорию отвечаем. Предшественник на повышение ушёл.


- Жаль, - искренне огорчился мужик. – Хороший человек был.


Между тем лестница закончилась, и они оказались в довольно просторном помещении, которое по своему убранству больше всего напоминало приличный ресторан. Тихо играла музыка, скользили официанты в белых рубашках с волосатыми, кошачьими мордами; приятно горели свечи в специальных углублениях в стенах. Было… людно? Хотя нет, это слово тут не походило. Лучше сказать… «Многочисленно».


За столиками приятно проводили время в окружении всевозможных блюд и напитков бледные вампиры с красными глазами; пахнущие тиной, зеленоволосые кикиморы; волкообразные, худые вурдалаки; затесались даже пара призраков и домовой.


- Кухня где? – официальным тоном спросил инспектор.


- Пойдёмте, покажу, - охотно откликнулся Ероха, с удовольствием осматривавший свои владения. – Запрещёнки не держим.


Прошли в царство кастрюль и сковородок. Оборотень сразу успокоил толстую, в возрасте лешачиху в белом халате и поварском колпаке:


- Свои, Глаша. Это новые инспектора с проверкой зашли, сейчас посмотрят, и уйдут.


А затем негромко сказал приятелям:


- Не пугайте её пожалуйста. Она баба хорошая, но забитая, из глухой деревни привёз. Любое начальство боится. Но повар – ух! Чудо, а не повар! На ней только всё и держится!


Лешачиха действительно смотрела на Иванова со Швецом со страхом, но резких движений не делала и вела себя смирно.


- Смотрите, - хозяин открыл первый холодильник. – Кровь свиная, кровь говяжья, даже рыбью кровь имеем, хотя она очень сильно на любителя… Мясо тоже в рамках допустимого…


Антон активировал Печать, посмотрел на неё. Серёга, хоть и не понимал, как в таком случае она действует, тоже повторил жест инспектора. Ничего. «Наверное, - подумал он, - если человечина там или ещё какая пакость – она сработает. Хорошая штука! Прямо экспертиза на месте!»


Перешли к следующему холодильнику.


- Плесень… мыши маринованные… мозги заячьи… тухлые копытные кости… - вещал Ероха.


Если бы все вышеперечисленные наименования не были упрятаны в непрозрачные пищевые контейнеры – помощника бы вырвало только от названий. Антон, заметив позеленевшее лицо подчинённого, быстро свернул осмотр, наскоро проведя Печатью вдоль столь необычных полуфабрикатов и милостиво заявил, что осмотр кухни завершён и по поводу продуктов он претензий не имеет.


Вернулись в зал. Там по-прежнему спокойно и культурно отдыхала нечисть, совершенно не обращая на них внимания. Чтобы не быть совсем уж бессловесным на фоне начальства, Иванов спросил:


- Давно работаете?


- Нет. Лет сорок, как рынок построили, - ответил ему хозяин.


- И никто до сих пор из властьдержащих не наехал?


- Нет, - заулыбался оборотень. – У нас в этом плане крыша хорошая в мэрии. Заранее всё разруливает, без денег, потому как сам тут частый гость.


- Да ну… - не поверил Швец. – Прямо вот так чиновник от чистого сердца вас прикрывает? Сейчас заплачу…


Ероха не обиделся.


- Поймите, это единственное место в городе, где мы можем быть сами собой. Здесь нам не надо в людей играть, притворяться или прятаться. Никому не мешаем, глупостями не занимаемся. Опять же, ваши контролируют… Вот и защищают завсегдатаи по старой памяти.

- Понятно. Ну всё, вроде бы… Мы пойдём, проводи. – Антон направился к выходу.


Поднялись, снова оказавшись в неуютной после клуба-ресторана, серой забегаловке. В гостевом зале уже никого не было, лишь за стойкой стоял паренёк, неуловимо похожий на хозяина заведения. Увидев их, он молча исчез. Именно не растворился, как призрак или привидение, а исчез. Но глазастый Серёга заметил мелькнувшую на полу тень белки.


- Сын! – с гордостью сообщил Ероха. – Смена мне растёт!


Но такие откровения были Иванову не интересны.


- Так ты оборотень – белка?! – искренне удивился он. – Впервые вижу!


Гордый отец покраснел.


- Ну да… белки мы… что такого?


- Да нет, ничего… Просто я всегда думал, что оборачиваться можно в лису, волка, летучую мышь, наконец.


- Не ваше дело, - угрюмо пробурчал Ероха. – Белка тоже зверь приличный…


- Да я ничего, - заюлил помощник. Ему было стыдно за такую бестактность. – Просто полюбопытствовал.


- Серёга! – Антон решил прекратить это словоблудие, решительно схватил подчинённого за куртку и потащил на улицу. – Пошли отсюда, чего ты к нему привязался!


Оборотень с благодарностью посмотрел на инспектора и неожиданно предложил:


- А давайте я вас шашлыком из барашка угощу. Хороший, не сомневайтесь!


Приятели переглянулись.


- Только мы заплатим, - безапелляционно заявил Иванов. – А то коррупцию ещё пришьют. И без спиртного, только сок. Если есть – томатный.


Швец согласно кивнул головой.


- Без проблем, - согласился хозяин. – Выбирайте столик по вкусу.


Расположились, по привычке, в углу, так, чтобы видеть всех входящих. Через несколько минут перед ними оказалось блюдо с восхитительным, прекрасным даже на первый взгляд, умело прожаренным, мясом. Ну и пакет заказанного сока со стаканчиками, естественно.


Приступили к трапезе. На вкус шашлык оказался не хуже, чем на вид. Антон с Сергеем так увлеклись едой, что совершенно не заметили, как в помещение кафе зашли трое бомжеватого вида мужчин. Они прошли к стойке и негромко заговорили с хозяином.


- Ты чё , не понял! – крик одного из визитёров заставил вздрогнуть. - Ты. Нам. Должен! Иначе глаз на очко натянем!


Сергей отвлёкся от мяса, Антон тоже. Это заметил и кричавший, сразу выразивший своё пожелание:


- Нах пошли отсюда, иначе… - договорить ему не дал Сергей.


- Ты видишь? – обратился он к инспектору.


- Ага.


- Воспитаем?


- Ага. Только прикоснуться не забудь, чтобы из тел не смылись.


- Угу.


У всех троих мужчин были ауры бесов. Не самые крупные, но и не мелочь какая.


Ероха напряжённо смотрел на них, зажав в руках кухонный нож. Наверное, под прилавком держал на всякий случай.


Приятели направились к бесам, каждый зажёг Печать.


- Ну что, ублюдки, домой собирайтесь! – горделиво прорычал Антон, собираясь развоплотить ближайшего.


Но, неожиданно, один из них достал пистолет и направил на Ероху.


- Я его завалю! – крикнул он. – Отошли отсюда!

- Стреляй, - вмешался оборотень. – Мне пули не страшны.


Серёга согласно кивнул и прыгнул на стоящего ближе всех к выходу бесу, попутно прикоснувшись ко второму. Влепить Печать в лоб выбранного врага сразу не получилось, потому завязалась безобразная драка. У Антона дела складывались аналогично.


- Бах! Бах! – хлёстко, оглушающе прозвучал звук выстрелов.


Третий раз пальнуть у беса не получилось. Швец, как-то совершенно немыслимым образом, изогнувшись, опрокинул на него стол, придавивший стрелка к полу.


Серёга тем временем упокоил своего противника.


- Минус один! – проорал помощник и сразу, наотмашь, хлопнул Печатью по затылку противника инспектора.


- Минус два!


На ноги как раз вставал последний. Его развоплощали вдвоём.


- Ну, вроде бы и всё! – довольно протянул Иванов. – Разогнали кровушку по жилам. Размялись…


- Погоди! – Швец прервал победную эйфорию подчинённого. – Оборотень где?


Ерохи действительно не было видно. Он обнаружился на полу за стойкой, истекающий кровью.


- Скорую надо вызвать! – помощник уже доставал смартфон.


- Не надо, - прохрипел хозяин забегаловки. – Не успеют. Пули серебряные…


- Так что делать? – Серёгин голос был близок к панике. Он впервые видел огнестрельное ранение вживую.


- Резать, - спокойно ответил Антон. – По живому, пока серебро его окончательно не убило. Потерпишь? – это уже к Ерохе.


Тот согласно кивнул, закрыв глаза и сжав зубы.


Пулевых отверстий в организме оборотня оказалось два – по числу выстрелов. В плече и ключице. Без колебаний инспектор подобрал с пола хозяйский нож, облил его какой-то спиртосодержащей жидкостью из бутылки, взятой с витринной полки, и, разрезав рубаху, начал кромсать первую рану. Через минуту он, под стоны оборотня, радостно воскликнул:


- Есть! Серёга! Давай чайную ложку, сейчас ей пулю добуду. Только сполосни сначала, а то сунешь прямо с горчицей или ещё чем…


Иванов выполнил требуемое и брезгливо отвернулся. Ну не мог он видеть, как Швец увлечённо, высунув от усердия кончик языка и по локти перемазавшись в крови, орудует ложкой в немаленьком разрезе. Да ещё и комментирует:


- Так. Та-а-ак. Давай… Давай, милая… Да твою же мать! Уродина! Вылезай, сука страшная!!! Ага… Понемножечку… Вот и хорошо… Лапочка-пуля… Лапочка… Всё! – вверх, в жесте победителя, взлетела рука с окровавленным, почти невидимым в пальцах комочком металла.


- Больше не жжёт в руке? Ничего не осталось?


- Нет… - выдохнул побледневший, с внезапно постаревшим лицом Ероха. – Следующую давай…


Следующую извлекали дольше, но извлекли. Оборотень уже был почти без сознания, однако, как только последнее серебро покинуло его тело, сразу ожил. Раны затянулись прямо на глазах, на губах заиграла улыбка.


- Спасибо, - уже через несколько минув встав на ноги, поблагодарил он. Искренне спасибо. Я вам должен. Клянусь, что не забуду. Если бы не вы…


- Да ладно, - протянул Швец, с интересом осматривая подобранную с пола «Осу». – Ух ты! И патрончики самодельные… Никогда такой не видел. Серёга! Прибери, нам пригодится.


Иванов понятливо сунул пистолет в карман, затем покопался в карманах до сих пор не пришедшего в себя бомжа, нашёл ещё пару патронов. Закончив осмотр, он решил прояснить ситуацию.


- Ероха! Ты же нам пел, что у тебя всё ровно. А это что?


Оборотень тоскливо посмотрел в лицо помощника.


- А это издержки… Неделю назад начали приходить, дань требовать. Пугали, что всем плохо будет. Я думал – дурачки спившиеся… В крайнем случае рожи поразбиваю. Кто ж знал, что до такого дойдёт…


- Ты что, - влез в разговор инспектор, - думал, что бесы просто так уйдут?


- Бесы?! – ахнул хозяин. – То-то я думаю, с чего они такие наглые…


И тут до помощника дошло:


- Ты их не отличаешь от людей? Да?


- Да… Придётся, всё-таки, нанимать вышибалу с талантами… Не поверите, сколько тут работаю – ни одного из этой шушеры не видел! Слышать про них – слышал, а вниз не захаживали, точно.


Швец пожал плечами.


- Всё когда-то бывает в первый раз. Теперь уже точно пошли, Серёга.


- Ага, - помощник прямо из упаковки как раз допивал сок. – Только один вопрос остался, про который я почти забыл.


- Какой? –заинтересовался Ероха.


- Ты тут призрак женщины с пирожками знаешь? Такая… приятная на вид. Чистенькая.


Оборотень наморщил лоб.


- Нет. Никогда не видел. Может, из новеньких… Я поспрашиваю, - неожиданно серьёзно сказал он. – И, если что узнаю – позвоню. Номер оставь.


На стойку легли салфетка и карандаш.


Иванов написал свои координаты и тоже направился к двери, но, оказалось, хозяин ещё не закончил.


- Тут по вашему ведомству вроде как работа намечается… На центральном городском кладбище некроманты какой-то ритуал готовят. Призрак знакомый рассказал.


Швец заинтересовался.


- Некроманты? Люди или нежить? Как именно готовят? Когда проводить собираются?


Оборотень выставил перед собой раскрытые ладони, словно защищаясь от напора и любопытства инспектора.


- Что за некроманты – он не знает. Просто вечером видел парочку молодых людей в районе новых захоронений. Они про ритуалы рассуждали, полнолуние и кошек. Это всё, что известно.


- Что же, спасибо и на этом. До новых встреч! И бомжей на улицу убери, а то некрасиво как-то.


…Они сидели на кухне и лопали вкусное домашнее печенье, запивая его чаем.


- Что, Серёга, знатно мы в кафе сходили? – подтрунивал Швец.


- Нормально, можем повторить, - отвечал ему Иванов. – Я так понимаю, нам в обозримом будущем с некромантами дело иметь придётся? Просвети на эту тему.


Антон поморщился.


- Да особо рассказывать и нечего. Некромантия – штука очень сложная, с ней разве что сильный колдун, матёрая ведьма или равный им по уровню нечисть управится. Но все эти ребята под негласным наблюдением, так что особо не забалуют. К тому же у них и других дел полно, более увлекательных и прибыльных, чем возня с мертвяками.


Дилетанты поднять трупы просто не смогут – много специфических знаний требуется. Но на сигнал мы отреагировать обязаны – раз в год и палка стреляет. В полнолуние сходим, посмотрим. Как раз самое колдовское время будет. Может, какого урода по пути зацепим, тем более на кладбище…


Чай закончился, закурили.


- Антох, ты бы с руководством об оружии каком поговорил. Сам видишь, как бывает, - затронул давно беспокоящую его тему помощник. – С голой Печатью не вариант…


- Сам знаю. Думаешь, не говорил?! Но там с оружием, как и тут – запросто не дают. Как и здесь - просто на всякий случай, чтобы искушений применить не по уставу не возникло. Бздят, короче, что мы с тобой тут перепьёмся и прохожих крошить начнём! Как бы чего не вышло! – зло ответил Швец.


Задумались…


- Добрый день! – неожиданно из коридора раздался приятный женский голос с непонятным, едва уловимым акцентом. – Добрый день! Господа позволят даме войти?


Оба парня резко обернулись. Из-за холодильника пулей вылетела Машка.


- Входите, - первым подал голос Сергей.


Из коридора в кухню прошла та самая, встреченная на рынке женщина, только теперь без лотка с пирожками. Она очаровательно улыбнулась, сделала лёгкий книксен, и представилась:


- Я – Роза. И мне нужна помощь.


И у Иванова, и у Швеца отвисли челюсти. И только Машка осталась невозмутимой.


- Присаживайтесь, - произнесла она. – А я только сегодня про вас заметку читала, как вы в Одессе парню прохода не давали.


- Какая наглая ложь! – возмутилась призрак. - Я лишь спросила у него, который час и попросила проводить меня! Я не знала, что теперь это предосудительно!


Домовая с сомнением покачала головой, а Сергей уточнил:


- Как же он вас видел? Вы же… нематериальная!


- Ну и что? Видят же люди призраков по всему миру – ничего такого, никто от этого кушать не перестал и с женой не развёлся… Я могу показаться, если захочу.


- Это правда, - встрял инспектор. – Так что вы от нас хотите? Какого рода помощь нужна?


Женщина покраснела.


- Мне… хотелось бы… просить вас об услуге… - стесняясь, начала она. – Видите ли, я впервые в вашем городе и не хотела бы попасть в дурную компанию. Сегодня, в заведении, я наблюдала за вами и мне показалось… что вы приличные молодые люди. Мне нужен совет!.. Как от представителей власти…


- Вот оно в чём дело… Вы не хотите иметь с нами проблем, и потому пришли сами, надеясь на нашу порядочность?


- Конечно! Я всегда знала, что если хочешь работать спокойно – сначала иди к городовому. Если он хороший человек – дело пойдёт вполне себе, если плохой – и начинать не стоит.


- А кем вы работали? – снова влезла Машка.


- Жрицей любви. Я была очень хорошей в своём деле, - с неожиданным достоинством ответила Роза.


Помощник с инспектором переглянулись.


- Так от нас вы что хотите?


- Разрешения жить в этом городе и зарабатывать себе на приличное существование, разумеется.


Парни снова закурили. Швец явно растерялся от такого поворота разговора, потому Иванов решил сам разрулить ситуацию.


- Допустим, мы не будем препятствовать. Но хотелось бы знать, откуда вы, с кем мы имеем дело, включая историю о пирожках с пальцами, и так далее…


- Разумно, - кивнула женщина. – Я расскажу всё, но это надолго.


- Ничего, время у нас есть, чай тоже.


- Ну хорошо… Слушайте… Я родом из славного французского города Марселя. В шестнадцать лет влюбилась в одного моряка торгового флота и была настолько дурой, что переоделась в мужское платье и сбежала с ним на его корабле под видом юнги. Но долго наше счастье не продлилось. В Одессе он, презрев мои чувства, отправился в бордель, где напился пьяным с местными дамами. Вернувшись – открыл нашу тайну капитану и меня вышвырнули на берег. Корабль, естественно, уплыл вместе с возлюбленным и более мы никогда не виделись.


У одинокой девушки дорог в чужом городе немного. Моя привела в дом любви, который стоял у лестницы. По ней люди шли из порта в центр Одессы и обратно. Там прошли мои юные годы…


Затем я постарела, подурнела, но благодаря моим старым клиентам, ставшим почти моей семьёй и дружбе с бордель-маман, меня не выгнали. От скуки я научилась готовить. Что угодно, но больше всего мне удавались пирожки. Поверьте, я едва доносила последний десяток до Привоза. Выручка была вполне себе, и я даже начала понемногу откладывать на билет до Марселя. Хотела увидеть свой дом, сестричек…


Машка захлюпала носом, тайком вытирая глаза платочком. Роза это заметила и улыбнулась ей.


- Милая девушка, не надо меня жалеть. Я вполне была довольна своей судьбой, пока не появился тот грек…


Продолжение в комменте.

Показать полностью

Для моих 228 подписчиков. История шестая

Vadim1977 в Авторские истории

Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию



"Документы"



- Ты чего смурной такой? – Антон с интересом всматривался в угрюмое лицо подчинённого. – Случилось что?


- Случилось, - Сергей угрюмо, с каким-то ожесточением затушил сигарету и глухо произнёс. – Машке документы делать надо.


- Зачем нечисти документы?


- Затем! Она же в окнах мелькает, иногда в магазин ходит. А тут эта старая… Васильевна, в общем, от скуки заинтересовалась, что это у меня за девочка живёт? В педофилии обвинила…


- Ну, забей. Она известная дура, - небрежно отмахнулся инспектор. – Пусть её…


Иванов с сочувствием посмотрел на коллегу и последний понял, что только что сморозил чушь, да ещё какую!


- Если бы только она одна… Эта прибацанная своих подружек подключила, таких же старых склочниц. Инициативную группу собрали, жалобы во все службы понаписали козлячек... Что будто бы у меня в плену малолетний ребёнок…


Я уже скоро дверь вообще перестану закрывать – каждый день, иногда даже по два раза, со всех инстанций приходят - от безопасности до этих, по правам человека которые... И все тошно выясняют, где девочка, берут объяснение и пытаются пугать… Вон, смотри, - хозяин квартиры подошёл к окну, - видишь, стёклышко блеснуло? Дом напротив третье слева окно на четвёртом этаже?


- Ага…


- Это одна из товарок Васильевны видеокамеру установила, кочерга продвинутая… В режиме нон-стоп снимает. Я в бинокль видел… Очень старушкам, понимаешь, хочется тайну страшную узнать. Такую, чтобы аж дух захватило! Чтобы потом как минимум месяц по скамеечкам её облизывать и обсасывать. Только вот то, что они другим людям своим любопытством жизнь портят – им в голову не просто приходит!


Машка недавно шла из магазина – бабки напали. В бараний рог девчонку скрутили и как фашисты выпытывали – кто и откуда. Еле сбежала, синяки на руках показывала… Теперь из своего угла даже не высовывается, боится… Как ни крути, а надо ей документы выправить и прописать здесь, иначе не отстанут.


Швец искренне проникся всей глубиной проблемы. С домовой-кицунэ Машей они как-то сразу подружились, приняли друг друга. Ему нравилась весёлая и хозяйственная нечисть, всегда улыбчивая и умеющая варить правильный борщ.


Для Иванова она вообще стала словно заботливая сестричка, вот только старшая или младшая – он и сам пока понять не мог.


Пропел иволгой дверной звонок.


- Ну вот, опять… - совсем поник головой помощник и побрёл встречать незваного гостя, или гостей.


За дверью оказался местный участковый Кондрашов, человек нудный и туповатый.


- Иванов! Сигнал на вас по поводу проживания несовершеннолетней без соответствующих документов.


- Ты же позавчера был по этому поводу.


- Это новый сигнал, - он оловянно уставился в Серёгино лицо. – Из прокуратуры по подведомственности передали.


- Понятно. Осмотр делать будешь?


- Да. На предмет…


- Не тяни, - перебил его Иванов. – Смотри и проваливай. Скоро ещё кто-нибудь пожалует, так что не создавай толпу.


Участковый прошёл по квартире и, неожиданно, привязался к Антону.


- А вы кто? Что вы здесь делаете? Ваши документы? – совершенно хамским тоном начал он. – И встаньте, когда я с вами разговариваю!


Хозяин хотел было возмутиться, но инспектор жестом успокоил его, поднялся со стула и зажёг на руке Печать.


- Вот. Вас устраивает?


На Кондрашова было жалко смотреть. Он то краснел, то белел, то шёл пятнами. Глаза его прыгали с Печати на Швеца и обратно.


- Я… я… я не знал, товарищ подполковник… Перепутал… Сигнал отрабатываю… извините…


Между тем Иванов достал из папки, лежащей на холодильнике, лист с напечатанным текстом, сунул его в руки обалдевшему стражу порядка и понемногу начал выпроваживать из квартиры.


- Я тебе объяснение уже накатал, - напутствовал он стража порядка. – Шапку сам впишешь. Там стандартное: нет, не видел, не знал, не имею… Не потеряй смотри!


Закрыв дверь, он вернулся на кухню и широко развёл руки.


- Вот так и живём, чтоб его… Объясниловки заранее для всех распечатываю пачками. А что ты показал этому дебилу в форме?


Антон закурил и, думая о чём-то своём, рассеяно ответил:


- Печать. После нашей первой встречи, когда она на тебя не подействовала, Карпович новую наложил. Оказывается, в той брак был. Символ какой-то криво лёг, или линии не соприкоснулись полностью... – не знаю. Теперь всё нормально.


- Пусть так, а показал что? – допытывался помощник.


Инспектор пожал плечами.


- Не знаю. Он увидел то, чего по работе боялся больше всего. Я сам её впервые в этом режиме тестировал. Прикольно… - и сразу сменил тему. – Ты прав. Надо Машке документы выправить. Только сложно это, а мне – вообще не под силу. Есть мысли?


-Да. Но деньги нужны. Много.


- Сколько?


- Не знаю, ещё не разговаривал. Это надо в область ехать к одному человеку, как раз хотел денька на три отгулов взять для этого.


Швец думал недолго.


- Бери, я прикрою, если что. И как только ситуации прояснится – сразу вызывай.


- Понял.


… Иванов сидел в кабинете у Дмитрия Александровича Осипенко, начальника … РУВД … области, человека с сомнительной репутацией и ни разу не доказанным криминальным прошлым.


По жизни это был жулик в погонах. Именно жулик, не оборотень. Но, надо признать, умный, хитрый и по-своему честный. Взяток с откровенных преступников он не брал, предпочитая крышевать проституток и металлоломщиков; очень любил лесхозы, а также умело, с размахом, строил собственный, полулегальный бизнес по экспорту древесины в заграничные края.


С Серёгой они познакомились случайно, ещё до карьерного взлёта Осипенко, и остались довольны друг другом. Особо не дружили, в дёсна не целовались, но периодически созванивались «просто так», поболтать за жизнь. Симпатия Осипенко неожиданно укрепилась после того, как Иванов нечаянно заметил за приятелем слежку.


- Собственная за меня взялась опять… планы меняются… Спасибо – ответил ему тогда будущий начальник.


Теперь помощник инспектора надеялся как раз на благодарность за тот случай и просто хорошее отношение.


- Дима, - проникновенно обратился он к товарищу. – Помощь нужна. Документы человеку выправить надо.


- Серёга! Ты обалдел?! – деланно удивился полицейский. – Да как это возможно!


Оба испытующе посмотрели друг на друга.


- На мне микрофона нет, и «жучков» я не приносил. Если тебя и слушают, то это не моя подача. Сразу уточню - документы прошу сделать тебя именно я, а не кто-то через меня. Для девушки. У неё их нет совсем. Если сомневаешься – пальцы ей откатаем и пробьёшь по базам, чтобы успокоиться. Так как? Только давай без витиеватостей – да или нет? За деньги отдельно поговорим.


Начальник долго, задумчиво смотрел на гостя. Взвешивал, решал. Сергей его не торопил.


- Ты понимаешь, о чём просишь? И сколько это стоит, если красиво делать? У тебя просто нет таких денег… К тому же девушка… Мало ли, как она себя потом поведёт? Вдруг истеричка?


- Дима! Я просил тебя не парить мне мозг! Нормальная там девушка, адекватная… И за деньги не твоя забота. Цифру озвучь – а дальше я сам разберусь.


- Да не в деньгах дело, дружище… У меня их и так в достатке, чтобы ещё и на тебе наживаться. Просто сложно это. Действительно сложно.


- Но возможно?


- Конечно, - улыбнулся он. – Если очень-очень хочется, но нельзя… Давай так! Ты мне поможешь в одной истории, а я решу тебе документы. Настоящие, весь пакет, отвечаю. Моё слово железное…


Иванов сразу заинтересовался. Если Дмитрий давал слово, то ему можно было верить. Но вот что за дело такое, если человек ради него от денег отказывается? Потому спросил осторожно:


- Что нужно?


- Не поверишь! Одного деда в нашем городе в больницу привезти! Не больше, клянусь! Да не смотри на меня, как на идиота! И подвоха никакого нет! Только то, что я сказал!


- Гадость в чём? – помощник инспектора не любил, когда что-то начиналось вот так, безобидно.


Начальник местной полиции горько усмехнулся, устроился поудобнее в своём кресле и пододвинул пепельницу, всем своим видом показывая, что за две минуты историю не рассказать.


- В общем, так, - начал он. – Жил-был на свете Арон Самуилович Лейц, 1919 года рождения. В войну воевал, потом в прокуратуре работал, хоть и по пятой графе не должен был, в суде отметился. Даже на пенсии консультировал важняков в особо мутных случаях. Половине прокурорской верхушки подзатыльники обучающие в их юные годы раздавал. Они его знают и помнят, и ценят… Детей тоже хороших вырастил. Сын в правительстве не последний человек, у дочки денег куры не клюют и связи те ещё…


- Достойная биография, - перебил его Иванов. – Только к чему ты это мне рассказываешь?


- Слушай дальше. С возрастом Арон Самуилович обрёл старческое слабоумие, провалы в памяти и прочие хвори очень пожилого человека. Его, естественно, домашние в лучшую клинику определили, с уходом и всесторонней заботой. А полтора года дед окончательно слёг, в беспамятство впал и в бой пошёл.


- Куда?!


- В бой. Арон Самуилович на аэродроме служил в техниках всю войну. Много раз рапорта писал на перевод в действующий лётный состав – не отпускали ни в какую, хотя у него аэроклуб за плечами был и училище... А сидел в механиках потому, что руки золотые имел, чинил любую деталь чуть ли не на коленке. Потому и берегли специалиста…


Он, как мне рассказали, из-за этого авиацию после сорок пятого забросил и в юристы и подался потом – от обиды, что летать не дали. Не в этом суть… Всей истории не знаю, но ему однажды на аэродроме пришлось чуть ли не разводным ключом от немцев отбиваться, прорвались как-то. «За отвагу» дали… И вот в том бою он на старости лет и застрял. В сорок четвёртом. Всё солдат собирал, в атаку рвался, самолёты защитить…


Год он так воевал на больничной койке, а потом неожиданно для всех в себя пришёл, ходить начал бодренько, кашку самостоятельно кушать. Даже врачи руками разводили – настолько редкий случай, тем более в его годы. Но прийти то пришёл, только изменился очень. Со всеми сразу разругался, детей чуть ли не пинками прогнал. Вернулся в город, заперся в квартире и доносы строчит с утра до ночи во все инстанции рангом повыше. Да грамотные какие! А, учитывая его авторитет в юридической среде, простой отпиской не отделаешься. По всей форме разбирательства проводят. Достали уже!!! – последние слова полицейский почти выкрикнул на эмоциях.


А Иванов невольно ощутил искренне сочувствие к нему – сам в такой же ситуации находится, со всех сторон бумагомаратели обложили.


- Дим, а в чём проблема, растолкуй попроще? Ты что, пенсионера- склочника боишься? Сколько их было…


- Проблема в том, что мы уже устали тут отбиваться от его кляуз. И деньгами, и полянами, и бабами. И всё равно, как не подмазывай – каждый проверяющий обязан что-то накопать – иначе на верху скажут, что денег у нас взял и по шапке дадут. Потому положение местных властителей всё более шатким становится. Боимся мы, что головы полетят просто чтобы этот маразматик успокоился. На следующей неделе комиссию из столицы ждём. Только от трёх областных избавились и одной межрегиональной. Как тебе?


- Понимаю…


- Хорошо, что понимаешь. Мы – мэр, прокурор, да и остальные тоже, уже между собой договорились его на психиатрическую экспертизу отправить и невменяшкой признать – тогда проще будет. Отвезут детки его в какую-нибудь швейцарскую клинику годы доживать – и все вздохнут с облегчением. Вот только из квартиры деда выманить не можем. Сам он никому никогда не открывает, почту получает через почтовый ящик, который прямо в дверь вмонтировал, еду ему раз в месяц курьер привозит, и мы никогда не знаем этот день – он её прямо в области заказывает, денег у него в достатке… Исходящую корреспонденцию на почту пацаны за пополнение мобильников на почту относят – через окно им передаёт. В общем – никак. И провода обрезали, и повестки слали, и по-хорошему просили – не выходит. Как только не изгалялись…


- Так вскрыли бы дверь по-тихому. Воров напрягите.


- Пробовали. Его дверь можно только направленным взрывом открыть. На совесть сделана, не Китай какой-нибудь. И, самое паскудное, дети за него. Мы аккуратно так обращались – мол, вашему папе к докторам надо, головушку пролечить. Арон Самуилович ведь и их на порог не пускает. А дочка в ответ – он наш отец и только попробуйте силу применить – пожалеете! Если сам пойдёт – нет вопросов, в лучшем виде лечение организуем, но без насилия! Знаешь, я ей верю – та тётка с братиком вполне могут тут всех по стенке размазать, и им за это ничего не будет!


- На что хоть жалуется старичок?


- На всё. Интернет открывает, местные новости читает – и давай строчить жалобы по поводу и без. Да какие! Будешь читать – заплачешь! Запугал всех. Почтальоны вообще трясутся, когда к нему стопки официальных ответов относят – он на них больше всего доносов нарисовал.


Короче, Серёга, если в больничку его довезёшь – я в лепёшку расшибусь, но тебе помогу. Попробуй, вдруг что получится, свежим глазом на проблему посмотришь, так сказать... Но без криминала!


- Не понимаю, почему вы ему справку от психиатра заранее не выпишите? – пытался разобраться дотошный Иванов. – С готовой бумажкой проще…


- Не получится. С этим деятелем по закону надо – комиссия там, все дела… Главврач прямо об этом сказал – он тоже проблем лишних на свою холку не хочет. Так как, берешься?


- Берусь. Адрес давай. На него бумаги какие-нибудь есть? Почитать для полноты картины…


На стол легла не слишком толстая папка.


- Тут, в основном, биография Лейца, медзаключение о выздоровлении и копии жалоб на меня. Чем богат…


… Инспектор с помощником сидели напротив серой пятиэтажки семидесятых годов прошлого века и внимательно смотрели на одно из зарешёченных окон второго этажа.


- Там он логово своё свил. Нам его добыть как-то надо оттуда. Может телепортнёшься, Антох?


- Хотелось бы… Но перемещаться я могу только туда, где уже был. Мне знать место надо… Так что не вариант. И дверь не вскрою, сразу говорю, не обучен. Ладно, - он встал со скамейки. – Пошли на клиента посмотрим.


Они вразвалочку, словно два гопника, подошли под нужное окно, и Сергей принялся бросать в него мелкие камешки. Почти сразу из-за шторы выглянула голова древнего старичка семитской наружности с очень мерзопакостным выражением лица.


- Ах вы ублюдки! Я вам..., - завизжал дед, демонстративно тыкая сухоньким пальчиком в смартфон. – Сейчас… Сейчас… Полиция вам покажет, говнюки…


Но инспектор с помощником уже сворачивали за угол.


- Ты видел? – пребывая в глубокой задумчивости, поинтересовался Швец.


- Ага. Аура. Небольшая. Наш клиент.


- Плохо дело…


- Почему? Обычный бес, некрупный.


- Да это понятно. Помнишь, в деле была запись, что дед сначала в бой шёл, а потом резко выздоровел?


- Помню, конечно. И что?


- Старик не выздоровел. Это бес его полностью себе подчинил. Когда человек безумен или в коме – душа ослаблена и бессознательна, словно овощ. В ней нет разума и чем дольше это продолжается – тем хуже. Она как воздушный шарик на длинной верёвочке, которая вот-вот оборвётся. Между небом и землёй, если упростить. Потому погань и может легко завладеть разумом и телом. Сам видел – адский вонючка знания человеческие на практике вон как лихо применяет, всем вокруг жизнь обгаживая…


- Твои предложения?


- Не знаю пока. Одно скажу- дело дрянь. Даже если мы беса изгоним – дед умрёт, в лучшем случае опять в атаку на фашистов побежит.


- А если не изгоним?


- Тоже умрёт, и довольно скоро, от естественных причин. А бес отправится дальше искать себе новую жертву. Только душу не спасём, она не разумней огурца останется. Возись с ней потом… Знаешь, - неожиданно доверительно продолжил Швец. – У нас в чистилище даже специальная терапия для таких есть. Долгая и кропотливая…


Иванов откровенность оценил. Инспектор редко рассказывал что-либо о делах наверху.


- Тогда давай думать, Антоха. Защита душ – наша прямая обязанность. А как можно душу в себя привести?


- Пока не сильно закуклилась - стресс или шок какой-нибудь… Током, к примеру, бабахнуть тело или эмоцию сильную дать… На короткое время тогда она даже беса из разума вытеснить может. Но я совершенно не представляю, что может подействовать через дверь в этом, конкретном случае.


- Есть идея! – улыбка озарила лицо помощника. – Нам интернет с объявлениями про аренду нужен!


…Через три дня под окном Арона Самуиловича остановилась запылённая, немолодая ГАЗ-М1, или по-простому «Эмка». Из неё вышло двое людей в гимнастёрках с портупеями, яловых сапогах и в фуражках с голубым околышем. У одного были капитанские погоны, у другого попроще – старшины.


Зайдя в подъезд, капитан бравой походкой, цокая подбитыми каблуками по ступенькам, поднялся на второй этаж и бесстрастно нажал на кнопку звонка. Старшина замер изваянием за его спиной.


- Кто? – послышался старческий, дребезжащий голос; в дверном глазке мелькнул свет.


Вопрос капитан проигнорировал. Вместе этого казённо-требовательно заговорил сам.


- Арон Самуилович Лейц?!


- Кто спрашивает?


- Лейтенант! – заорал офицер. – Вы что себе позволяете! Если вы не знаете, как отвечать старшему по званию, то о каком переводе в действующий истребительный полк может идти речь! Доложите о своём поведении непосредственному начальству! Я проверю. Лично!


- К-какой полк? – голос из-за двери стал неуверенным. – Вы в своём уме?


- Тот, о переводе в который вы все инстанции рапортами забросали! Или не вы пачку бумаги извели, надоедая всем?! Радуйтесь! Генерал-майор Иванов утвердил ваше ходатайство, а вы тут как институтка кочевряжетесь! Собирайтесь, выезжаем в расположение немедленно!


Дверь неожиданно открылась. За ней оказался уже виденный ранее старичок, но теперь он был какой-то… не такой. Он плакал, счастливо глядя на капитана выцветшими глазами.


- Это… правда? – полушёпотом спросил он.


- Да, - ответил ему офицер и, неожиданно, приложил к его голове Печать.


Арон Самуилович медленно осел на пол, на глазах теряя сознание.


- Скорую вызывай.


- Не надо скорой, - неожиданно раздался густой, молодой голос и рядом с телом старика прямо из воздуха появился молодой парень в тёмном, промасленном комбинезоне и пилотке с красной звездой. – Не надо, - повторил он, - моё время пришло. Спасибо вам! Я к ребятам! – и растворился в воздухе.


Человек с погонами старшины пощупал пульс у лежащего на полу Лейца, вздохнул и констатировал: «Мёртв».


- Серёга! Валим отсюда, пока не набежали… Он умер своей смертью, не переживай.


… Они сидели на кухне и пили чай, пока кицунэ им варила домашние вареники.


- Что там с документами? – лениво поинтересовался Швец.


- Делают. Сегодня Машку фотографироваться возил. Она полдня уши в пышную причёску прятала, так что теперь злая…


- А ты бы обрадовался, - взбеленилась стоящая у плиты домовая, - если бы у тебя воронье гнездо на голове выросло? Гадость, а не фотографии вышли!


- Выходит, твой приятель не наврал?


- Нет. Дима слово держит. Он как о смерти старичка узнал – сначала думал, что я его грохнул. Но вскрытие всё на свои места расставило. Так что договор выполнен – дед в больницу попал, правда не к психиатрам. Ты мне лучше другое объясни – как это душа Лейца перед нами тут проявилась и почему он такой молодо выглядел?


Антон закурил.


- Душа показаться может в последние секунды жизни, но это редко происходит. Обычно она за тело до последнего держится, а здесь... Сам понимаешь. Ну а молодая – потому что Арон Самуилович в последние дни жизни себя помнил именно таким - юным и сильным, а не старой развалиной.


Закурил и Серёга.


- У меня к тебе финансовый интерес, начальник… Аренда «Эмки» и костюмов в копеечку стали, а до зарплаты далеко… Ты намекал, что есть варианты деньгами разжиться, помнишь?


Швец поморщился.


- Помню. Только по головке не погладят за такие номера, поверь. Это на самый крайний случай…


- Точнее.


- Ну, к примеру, лешего поймать и печень ему отбить, чтобы про клады рассказал. Или призрака какого-нибудь заарканить чёрной магией и как поисковую собаку использовать, на всякие ценности натасканную… Поверь, не надо тебе это.


- Уже понял.


Помолчали. Все мысли неизменно возвращались к Арону Самуиловичу.


- Жалко деда…


- Не жалей. Ему там лучше. Он был хорошим человеком, правильным.


- Давай помянем. Пиво же у нас есть.


- Давай.



https://author.today/u/vadimbulaev страничка автора

Показать полностью

Для моих 199 подписчиков. История пятая

Vadim1977 в Авторские истории

Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию



Кицумашка



- Ты бы хоть убрался… - Швец недовольно смотрел на стол в засохших объедках с парящей над ними мошкарой; на переполненную пепельницу, из которой злые сквозняки развеяли содержимое по всей кухне; на гору сиротливо пованивающей грязной посуды в раковине. – Или домработницу завёл…


- Ага, зарплату подними – двух заведу. Собой красивых и на всё согласных. А пока – не привередничай. Сам же меня сдёрнул перед генеральной уборкой. Как раз собирался…


Помощник лукавил. Убирать он не любил, как и готовить. Только стирку терпел по необходимости. Ну и душ – гигиену Иванов уважал. Однако доля правды в его словах всё же присутствовала. Четыре дня назад, ни свет, ни заря, беспокойный начальник прямо из постели сдёрнул его во внеплановую командировку, с очередным бесом разбираться. Тот, вселившись в поселкового пропойцу, начал гадить окружающим. То сарай подпалит, то ворота злющим цепным кобелям откроет и с интересом смотрит, как они пьяненьких у круглосуточной разливайки за филейные части грызут. Три дня вычисляли гадёныша, а как вычислили – долго и скучно подстерегали, чтобы упечь обратно в ад, по месту постоянной прописки. Теперь вот вернулись – и нате! Инспектор решил жизни поучить.


- И пожрать культурно у тебя нечего, - занудно бубнил Антоха. – И шторы пыльные…


- Слышь, умник! – окрысился подчинённый. – Веник в кладовке, совок там же. За тряпкой с ведром не поленюсь, сбегаю в магазин. Покажи пример! А я поучусь… Тут тебе не пятизвёздочный отель.


- Да я ничего… Я же в общем… - заюлил Швец. Такого развития событий он не предполагал и вообще, оставшуюся на сегодня материальность планировал потратить на свежеприобретённое пиво, а не на всякие глупости. – Я это к тому, что помощник тебе нужен по хозяйству…


У Серёги отвисла челюсть.


- Жениться, что ли?


- Нет, так радикально ненужно. Это явный перегиб. Ты мне ничего плохого не сделал пока, да и дамы сердца, на сколько мне известно, у тебя нет. Домового заведи. Самое оно!


- Домового? Зачем? И что мне с ним делать?


Убедившись в замешательстве помощника, инспектор вновь заговорил начальственным тоном, забивая очередной логический гвоздь в крышку гроба Серёгиных сомнений.


- Правильно подобранный домовой – он не хуже таракана, самого удобного домашнего животного.


- Таракан – насекомое… - растерянно проблеял хозяин квартиры.


- Да пофиг! Не придирайся к словам, сюда слушай! – Антона было не остановить в его уверенном словесном потоке. – Хороший домовой не виден, не слышен и без крайней нужды на глаза старается не попадаться. А если резко включить свет ночью – сразу за печку прячется. И ест мало, и не капризничает. Зато у тебя в халупе всегда будет чисто, убрано и не стыдно людей пригласить. Девушку там или начальство…


- Так мы вроде того… развоплощать всякую нечисть должны.


- Забей. Напишешь рапорт на моё имя, что взял внештатного помощника. Всё равно кроме меня эту лабуду читать никто не будет. Не бойся, ты же не Родину продаёшь!


- Угу, пока Карпович не узнает…


- Да ему по барабану, лишь бы показатели нормальные были! Неужели ты думаешь, что я тебя под монастырь подвести хочу? Кто мне тогда пиво с куревом купит?!


Последний аргумент окончательно убедил Иванова в относительной безопасности затеи. Но он всё ещё колебался…


- Антон, а если надоест он мне или козлом неприятным по жизни окажется?


- Пинок под зад дашь, - уверенно и безапелляционно заявил коллега. – С этим просто. Или развоплотишь.


- Ну, давай попробуем. Только как ты себе это представляешь? Объявление в газетку дадим или на форуме вакансию выставим «Требуется домовой без в/п и с в/о»?


- А высшее образование тебе зачем? – искренне округлил глаза Швец


- Мало ли, образованные всегда в цене! – высокопарно отыгрался Серёга. – Вдруг секретарь потребуется! – и, неожиданно хихикнув, продолжил совсем уже другим, весёлым тоном. – Смешно звучит: «помощнику требуется помощник».


Оба рассмеялись.


- На счёт объявления ты прав. Именно так и поступим. Только не в газету, а по-другому сделаем… Но сначала его составить надо…


Это оказалось делом не простым. Поначалу вроде бы пошло легко: «В городскую квартиру по такому-то адресу требуется домовой с опытом работы без вредных привычек...», а вот дальше работа застопорилась.


- Понимаешь… - умничал Швец. – Тут конкретика нужна. Как при покупке ремкомплекта на двигатель. Претендент сразу должен понять всю суровость конкурса и трезво оценить свои возможности. В дом к себе берём, а не двор мести.


Вписали: «Поведения рассудительного, спокойного, склонного к самосовершенствованию…».


Подумав, последнею фразу Антон вычеркнул. «Не поймут, новомодное словечко» - разъяснил он. Вместо этого вывел: «Обладающего навыками домоводства, включая кулинарию, домашние и зимние заготовки».


- Последнее не понял. Зачем мне закрутки с вареньем и прочей дачной мишурой? – изумился помощник. – Я и в детстве-то не очень…


- Бестолочь! – рука призрака хлопнула малосообразительного подчинённого по лбу. – Да знающий домовой тебе такой самогон сделает чуть ли не на коленке, а из него всякие настоечки, что ты! В ликёро – водочный и дорогу забудешь!


- Тогда да, хоть я и не пьющий… - крыть было решительно нечем.


Кастинг назначили на субботу, в час дня.


Переписанное набело объявление Антон забрал с собой, пообещав «опубликовать» сегодня же.


- Как? – заинтересовался будущий домововладелец.


- Просто. Сейчас за город перенесусь и оставлю в старом доме. Там его и найдут, кому надо. Среди бездомной нечисти такие сведения распространяются быстро, скрывать не принято по традиции… Так что всё получится! – и исчез.


***


… В назначенное время приготовились к мероприятию: Серёга кое-как подмёл пол; кухонный стол совместными усилиями перетащили в комнату, в самый центр. Получилось важно, даже немного торжественно.

- Ну что, начнём! – сурово промолвил Швец и уселся за стол, для солидности положив перед собой ручку и старый оперской блокнот Иванова.


Помощник сел рядом, оба стали с интересом смотреть на входную дверь, ожидая наплыва претендентов.


Прошло полчаса - и ни единого звонка, ни единого стука.


- Может, ты напортачил чего? – неуверенно произнёс Серёга. – Или объявление ветер унёс…


- Нет! – рявкнул призрак в ответ. – Я…


Но договорить он не успел. Его пламенные оправдания прервало долгое: «Дзи-и-и-и-и-нь!!!» дверного звонка.


- Кто это? – глупо брякнул Антон.


Отвечать подчинённый не стал, лишь укоризненно окинул взглядом начальство. Иногда умнее промолчать. Неспешно встал, выдерживая приличествующую моменту паузу, которая должна была обозначить основательность и достоинство хозяина, и пошёл открывать.


Дзи-и-и-и-и-нь!


- Да иду, иду…


Щёлкнул замок, распахнулась дверь. В квартиру ворвался мощный сивушный запах. И никого. Иванов вышел на лестничную площадку, осмотрелся. Пусто. Недоумённо пожав плечами, вернулся обратно.


Дзи-и-и-и-и-нь!


- Рожу набью! – зло прошипел хозяин. – Дурацкие шутки…


- Печать активируй, - посоветовал Антон.


Распахнув дверь второй раз, помощник опять никого не увидел, однако, памятуя рекомендацию, выставил вперёд ладонь со светящимися знаками в круге.


- А-а-а! – раздался чуть ли не в ухо дикий рёв, снова пахнуло перегаром, и у стены проявился трясущийся от ужаса мелкий, росточком до метра, грязный и бородатый мужичок. – А-а-а! Небесный прика-а-а-з!


Этот концерт нужно было прекращать. Серёга резко схватил грязнулю за шиворот и втолкнул внутрь, не забыв закрыть дверь. После этого он показал визитёру кулак и веско прояснил: «Не ори. Или в ухо получишь». Мужичок заткнулся, затравленно озираясь по сторонам и шумно икая от страха сивушными маслами.


- Подойди, - гробовым голосом скомандовал призрак. – Докладывай.


Гость повиновался, Антону явно удалось произвести нужное впечатление. Неловко печатая шаг и излишне размахивая руками, мелкий забулдыга подошёл к столу и замер, пожирая грозного человека глазами.


- Осмелюсь доложить, я это… по объявлению, значится… Прибыл!


- Почему один, и почему пьян?!


- Дык… Трезвым бы не решился… Да и про поиск домовика узнал тоже того… по синему делу. Дурак, не слушал никого, места хотел! – и кандидат в хранители квартирного очага неожиданно расплакался. – Не губите!!!!


Начальник с подчинённым непонимающе переглянулись.


- Успокойся. Сырость не разводи. Чего ты боишься? – вступил в беседу Иванов. – Мы же на тебя не нападали… Ты вон, со звонком развлекался для забавы, а теперь ревёшь как девка…


- Я не развлекался… Я по пьяности ответить не мог… Принял для смелости….


- Да объясни ты нормально!


Мужичок поуспокоился.


- Вы как вчера объявление толечко размещали, так сразу все наши собрались. Ить невидаль – Небесный Приказ домового себе ищет! А зачем? Служба ваша – она известная… Никто и не пошёл от греха… только я попёрся, усомнившись… Думал, врут… Всё… Отжил своё… - и мелкий нечисть-алкаш обессилено опустился на колени, демонстрируя полную покорность судьбе. – Убивайте…


Швец вышел из-за стола.


- Ты чего? Никто тебя убивать не собирается… Не хочешь – не надо, иди себе дальше.


Домовой непонимающе буравил его глазёнками.


- То есть… Можно уйти? Вот так, запросто?..


- Да вали уже, бухарик! – помощник в сердцах распахнул двери. – И зубы почисти!


Мужичка как ветром сдуло.


- Нда… глупо получилось… Прав этот пьяница – кто к нам пойдёт с такой репутацией? Так что придётся самообслуживанием перебиваться…


***


… Прошло три дня. Сотрудники Департамента Управления душами уже и думать забыли о неудачном кастинге – рабочая текучка взяла своё. Вечером, по возвращении домой, традиционно расположившись на кухне, решив перекусить.


- Чё пожрать? – задорно спросил Швец, выпуская колечко дыма.

- Не знаю. Я в магазин забыл зайти. По-моему, пельмени оставались. – Серёга открыл холодильник, охнул, и странно казённым голосом произнёс. – Антон, подойди.


Призрак не заставил себя ждать и тоже уставился внутрь чудо-изделия.


Внутри уютно расположились на большой круглой тарелке милые, вкусно пахнущие голубцы, в углу краснел помидорами свежий салатик, а внизу стояла внушительных размеров кастрюля.


- Что там?


- Борщ… Со свеклой, на мозговой косточке…


- Откуда?


- Без понятия…


Решительно отодвинув подчинённого, инспектор активировал печать и провёл над каждым блюдом.


- Яда нет, - резюмировал он. – Не отравимся. Ничего не понимаю.


В растерянности захлопнув холодильник, ошарашенный призрак неожиданно заметил перемены в любимой кухне – вымытое окно, белеющую в своей пустоте раковину, исчезнувший жир с плиты.


- Ты тоже это видишь?


- Да…


Опасливо прошли в комнату. Там неизвестный доброхот погулял вовсю. Кровать застелена, вещи убраны в шкаф, пол чистый…


- Антон, я боюсь, - негромко пожаловался Иванов, показывая на прикроватную тумбочку, на которой лежало несколько измятых купюр. – Их тут не было. Что делать будем?


Начальник размышлял недолго.


- Поедим для начала. Не выбрасывать же…


***


… Следующую неделю Сергей всё пытался поймать неизвестного, окружившего его скромную персону такой заботой, но не смог. Пока он был дома – никто не появлялся, когда возвращался после работы – в холодильнике обнаруживалась свежая еда и следы очередной уборки. Иванов даже пару раз пробовал внезапно нагрянуть, однако без результатов. Обследование печатью показало лишь незначительные отголоски потусторонних эманаций, но это было нормально – сотрудники и сами слегка «фонили». Спал плохо, в неясной тревоге постоянно просыпаясь и долго потом ворочаясь.


Отчаявшись, помощник решился на крайние меры и установил по всей квартире камеры видеонаблюдения. Результат был нулевой. Кто-то попросту отключил их, не оставив никаких следов.


От огорчения он решил напиться, не смотря на свою аллергию. А что ещё оставалось делать, чтобы хоть немного отвлечься? Не квартиру же продавать?


Достал бутылку, налил стакан и залпом влил внутрь огненную жидкость. Результат не заставил себя ждать – парня тут же вывернуло прямо на пол.


- Ах ты ж алкаш! – зазвенел возмущённый женский голосок. – Ах ты ж пропойца! Мало я тут с тряпкой бегала, отмывала свинарник этот, так ты ещё и гадить мне тут вздумал?


Полотенце, до этого мирно покоившееся возле мойки, неожиданно взмыло в воздух само собой скрутилось в жгут и пребольно ударило по плечу исходящего желчью парня.


- Я тебе щас устрою водочку… Я тебе щас расскажу, стервец… Я для кого тут у плиты кручусь, аспид ты этакий?!


- Ты кто? – выдохнул Иванов чувствуя, как волосы на голове становятся дыбом.


Вместо ответа в воздухе материализовалась миловидная фигуристая девушка с красивой, переброшенной через плечо, косой; в обтягивающем топике и очень узких шортиках. Небольшая, от силы метр двадцать ростом. Но не это было странное – на голове у неё красовались лисьи ушки, а из-за спины выглядывал пушистый хвост.


- Кицунэ?! Откуда ты взялась?


- От верблюда! В ванну иди, приведи себя в порядок и помойся. Потом поговорим.


***


Через полчаса они вполне мирно сидели за столом и пили чай.


- Меня Маша зовут и да, я – кицунэ. Знаю, что это лисица-оборотень из Японии, не цитируй Википедию…


Серёга внимательно её осмотрел.


- А по виду вполне себе русская…


- Я по маме японка. Она тут в конце тридцатых прошлого века в посольстве работала. Разведчицей, как я думаю… И в местного домового влюбилась. То ли по заданию, то ли по правде… Он при Кремле жил. В общем, получилась я… А потом она на родину уехала, перед самой войной, меня папаше по какой-то причине оставила… Только и ему я не сильно нужна была – сразу в деревню сплавил, к родне своей дальней… Когда подросла – искать своё счастье сбежала, да только из-за этого, - девушка прикоснулась пальчиками к кончикам ушей, - никуда не взяли. Говорят, что не наша… дискриминация, одним словом.


Попробовала лисицей жить – не моё, домовые гены сильнее. Потому и ждала, когда позовут.


- В смысле, позовут?


- Ну так это раньше домовые сами дом выбирали и главенствовали там, теперь времена другие. Теперь без приглашения и не войдёшь – или в лицо святой водой получишь, или проклятие какое… Да и не зовёт практически никто, забыли о нас. Потому, когда про объявление ваше узнала – сразу пришла, но показываться не стала. Присматривалась, надоело скитаться. Знаешь, какая слава о вас?


Иванов грустно кивнул: «Служба мол. А так мы хорошие».


- Посмотрела-посмотрела, да и думаю: «Нормальный парень, домовая ему не повредит». И осталась. Ты ведь пригласил?! – внезапно уточнила она и уставилась прямо в глаза помощника.


Долго Серёга не думал. Девушка-лисичка парню нравилась своей открытостью и напором. И, он боялся признаться даже самому себе, ему надоело одиночество.


- Да. Правила знаешь?


- Конечно знаю. И в магазин даже сама хожу за продуктами, и сдачу не зажилю. Шапочку надену, хвост под платье – в жизни от недорослика-подростка не отличишь. Жить я буду за холодильником, если ты не против. Надоело в вентиляции мучится. Там жирно, слизко, и вообще – б-р-р-р. А если не один придёшь, а с дамой – не стесняйся, скажи, и я пойду погуляю, меня она не увидит. Только у меня есть просьба…


- Какая?


- Можно мне, пока ты на службе, телевизор смотреть и кушать когда захочу? Я немного ем, ты не думай…


- Да пожалуйста…


***


В качестве премии за божественные по своему вкусу голубцы Иванов купил внушительных размеров торт и торжественно вручил его Маше. Она порозовела от счастья и долго, с нежностью рассматривала кремовые розочки на нём. После спрятала.


- Нет, - героически оторвав взгляд от вожделенной вкуснятины, произнесла кицунэ. - Такие вещи едят понемножку, чтобы не поправляться.


***


… Проснулся свежеиспечённый домововладелец ночью от пластмассового треска снимаемой крышки торта. Это его расстроило – просыпаться по ночам он не любил.


- Машка! – крикнул он в темноту. – А знаешь, что принцессы, жрущие после шести вечера, превращаются в тыквы?!


Ответом ему было лишь звериное повизгивание от удовольствия и лёгкое, почти неслышное чавканье.


- Ну ничего, Ты ещё с Антохой не знакома…



https://author.today/u/vadimbulaev страничка автора

Показать полностью

Для моих 196 подписчиков

Vadim1977 в Авторские истории

Знаете, я хотел написать весёлый и забавный рассказ, но читая ленту новостей моё решение изменилось... Кому не зашло - прошу простить.

Читайте, кому нравится.

https://author.today/u/vadimbulaev страничка автора



Кровь девственницы



- Дай сигаретку, - ленивым голосом протянул Швец. Он был в великолепнейшем расположении духа и предавался сладкой истоме, так знакомой людям, которым сегодня вообще никуда не надо идти.


- Держи, - чиркнуло колёсико зажигалки, в воздух унёсся сизый дымок. – Хорошо тут!


- Ага. Не помню. Когда в последний раз на рыбалке был. По-моему, ещё с отцом, в детстве.


Начальник и подчинённый сидели на берегу реки, посматривая на застывший в безветрии поплавок. Серёга при этом не забывал отмахиваться от комаров, что до крайности веселило Антона. Его летучие кровопийцы поему-то игнорировали. Место, которое они выбрали для отдыха, было просто шикарное. Прямой, не заросший никакой дикой порослью выход к воде, уютная тень от раскидистых крон деревьев, отсутствие каких-либо следов цивилизации в виде ржавых банок, битых бутылок и прочей сопутствующей людям дряни. И до трассы не так, чтобы совсем далеко.


- Ты разобрался, как тебе тогда бутылку поднять удалось?


- Да. Карпович ограничение до килограмма по грузоподъёмности пробил ещё лет восемь назад, просто мне не сказал из вредности, чтобы не баловать. И с водкой тоже он, в назидание…


- Я догадался.


Поплавок неуверенно задёргался.


- Клюёт! Подсекай!


Иванов схватился за удилище, и тут ему на голову пребольно упала довольно крупная сухая ветка.


- Хе-хе-хе – раздалось откуда-то сбоку. – Хе-хе.


Пока Серёга соображал, потирая рукою ушибленную макушку, поплавок ещё раз дёрнулся, нырнул, и снова замер в неподвижности.


- Ну так не честно! – голосом избалованного ребёнка протянул Швец. – А если там щука была? И сорвалась по твоей милости…


- Ага! Акулу упустили. Размером с Титаник, - зло огрызнулся помощник, выглядывая хохотуна. То, что ему это не почудилось, он был уверен.


Насадил по новой червя, закинул. И тут опять на голову упала веточка. Не крупная, но ощутимая.


- Хе-хе, - снова мелко засмеялся кто-то невидимый. Голос у него был дребезжащий, вызывавший ассоциацию почему-то c горохом, тарахтящем в пустой кастрюле.


- Слышишь, весельчак, сейчас рожу намылю за такие шутки! – окончательно вызверился Иванов, удочка полетела на землю. - Антоха, найди этого умника, пожалуйста, а я его хорошим манерам поучу.


Призрак всё так же лениво повертел головой, а потом молниеносно исчез в кустах. Через секунду послушалась возня, звуки подзатыльников, приглушённый мат.


- Да отпусти! Сам пойду! – возмущался голос.


- Пойдёшь, куда ты денешься, морда волосатая…


На берег вернулся инспектор, держа за волосы нечто донельзя грязное, покрытое пылью, травинками и ростом до колена. При ближайшем рассмотрении это оказался древний, сморщенный старичок с неизвестно сколько не стриженными волосами. А ещё он был абсолютно голый.


- Ты кто, тело неумытое?


- Сам дурак! Поганец невоспитанный! Тебя кто учил… А-а-а!!! – завизжал старичок, когда Швец несколько приподнял его за волосы. Не сильно, всего сантиметров на пять от земли. – Банник я! Ба-а-анник! Поставь обратно, больно же!


Антон выполнил его просьбу, однако за волосы держать не перестал.


- Излагай, чего ты тут крутишься? – Иванов сердито сдвинул брови, глядя сверху вниз. – Палками зачем кидаешься?


- Чего ты нервный такой? Совсем шуток не понимаешь… - неуверенно проблеял банник.


- Шутка, дедушка, это когда обоим смешно. А когда один юмора не понял, то второй в ухо легко схлопотать может. Говори, Петросян начинающий, что тебе надо?


Банник, глядя из-под кустистых, насупленных бровей, неожиданно грустно, выстрадано, попросил:


- Ребята, развоплотите меня, пожалуйста…, - и, не давая обалдевшим от такого заявления инспектору с помощником вставить хоть слово, продолжил. – Я знаю, что это не в вашей власти. У вас же эти есть, как их… особенные праведники, попросите их. Они не откажут, знаю.


- Спецотдел, - автоматически уточнил Серёга.


- Пусть так,- легко согласился старичок. – Мне всё едино, как они теперь прозываются. Помогите, а я в долгу не останусь.


Антон отпустил банника, сел на траву и задумался.


- Ты сам понимаешь, о чём просишь? Спецы твоё пожелание, конечно, в два счёта выполнят – они нечисть ни в каком проявлении на дух не переносят. Но скажи – зачем? Ты же из дворовых обитателей – безобидный, по большому счёту.


- Нет у меня теперь подворья, и бани нет. Сгорела почти двести лет назад. Туточки стояла, - грязный пальчик ткнул в пригорок на берегу. – С тех пор от ненужности и маюсь…


- Новую найди. Что, в России бани закончились?


- Да как им закончиться, есть, родимые… Вон, за лесом этот… А, вспомнил! О-ли-га-рх, - с трудом выговорил непривычное слово дедок, - хоромы себе отгрохал и баньку к ним. Что за банька! Песня! Как вижу – плачу! И банника нет, мало нас осталось… Иногда пойду, щёлочки там мохом подобью или венички переберу – аж руки трусятся, так мне без неё плохо. Да и богатей этот - мужик из деревенских. Сам слышал, как жалился приятелям на то, что такое добро и без хозяина стоит. «Нету банника, а должен быть! Потому как порядок такой!» - процитировал он, видимо, того самого олигарха, утирая мелкие слезинки, вовсю бегущие по замурзанным щекам.


- Так иди, принимай хозяйство, - не подумав, брякнул Иванов. – Делов то!


- Серёга, заткнись! Не будь умнее деда! – недовольно перебил помощника Швец. – Он и сам бы перебрался, если бы мог. Рассказывай, - это уже к баннику, - что стряслось.


Старичок благодарно посмотрел на инспектора, после продолжил:


- Привязан я к этому месту, навечно. Колдун как-то в нашу деревню пришёл. Мирный был, ни к кому со своими чарами не лез и жизнь людям не портил. И вот, значит, попариться он решил. Мне тогда скучно было, дай, думаю, шутку сыграю, кипяточку ему на заднее место чуть-чуть плесну… кто ж знал, что он наклонится в это время и водичка горячая ему помимо седалища и на… на мудя попадёт! Он, конечно, осерчал от злобы великой – колданул быстренько да привязал меня за озорство навечно к той самой баньке. Потом пожар был, деревенька выгорела, от моей вотчины одни головешки остались… Люди ушли, вон, - он обвёл рукой вокруг, - лес повымахал… С тех пор и маюсь я… Помогите с развоплощением, будьте добреньки! Не могу так больше, в ненадобности прозябать!


- Хорошо… А как ты узнал, где мы работаем?


Банник улыбнулся.


- Так кто же ещё может через морок отводной сюда прийти и даже не заметить? Только ярыжки с Небесного Приказу. Тем более он, - кивок головою в сторону Швеца, - на два мира живёт, видно же.


- Морок? – Иванов удивился. – А зачем?


- Дык гадют! – изумился Серёгиной тупости старичок. – Понаедут из города, нажрутся-напьются, пакости всякой с объедками накидают – и домой. Убирай потом за ними… Вот морок слабенький и навёл, как умел, чтобы не шлындали...


И Иванову, и Швецу неожиданно стало жалко неприкаянного старичка. Не сговариваясь, одновременно спросили:


- Как помочь тебе можно? – и помощник уже сам добавил. – Без крайних мер.


- Известно как, - банник стал ещё более грустным. – Капля крови юной девственницы, отданная ей добровольно и без принуждения. Капнуть – и всё, конец колдунству! Верное средство.


- Нда… - почесал в затылке Швец. – где же мы такую найдём? Их сейчас меньше, чем пришельцев с вёдерными клизмами… и добровольно вдобавок…


- Их, паренёк, всегда было мало. Во все времена. Как только подрастать девка начнёт – всё, никакого в ней благочестия! Срам один и разврат! Нечего и мечтать…


Установилось неловкое молчание. Каждый жалел о своём: Серёга о том, что вообще припёрся сюда; Швец огорчался из-за отсутствия даже намёка, где взять требуемую девственницу; банник просто жалел, без конкретного обоснования, он уже давно со всем смирился.


Нарушил тишину всё тот же старичок.


- Пока вы думу думаете и рассуждаете, сообщить хочу вам о злодеях.


- Каких злодеях? - обрадовался окончанию неприятной тишины Иванов.


- Каких – не знаю. Но больные они на голову они - точно. Уже два раза по субботам в лес приезжают, киноаппарат на треноге ставят и всякое умучение живых существ снимают.


- Место выбирают одно или разные? – вскинулся инспектор. – Бесы или нечисть какая?


- Разные. И не нечисть это, а сопляки великовозрастные. Годов по пятнадцать, длинные, наглые… Так вот, в первый раз они цыплят поначалу на пне молотком большим убивали, потом костёр разожгли, да и побросали оставшихся в пламя прямо живыми. А на второй раз трёх щеночков привезли, крохотных, глазки голубенькие… Сначала одному лапку отрубили и смотрели, как бедняжка по земле ползает, кровью истекает и киноаппарат свой эдак ему прямо под мордочку подпихивают поближе, чтобы, значит, кино своё гадское снять получше… Второму они животик взрезали, а третьему… - банник обречённо взмахнул рукой. – даже рассказывать не буду, больно такое вспоминать.


У парней непроизвольно сжались кулаки.


- А чего же ты, старичок, им не надавал по шее? – нехорошо, зло спросил Серёга. – В меня палками вон как лихо кидался; мороки, опять же, наводишь?!


- Да я могу только здесь это делать, где причарован, дальше силы моей нету, - глухо буркнул нечисть. – Ты думаешь, мне легко смотреть, как тварей бессловесный изверги пытают?! Да кабы я мог! Кабы!.. – и он опять затрясся в глухих рыданиях. – И лешего тут нет давно, а то бы старинушка им показал, где раки зимуют!


- А леший где, куда делся?


- Ушёл. Забыли люди его, уважения нет. Так что, разберётесь? Или хоть в милицию…


- Полицию.


- Пусть полицию, сообщите, а? Ну что вам стоит, а животных, глядишь, и спасёте. Со мной уж потом как-нибудь…


Думать и советоваться долго не стали.


- Слушай, банник, - начал инспектор. – Мы сами с этими уродами разберёмся. Вот только как мы узнаем, где их искать? Лес-то ведь немаленький.


- Выведу, не бойтесь, прямо им под самый нос. И не заметят! Я же за столько годочков от скуки каждую веточку выучил, каждый кустик!


- Тогда, - Антон торжественно поднял в локте правую руку. – Я даю слово, что если ты рассказал правду - помогу тебе. Не знаю как, но помогу!


- И я, – не замедлил вставить свои пять копеек Иванов.


- Вот и хорошо, вот и ладненько… - банник заметно повеселел. – Приезжайте в субботу с утра, я вас на остановке ждать буду. Беспременно придут, собирались они, сам слышал…


- Приедем. Только давай сейчас места осмотрим, где уже отметились эти… нелюди.


Банник не соврал. Инспектор с помощником действительно увидели останки ни в чём не повинных зверюшек. И постарались выбросить это из головы, потому что зрелище оказалось противоестественное, не для здоровой психики. Но не смогли.


… В субботу, как и договаривались, с утра пораньше встретились на остановке у леса. Старичок их уже ждал.


- Ещё не было их. С ночи караулю. Вы пойдите в деревья и отдохните, а я как их замечу – сразу вам сообщу.


Иванов и Швец покладисто согласились и скрылись среди листвы. Совсем рядом от дороги, метрах в пятидесяти, оказалась удобная полянка.


- Серёга, ты что это с собой притащил? – инспектор указал на сумку, которую его помощник привёз с собой.


- Инструмент всякий разный.


- Пытать? Ты обалдел?!


- Нет. Не пытать. Тут другое…


- А, тогда ладно, - успокоился Антон. – А то я уже подумал…


- Правильно подумал! Мне эти щеночки с птенчиками по ночам снились! Простить? Да им по закону трояк условно дадут при самых плохих раскладах, я тут в интернете почитал на эту тему… И то, что трупики их работа - тоже ещё доказать надо; сам ведь знаешь, будет «Я не я, положительная характеристика, они хорошие!», далее по списку!


- Понимаю я всё, Серёга, понимаю. Но судить мы права не имеем!


- А кто имеет? Судьи? Тогда конечно… мамки, папки, адвокаты, баблишко в американских бумажках… Знаешь, Антоха, права судить мы не имеем, тут ты верно подметил. Но мы имеем право приговаривать – по человеческим и небесным законам, без казуистики всякой. И каждый такое право имеет. Оно простое: видишь зло – накажи! Только для этого человеком надо быть, а не размазнёй.


Ответить инспектор на столь неоднозначную и горячую речь попросту не успел – появился банник.


- Приехали, в лес идут. С коробкой.


- Пошли.


Минут через двадцать быстрого хода маленький старичок как-то неожиданно остановился и прошептал:


- Всё. пришли. Они за кустами.


Серёга подобрался.


- Антон, план такой: сейчас выбегаем на поляну и вырубываем этих утырков. Как в морду правильно заехать - помнишь ещё?


- Да.


- Три, два, один… начали!


Принявшись материальность Швец и злой на весь мир Иванов словно лоси в период гона выбежали на полянку. Там находилось двое подростков лет пятнадцати – шестнадцати, длинных, нескладных. Один из них устанавливал на треногу крохотную видеокамеру, второй с интересом смотрел в принесённую с собой коробку.


- А вы кто...? – начал любопытствовать первый, однако рухнул, как подкошенный, от умелого удара помощника; второй даже пикнуть не успел, сразу оказался без сознания на земле.


- Сергей, подойди, - ровным, необычайно отстранённым голосом позвал Антон, сидя на корточках возле коробки подростков и смотря внутрь.


Тот не заставил себя ждать, заглянул. Внутри копошились котята. Семеро. И лежала газовая горелка с пьезоподжигом.


- Ублюдки…


Не говоря ни слова, Иванов опрометью бросился обратно в кусты и вернулся со своей кладью, предусмотрительно оставленной там перед дракой. Достал из неё перчатки, одел их. Потом извлёк оттуда же странные наручники: браслеты соединяла полутораметровая цепь вместо обычной трёхзвеньевой. Защёлкнул одному на правую руку, второму на левую. Затем извлёк увесистый молоток и, трясясь от гнева, начал хлестать обоих недорослей свободной от инструмента рукой по щекам. Наконец они зашевелились; сели, хлопая бестолковыми глазами.


- Вы кто такие? Да вы знаете, кто у меня…


- Заткнись. Будешь орать, - Иванов всмотрелся в глаза умника. Тот был напуган. – Я тебе этим молотком начну пальцы дробить.


- Что вы от нас хотите?! – взвизгнул второй.


- Вы видео для чего снимали?


- Какое видео?


Вместо ответа помощник ударил непонятливого молотком по предплечью. Не слишком сильно, но весьма больно.


- Ай-ай-ай! – вскрикнул малолетка, и неожиданно из его глаз брызнули слёзы. Проняло, что называется.


Второй ублюдок впал в ступор. Похоже, до него дошло – шуток не будет и эти дядьки их не разыгрывают. Он неожиданно мелко-мелко задышал, приходя в себя, и стал отвечать юношеским ломким баском:


- Для интернета. Через TOR на всяких специализированных сайтах продаём.


- И много заработали? – вступил в беседу Швец.


- Нет. Пять баксов с мелочью. Там такого добра полно.


Услышанное не укладывалось у Серёги в голове. За пять сраных долларов убивать? Он не мог этого понять.


- Ответственности не боитесь? В тюрьму же посадить могут.


Оба подростка рассмеялись. Похоже, из-за традиционных вопросов о местах не столь отдалённых, они приняли напавших за обычную полицию.


- Да что вы нам сделаете! – с вызовом бросил первый. – Мы ещё малолетки, нам ничего не будет! И за вот это беззаконие, - он показал руку с браслетом, - ответите! У меня папа знаете кто?!


Опять удар молотком, в то же место, только на другой руке.


- Мы не полиция, мамкины вы блогеры. Мы немного по другой части.


Иванов молча добыл из недр своей сумки два длинных ножа и воткнул их в землю перед ничего не соображающими горе-бизнесменами от смерти. Затем встал, подошёл к камере, навёл её на ребят. Швец встал за его спиной.


- Значит так, - безжизненным голосом начал помощник. – Предлагаю сыграть в интересную и увлекательную игру. Сейчас каждый берёт по ножу и начнётся бой. Должен остаться только один из вас. Решайте сами, кто пойдёт сегодня домой, а кто нет. Вы скованы, разбежаться в стороны не сможете. А я снимать буду.


У второго подростка затряслись губы.


- Вы не можете, вы не имеете права! У наших родителей есть деньги!!!


Однако Серёга, демонстративно подняв вверх указательный палец, медленно опустил его на камеру и нажал кнопку записи.


- А-а-а!!! – неожиданно завопил первый, схватил нож и ударил приятеля в живот. Потом ещё, потом снова.


Брызнула кровь, запахло каловыми массами из перерезанного кишечника, второй издал глубокий, нутряной хрип и каким-то чудом тоже смог схватить нож. На последнем издыхании он по рукоять вонзил острие в грудь первому. Но тот этого не заметил, продолжая полосовать в исступлении живот соседа.


Секунды этой странной поножовщины тянулись долго. Вот упал на спину изувеченный приятельской рукой второй; вот удивлённо засучил ногами, непонимающе уставившись на собственную грудь, первый.


Иванов выключил запись.


- Всё. Конец фильма. Пошли. – и подхватил полегчавшую сумку, забросив туда молоток и перчатки. – Нечего здесь делать.


- Знаешь, подчинённый, - задумчиво протянул Швец. – Ты мне сегодня открылся с совершенно другой стороны. Не скажу, что я тебя осуждаю, но и не оправдываю. Мне самому в этом разобраться надо. Потом встретимся, – он замерцал, растворяясь в воздухе.


Помощник проводил его исчезновение мрачным, угрюмым взглядом, после чего крикнул в гущу леса:


- Банник, ты там?


Старичок опасливо появился откуда-то сбоку, растерянно глядя на Иванова.


- Ну как так-то? Как так? – причитал он. – Такие молодые… Зачем?..


- Не трясись ты над ними. Не надо. У меня к тебе дело есть. Завтра к обеду жди на месте своей баньки, будем заклятие снимать. Ну, или попробуем…


- Правда?! – не веря услышанному, просветлел лицом нечисть.


- Да. – Сергей переложил котят из коробки к себе в сумку, и, не прощаясь, пошёл в сторону остановки.


… Они традиционно сидели на кухне и курили, глядя в наступающий за оконном вечер.


- Я с банником разобрался, снял проклятие.


- Да? – Антон в удивлении вскинул вверх правую бровь. – Как?


- Капнул кровь юной девственницы, согласно рецепта.


- И где ты такое диво откопал?


- Да просто всё оказалось, - Иванов затушил окурок и поставил чайник на плиту. – Помнишь Ленку-вампиршу? К ней вчера прямо из леса поехал.


- Ну…


- Вспомни, кого она в последний раз из хосписа спёрла.


Инспектор округлившимися от удивления глазами смотрел на подчинённого.


- И верно…


- Да. Девочка пяти годиков. Девственница, как сам понимаешь. Кровь новой маме для лечения предоставляет совершенно добровольно, я проверил. Про то, что она должна быть здоровее здоровой, никто не говорил, да и не важно это, как я понял. Так что всё гут!


- А Ленка как, нормально восприняла твою просьбу?


- На удивление. Но я сам ей всё рассказал, тут ведь секретности никакой нет. Она вообще, по-моему, адекватная по жизни… И котят забрала для малышни своей. Пусть играют.


Чайник вскипел, разлили сразу по кружкам, поленившись ставить заварник.


- А банник что?


- Да ничего. Только капля упала на землю – я признаться, трусил сильно, мало ли – гром ударит или иные побочные эффекты проявятся, но ничего, пронесло - как он словно ошпаренный унёсся. Только когда до остановки дошёл - нечисть ко мне вернулся, весь в мыле, словно загнанный конь. Говорит, что всё получилось и ему некогда – он печь топит, чтобы со вкусом помыться в олигархической парилочке. Просил захаживать…


- Но адреса не называл, - закончил Антон крылатую фразу и оба рассмеялись.


Неловкость после вчерашний событий начала спадать, и теперь настала Серёгина очередь любопытствовать.


- Помнится, ты уточнял у того старого хрыча – в одном месте убийства были или в разных. Почему?


- Редко, очень редко, побег бесам устраивают отсюда. По-разному – иногда чернокнижники по дури собственной, иногда демоны по каким-то своим причинам. Сами бесы такое не провернут, силёнок нашаманить вызов маловато. И лазейку для беглецов гораздо проще сделать в плохом месте, пропитанном смертью и болью. Колдуется легче, наверное. Потому и проверял этот вариант. Не срослось – нам легче. А то бы в окошко как минимум полсотни этих адских засранцев проскочило, пока не перекрыли.


- Понятно…


Швец встал, прошёлся по кухне, а затем взял, что называется, быка за рога.


- Я не осуждаю тебя, Серёга, ты не думай чего... Вчера сомневался, метался, пытаясь определиться в своём отношении к этой ситуации, а потом понял: пацанята сами себя убили. Из-за гнили своей, уродства душевного. Всё правильно случилось, закономерно. Иначе бы они на людей перешли. И это не допущение, а вопрос времени, только и всего. Поверь, я в таких делах за время работы там, - он указал пальцем в потолок, - поднаторел.


Инспектор помолчал, глядя в окно, а затем поинтересовался:


- Что ты хотел с ними сделать, если бы они не стали за ножи хвататься?


- Уши отрезать подумывал. Но это не точно.


- Сурово. Я планировал только переломами рук ограничиться. Не казни себя. Они сами сделали выбор. Сами!


- Знаешь, это ведь дети были…


- Нет. Не дети. Ублюдки опасные. Дети не убивают, они только любить могут. А эти, - он досадливо взмахнул рукой, - кровушки будь здоров пролили. Я специально поинтересовался, пока те двое в очереди своего Судного Часа ждали. Эти козлёныши и без интернета такого наворотили с живыми существами… ни на что не налезет.


- Да ну их… Тебе Карпович запрет на водку ещё не снял?


- Нет, к сожалению.


- Тогда держи, - из холодильника на стол перекочевало несколько бутылок холодного пива и тарань. – Пивка для начальствующего лица взял.


- Спасибо. Хоть что-то хорошее. Приступим!

Показать полностью

Для моих 188 подписчиков

Vadim1977 в Авторские истории

Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию


Страничка автора https://author.today/u/vadimbulaev


Глава 3  Муки выбора


На следующий день, по совету непосредственного начальника, Иванов решил прогуляться. В центр, пешочком, с запланированным посещением пивной и парка. Принарядившись, чудом прошмыгнул мимо склочной Васильевны и вышел на проспект, где неспешно побрёл по широкому тротуару, ротозейничая на завлекательные и яркие вывески всевозможных бутиков, магазинов и едален.


Первое время Сергей недоумевал: что такого он должен был увидеть, чтобы «превозмочь» себя. Вокруг была весна, девушки уже начали своё извечное состязание в минимизации одежды и надменной вздёрнутости носиков при любых проявлениях мужского внимания. Молодые мамы катили коляски, мужчины пребывали в лёгкой эйфории от бесплатного зрелища и тёплого ветерка. Чего скрывать, Иванов и сам вовсю любовался женскими прелестями, пока неожиданно не заметил ауру. Тоненькую, едва видимую, но ауру. И обалдел. Первым порывом было припечатать адское отродье служебной Печатью в лоб, чтобы потом продолжить свой путь с чувством выполненного долга. Но не стал, сдержался, глядя с отвисшей челюстью на внезапно образовавшееся препятствие.


Обладательница ауры – хрупкая, почти прозрачная девушка в немыслимо дорогих тоненьких тряпочках, обтягивающих под горностаевой шубкой её идеальное тело, с удовольствием повисла на шее огромного, звероподобного мужика, одетого в шикарный костюм тоже не за пять рублей. Мало того, лицо громилы постоянно мерцало, превращаясь из обычной неприятной, но всё же человеческой рожи в волчью, с клыками и шерстью. Заметив изумлённый взгляд парня, он нахмурился/оскалился и недвусмысленно показал пудовый кулак.


Серёга икнул от такого зрелища. Пока приходил в себя, пара села в припаркованный рядом Мерседес и была такова.


Пока добрался до центра – ещё трижды видел мелкие ауры и одну огромную, раза в четыре больше её носителя – пожилого и симпатичного старичка. Попалось несколько вообще не пойми кого: женщина средних лет при прямом попадании на кожу солнечных лучей мгновенно покрывалась зелёными бородавками; у работяги узбека, прочищающего газон, оказались неожиданно змеиные глаза с вертикальными зрачками; оживлённо болтающий по смартфону мужчина не имел половины лица – словно ластиком вытерли; а продавщица хот-догов лихо лила на сосиски кетчуп, зажатый в руке скелета, торчащей из её белоснежного халата.


И никого, судя по совершенно спокойной реакции окружающих, это не напрягало, потому что никто ничего не замечал. «Ну ничего себе!»- рассуждал помощник инспектора, неосуществимо мечтая выкушать мерзавчик коньячка, прямо из горлышка, для снятия стресса: «Как теперь жить, зная, что всякая погань в любой момент тебя сожрать может или укусить неприятно?».


Так ничего и не надумав, трезвый и обескураженный Иванов отправился домой, чтобы в домашнем уюте и при успокаивающем урчании холодильника, правильно заполненного пельменями, разобраться с увиденным и разложить его по полочкам для удобства восприятия.


На обратном пути тоже… насмотрелся. Привычный мир оказался гораздо многообразнее, чем думалось раньше.


Антон возник прямо посреди кухни в самый неудобный, ответственный момент, требующий от Серёги полной внутренней концентрации и гармонии с самим собой. Он поливал уксусом только что сваренные, исходящие божественным ароматом, пельмени и ничего вокруг не замечал.


- Здорово! – замерцал призрак в воздухе. – Собирайся, поехали!


От неожиданности рука дрогнула, и в пищу матёрых холостяков мощной струёй ухнула едкая, резко пахнущая жидкость.


- Ну ё… - в сердцах ругнулся хозяин квартиры. – Нельзя же так. А если бы я с дамой был?


- Извини, - без малейшего раскаяния в голосе ответил Швец. – Просто сейчас материализоваться не могу, чтобы таймер тикать не начал. Быстрее давай!


- Да что стряслось?! – уже натягивая джинсы, завопил Серёга. – ты как на пожар…


- Слушай и запоминай, - перебил его инспектор. – В вашем хосписе для детей примерно раз в три месяца пропадает ребёнок в возрасте до пяти лет. Детдомовский, по ком плакать никто не станет. Главврач покрывает это дело, чтобы по шапке не получить. Точно известно о пяти таких случаях. Вот и будем разбираться.


- Так, может, они сами сбегают? У нас приютские…


- Чушь не неси! Дети пропадают исключительно те, кому совсем немного осталось. У них сил хватит максимум до больничных ворот дойти, и то вряд ли.


- Всё равно не понимаю, почему ты решил, что это наша парафия? – не сдавался Иванов.


Призрак нахохлился.


- Был я там. Есть в воздухе что-то… непонятное, словно сущность там побывала. Весь день провёл – и ничего не обнаружил. Всех сотрудников пересмотрел – нет ауры. А эманации есть, и их за сегодня стало больше. Жаль, - он расстроено склонил голову, - что пока у меня опыта в земных делах маловато, а советоваться некогда. Я и про пропажи случайно узнал, когда защиту обновлял… Главврач проболтался приятелю по телефону.


- Какую защиту?


- А, ты же не знаешь… Больница – это квинтэссенция людской боли и страданий; не война, конечно, но немногим лучше. Вот и тянется всякая гадость поживиться. Мы, инспектора, постоянно обновляем своими Печатями защиту таких заведений. Не на сто процентов помогает, конечно, но подавляющее большинство потусторонней сволочи отпугивает. Ты оделся? Вызывай такси, поехали в областной хоспис!


- Готово, пошли на улицу.


Швец мгновенно стал невидимым, однако помощник чувствовал - он здесь.


Доехали быстро. Расплатившись, Серёга отошёл в сторону от главного входа и негромко заговорил, приложив к уху смартфон.


- Антоха, ты тут?


- Тут, - послышался тихий шёпот. – А зачем ты телефон достал?


- Люди вокруг. Ещё решат, что сам с собой разговариваю, и жёлтую бригаду вызовут. Так реалистичнее. Какой план?


- Я в отделении засаду сделаю, ты на улице. Как только кто-то из детей начнёт уходить из отделения – работаем по обстановке. Ребёнка опознаешь, Печать поможет. Он на тень похож будет.


- И как ты уследишь?


- Там всего три палаты с самыми маленькими, справлюсь.


- Понятно, но не очень. Кому такие крохи понадобиться могут? – задал Иванов волновавший его всю дорогу вопрос.


- Сатанистам, бесам, колдунам… да кому угодно! Уродов, сам видел, сверх всякой меры вокруг!


- Кстати, про уродов. Я тут по твоему совету прогулялся, и такое…


- Всё! потом объясню! Работать давай.


На том и расстались. Помощник прошёлся вдоль больничного забора, потом обошёл всю территорию по периметру. Выводы были неутешительными. Он сходу насчитал пять выходов, трое незапертых днём ворот и один лаз. Ну и как тут узнать, где выведут похищаемого? От таких дум Иванов впал в лёгкую депрессию, и устроился в круглосуточной забегаловке неподалёку от центрального лечебного корпуса.


Прошла ночь, в течение которой Серёга выпил немереное количество кофе, съел пару сандвичей и пообщался с незнакомым дежурным нарядом полиции, долго и нудно выпытывавшим, какого он тут ночью отирается. Выручила, как ни странно, продавщица.


- Да чего вы к парню привязались! – женщина храбро вступила в пререкания со стражами закона. – Видно, дитё у него тут. Наверняка развёлся, бывшая с ребёнком увидеться не даёт. А тут ещё кровиночка родная в больницу угодила. Вот и мается человек, места себе не находит! Он весь день тут выглядывает – может, мамаша хоть воздухом подышать чадо выведет – а ему и то хлеб. Документы же вы проверили, чего ещё вам надо? Тут таких, нормальных отцов, знаете сколько перебывало?! Жалко их… - и женщина неожиданно всплакнула.


Иванов во время этого страстного монолога лишь согласно мычал и кивал головой, полицейские тоже смутились.


- Держись, - один из них вернул паспорт и, пожелав всего хорошего, наряд уехал дальше охранять сон мирно спящих граждан.


Продавщица, вернувшись за стойку, долго и горестно хлюпала носом, надеясь в душещипательной беседе скоротать до утра время со спасённым ею от произвола несчастным папашей, однако Серёга отмалчивался, глядя на хорошо освещённую улицу.


Не случилось ничего. В начале девятого в ухе раздался шёпот:


- Выйди. Поговорить надо.


Злой, с чугунной от недосыпа головой, Иванов выполнил пожелание руководства и, отойдя в сторону, прошипел:


- Зачем я тут торчал? Из больнички со всех сторон свалить можно. Какой смысл?


- Для подстраховки. Не ори. Значит так, Серёга, в отделении всё без изменений. Я отскочил к тебе, пока обход идёт. Новость так себе: придётся ещё сутки тут пробыть. Я всё понимаю, тяжело, но выбора нет. Таблеток нажрись каких-нибудь. Если до завтра не срастется – пойдёшь отдыхать. Но эти сутки – надо вытерпеть. Чувствую я, что надо.


Ругаться с призраком не было сил, потому Иванов лишь обречённо кивнул головой, настраиваясь на вторые бессонные двадцать четыре часа. Сел на скамейку, начал от нечего делать считать окна в зданиях.


Около пяти вечера тупеющего от сонливости и скуки помощника неожиданно привёл в себя резкий окрик, прямо над ухом:


- Не спать! Бери машину и давай вон за тем автобусиком, что сейчас из ворот выедет! Да не тупи! Уйти может!


Такси у областной больницы всегда в избытке, но удивил водитель, категорически отказавшийся ехать за кем-то.


- Ага, под статью хочешь подвести! – возмущался он. – Следить удумал, а меня потом по ментовкам затаскают!


Между тем микроавтобус, набирая скорость, удалялся.


- Серёга, если что, придётся действовать самому, другой транспорт искать некогда - внезапно рявкнул Антон и материализовался, приложив активированную Печать к голове водителя. – Шеф, двигай вон за тем оранжевым Фольксвагеном.


Водитель послушно заткнул фонтан своего красноречия и оперативно догнал необходимую машину. Иванов попытался узнать детали происходящего, но Швец приложил указательный палец свободной руки к губам, не отнимая ладонь другой руки от головы таксиста. Ну что же, потом так потом.


Ехали долго. Преследуемая машина бодро выехала на трассу и попёрла в сторону бескрайних просторов и деревень. Наконец, отмахав километров восемьдесят, свернула на неприметный просёлок и через некоторое время въехала в полупустую деревушку, припарковавшись у большого, но слегка обветшалого дома.


Подъезжать близко не стали. На околице отпустили ошалело вертящего головой и вообще не понимающего, где он, таксиста, по-честному с ним рассчитавшись. Серёга не хотел, памятуя его хамское отношение, но Антон настоял: «Не плоди грехи по мелочи!».


Подошли к дому, из которого даже сюда, на улицу, доносился весёлый детский смех.


- Антон! Введи в курс дела! – настоял Иванов.


- Хорошо. Женщина с сообщником вывезли очередного ребёнка на вот этой вот машине, - он ткнул пальцем в видимый из-за невысокого забора микроавтобус. – Она клоунесса, он – помощник. Оба молодые. Ребёнка в общей суматохе в ящик с реквизитом засунули и были таковы. Хотя, надо признать, ребёнок не возражал.


Кто они – я пока разобраться не смог. Ауры нет, а лёгкие эманации потустороннего присутствуют. Именно она вчера и наследила, когда про очередное бесплатное представление в отделении договаривалась.


- Какой план?


- Идём в гости, дальше по обстановке. Эх… вот не хотел же материальность раньше времени включать, сейчас бы на разведку слетал, - расстроился инспектор. – А так на этого водилу почти всё время потратил, чтобы его контролировать.


- Поэтому ты говорить не хотел, чтобы не отвлекаться?


- Нет. Чтобы водила лишнего не услышал. Он хоть и под Печатью был, но кто знает…


- Пойдём, - решительно произнёс Серёга и первым толкнул незапертую калитку. – Иначе ты скоро в призраки смоешься, а я в одиночку отмахаться могу и не суметь.


Вошли во двор, сильно опасаясь какого-нибудь цепного кобеля или ротвейлера на свободном выгуле. Обошлось.


- Хозяева!!! – Проорал Антон. – Ау!


На крик вышла некрасивая, полненькая девушка лет двадцати двух, одетая по-домашнему, в халатик и тапочки.


- Вам кого?


- Хозяев.


- Слушаю вас.


Парни переглянулись, и Швец еле заметным, утвердительным кивком обозначил: она.


- Ребёнок где? Тот, из коробки с реквизитом. И не надо врать. Мы тебя который день пасём, доказухи – во! – Серёга показал вытянутой вверх рукой, на сколько много у них доказательной базы.


Вместо ответа девушка напряглась, внимательно уставившись на непонятных гостей. Неожиданно для себя помощник отметил, что клыки у неё некрасиво торчат из-за губы, а ногти со скрипом оставляют глубокие царапины на деревянной стене дома.


- Полукровка… - выдохнул Антон, активируя Печать. – Так вот почему такой след слабый…


- Не отдам! – с ненавистью процедила странная девушка, готовясь к прыжку и всё больше походя на хищное животное.


- Пипец. Влипли, - подумал Серёга, тоже активируя Печать, но благоразумно ничего вслух не сказал.


Громом среди ясного неба прозвенел колокольчиком детский голосок:


- Мама, а кто эти дяди?


На крыльцо вышел мальчишка, самый обычный, с весёлым конопатым лицом и в простенькой одежонке. В его руке был игрушечный меч из красной пластмассы; на голове шлем, свёрнутый из газеты.


- Сыночка, иди в дом… Включите себе мультики, мама скоро придёт… - не отрывая от нас взгляда, проскрипела почти нечеловеческим голосом хозяйка.


Но малыш её не послушал. Он внимательно всмотрелся сначала в лицо той, которую назвал мамой, потом в лица нежданных гостей, и решительно загородил собой девушку, выставив вперёд меч.


- Уходите! Вы плохие и маме не нравитесь! Уходите, и я не буду вас бить! – ребёнок принял горделивую, явно подсмотренную в мультфильмах, позу защитника униженных и обездоленных.


Иванов растерялся. Он никогда не умел обращаться с детьми, робел сильно. Ну не через пацана же пробиваться к голове этой…, да чёрт его знает, от кого или чего эта полукровка! Швец молчал – видимо тоже плохо представлял, как выходить из такой некрасивой ситуации.


- Димочка! – неожиданно, мягко и строго одновременно, произнесла девушка уже нормальным голосом. – Ты молодец, мой защитник. Но дяди ничего плохого никому не сделают, просто у нас взрослый и неинтересный разговор предстоит. Ты же помнишь правило: Когда говорят взрослые…


- Дети молчат. – закончил он. – Хорошо, я в дом, знакомиться с новой сестричкой. Но если что – ты меня позови! Я всех победю! – и гордо прошествовал обратно, не забыв прикрыть за собой дверь.


- И сколько их у тебя? – безжизненным, очень спокойным голосом поинтересовался инспектор Департамента Управления Душами.


- Теперь шестеро.


- И все живые?


- Да…


Разговор явно не клеился, Иванов попробовал вмешаться и разрядить ситуацию.


- Звать тебя как, похитительница?


Хозяйка вздрогнула от такой внезапной перемены в теме разговора. Наверное, ждала какой-нибудь подлости от незваных визитёров или группу захвата, шустро набрасывающуюся со всех сторон. В пользу последней версии говорило то, что она беспрестанно вертела головой, осматриваясь.


- Лена.


- А меня Серёга. А его Антон. Ты ребёнка зачем украла? За это судят обычно.


- Было бы лучше, чтобы он там, с соблюдением законности умер?


- Нет, конечно. – Иванову с трудом давался дружелюбный тон, но он очень старался. – Вот только ты чем им помочь можешь?


- Я? Излечить могу.


- Врёшь…


Девушка подбоченилась, с вызовом глядя в глаза парням. Клыки куда-то пропали.


- Не вру! Пошли, покажу! – и, совершенно спокойно повернувшись спиной, вошла в дом.


Швец и Иванов переглянулись.


- Пойдём?

- Не знаю, сколько там их внутри может быть…


- Придётся идти, протупили. Она уже в доме. Сбежать может.


Вошли внутрь и сразу оказались в заставленной как попало многочисленной детской обувью прихожей. Из глубины дома раздавался характерный шум и гам, традиционно создаваемый собравшимися в одном помещении детьми.


- Идите, чего стали! – оттуда же послышался голос Лены.


Инспектор с помощником прошли. В большой гостиной на полу облепив со всех сторон девочку лет пяти, серенькую, словно тень, с лысой головой, сидела весёлая, жизнерадостная малышня и громко, наперебой, демонстрировали ей свои рисунки и игрушки. На взрослых они не обратили ровным счётом никакого внимания, полностью увлёкшись друг другом.


- Раз, два, три, четыре, пять, шесть… - беззвучно пересчитал их Серёга.


Иванов посмотрел на детей, на вышедшего в этот момент из кухни паренька лет пятнадцати, после обратился к хозяйке:


- Пошли, поговорим.


Вернулись на улицу, присели на лавочку у забора. Начал Швец.


- Лена, что предлагаешь делать? Ты же знала, что рано или поздно за тобой придут? И на силу свою не надейся. Через неё за тебя и зацепились.


Девушка сидела грустная.


- Вы кто, ребята? Какое-то спецподразделение? На вас ни отвод глаз, ни ужас не работает.


- Типа того. По таким, как ты, работаем. – умно навёл туману Серёга. – «Секретные материалы» смотрела?


Она кивнула.

- Понятно… И что с нами будет? Детей обратно по детдомам, а меня в лабораторию на изучение? Не дамся, убью себя!


Антон отскочил в сторону:


- Серёга, отойди от неё! Вампиры, даже полукровки, очень опасны и быстры, а у этой, похоже, сейчас истерика начнётся! Смотри, боевая трансформация началась!


И правда, у девушки по новой вылезли клыки, когти, сузились зрачки.


Однако вместо выполнения целиком правильной команды руководства, Иванов неожиданно для себя, от всей души провёл практически идеальный, нокаутирующий удар в челюсть. Полукровка рухнула на землю в глубокой отключке.


- Ничего себе! – раздался восхищённый голос со стороны дома. – Красиво! Не трогайте её, пожалуйста.


К лежащей Ленке подошёл тот самый паренёк, с кухни. Осмотрел её, расстроено вздохнул, приподнял и привалил спиной к забору, чтобы в сидячем положении находилась.


- Ленка, Ленка… Дура истеричная… Сколько раз говорили на эту тему, нет! Сначала делает, потом плачет, потом виновных ищет и лишь в самом конце думает… Я человек, не упырь, не бойтесь. Меня Сашкой зовут, а она сестра родная моя. Просто у нас папки разные…


Неожиданно в горло помощника и инспектора упёрлись острием хорошо заточенные спицы. И ловко так – ничего не успели заметить!


- Валите отсюда! И не возвращайтесь! – продолжил Ленкин брат. - Мы исчезнем, потому лучше вам забыть про нас.


Но тут случился фокус. Антон внезапно стал снова призраком и, сделав страшную рожу, приблизился к самому Сашкиному лицу, прямо через руку с острым оружием.


- Бу-у-у!!! – демонически провыл он и рассмеялся, глядя на перепуганное до жути лицо паренька. – Беги, смертный!


Сашка выронил спицы, затрясся от страха и действительно собрался задать стрекача, но Серёга ловко подставил ему подножку. Тот упал.


- Кудынах?!.. – и пару раз пнул ногой в область почек для профилактики.


- В-вы кто? – заикаясь от ужаса и не отрывая взгляда от зловеще повисшего в воздухе Швеца проблеял подросток.


- Кто надо. Сестре твоей объясняли, теперь тебе объясняй… За такими, как она приглядываем. Контроль за нечистью, в общем... Рассказывай, как вы до такой жизни дошли?


Не спрашивая разрешения, Сашка поднялся с земли и сел рядом с по прежнему бесчувственной сестрой. Потёр бок, болезненно морщась, начал:


- Её мамаша наша от одного заезжего молодца нагуляла, меня от другого. Когда мне четыре стукнуло – родительница умерла от естественного изнурения сил на почве водоизлишков и алкоголизма. По-простому – бухая в канаву свалилась и захлебнулась, дело в дождь случилось. Бабка совсем старая была, вот нас с сестрой в детдом и определили. Ещё повезло, что не разлучили, такое там часто…


Выросли, в отчий дом вернулись, Ленка в городе не прижилась, а я сбежал. Тут лучше. И вот, в один прекрасный день, сеструхин родитель нарисовался. Красивый, модный, на дорогой тачке. Отцовскими чувствами, стало быть, воспылал.


Походил он вокруг неё, осмотрел, как цыган чужое подворье, и говорит:

- Поехали, в ресторане посидим, пообщаемся.


Ну, сестра сначала ни в какую. Что она, дура с практически незнакомым дядькой неизвестно куда ехать, однако он как глянул – до печёнок пробрало, и руки-ноги ватные стали… словом, поехала. Подчинил как-то он её.


Вернулась поздно, ревёт. Я к ней:


- Ленка, что случилось? Обидел он тебя?


А она такая:


- Нет! Говорит, что упыриха я, потому как он сам упырь. Говорит, что мне кровь пить надобно, тогда жить долго-долго буду и ничем не болеть. И бизнес подсказал – ты, говорит, найди смертельно больного побогаче и возьмись вылечить. Будешь понемногу кровь его пить. Тебе ничего, а он от болезни избавится, сильно упырьская слюна лечебная и это ренеге… ререге…


- Регенерационная? – подсказал умное слово Швец.


- Да, точно! И денег, говорит, много огребёшь. Как я понял, он к Ленке приезжал не ради воссоединения, а из любопытства и на путь наставить. Видимо, много у него таких детишек понабросано по миру. Про мамку, говорила, даже не спросил, а ведь она после того, как он её бросил, запила! До того бабка нарадоваться на неё не могла…


Я поначалу думал - она клея там нюхнула или таблеток каких выпила, а потом стал припоминать: сколько знаю, сестра мясо вечно недожаривает, почти сырое кладёт; коленку разобью – она ранку полижет, и не болит! А вдруг правда?


Когда воспаление лёгких сильное подхватил, то попросил меня укусить в качестве эксперимента. Она на дыбы сначала, но я уговорил. Куснула, в плечо, не в вену даже. И выздоровел к утру, как огурчик стал!


Смекнули мы тогда, что не врал папашка, и стали думать, как это к делу приспособить. Опущу подробности, но помогли мы кое-кому. Денег он хорошо отсыпал! И газ в дом завели, и машину купили, и детдомовским приятелям гостинцы отвезли.


Там случайно Ленка про хоспис, куда наших подыхать свозят, и узнала… Такое, конечно, и раньше было, но мы по мелкости внимание на это как-то не обращали. Нам как про таких ребят говорили: сначала, типа, в больницу отвезли, а потом или усыновили, или в другой детдом перевели. Вот и придумали, как таким же, как мы помочь. У других хоть папки-мамки есть, хоть конфетку поднесут перед смертью и слово доброе скажут! Сироте же – шиш! Скорее койку для другого смертника освободи! – больше он вряд ли что хорошее услышит.


Сеструха хоть и дура, но про клоунов сама придумала. Так и стали понемногу детдомовских к себе забирать. Мы же с выступлениями там каждую неделю почти, всё про всех знаем. В ящик реквизитный сунем – и вывезем. Доктора в полицию не побегут – им самим нагорит, что не уследили, да и некому за сирот хлопотать.


Что-то не сходилось в Сашкином рассказе, только что?


- Скажи, а почему раз в три месяца крадёте? От чего такой период?


- Так просто всё! Дурную кровь Ленка понемногу высасывает, потому как слабеет от неё очень, тошнит сильно. Не быстрое это дело. Вот и выяснили экспериментально, что полностью дитё выздоравливает как раз за этот срок.


- Саша, а ты не задумывался, что вас вычислят рано или поздно?


- Часто думал, с сестрой про это говорил.


- И что?


- И ничего. Надеялись, что не заметят. Мы же аккуратно старались…


В этот момент из дома высыпала детвора и замерла, раскрыв ротики, глядя на сидящую без сознания хозяйку дома.


- Мама! Маме плохо! – кто-то заплакал. – Мамочка! – детские ручки немело трясли девушку.


- Успокойтесь! У мамы голова закружилась, ей тишина нужна! – громким шёпотом приструнил их Сашка. – Вы куда шли?!


- Сарай сестричке показать… и базу нашу, - виновато протянул тоненький, испуганный голосок.


- Вот и идите!


Малышню как ветром сдуло.


Зашевелилась девушка. Открыла глаза. Увидев спокойно разговаривающую мужскую троицу, она удивилась.


- Что тут происходит, Саша?


- О жизни говорим, - смутился тот. Было видно – сестру он побаивается, не смотря на всю свою браваду.


- Иди в дом! – отчеканила она.


Брат встал, нехотя поплёлся, и только у порога, резко обернувшись, сказал:


- Не обижайте её, она добрая.


Между тем Серёга вполголоса обратился к Антону:


- Что делать планируешь?


- По уложению я обязан дезактивировать её способности, - сквозь зубы прорычал инспектор. – Но девушка может умереть. Пятьдесят на пятьдесят.


- Знаешь, начальник, - Иванов неожиданно для самого себя встал и пошёл к выходу. – Я в этом дерьме не участвую. Хотите – увольняйте, хотите – обратно в очередь в чистилище ставьте. Мне пофиг. Если она детей может от смерти спасти и второй шанс дать – то без разницы, кто она: вампир, упырь или демон. И не вздумай втирать, что на всё «Воля Божья!». Девчонка человечнее нас с тобой!


… Антон догнал его, когда Серёга отошёл метров сто от дома.


- Убил?! – зло спросил помощник.


- Ты что, совсем меня за урода держишь?! – взорвался эмоциями теперь уже призрак. – Я не хуже тебя понимаю, что эта Ленка добро делает! Просто рассказал ей, кто мы, что можем и пообещал иногда с проверками заглядывать. Клянусь, не больше!


- Тогда ладно…


- Не ладно! Ладно будет, когда у Карповича на ковре фитиль в одно место вставят!


… Вечером следующего дня парочка уже традиционно сидела на кухне и, пока закипала вода для пельменей, вела беседу.


- Антох, откуда на улице нечисти столько? Я чуть заикой не стал!


- Из ада, в основном. Мы же не всех ловим, только самых отпетых… На остальных времени просто не хватает. Да и не все бесы слишком уж вредны.


- Это как?


- Многие в ритуальных услугах крутятся, чтобы впитывать людские боль и страдания. Как ни странно, но людям легче становится, горе проще пережить с их участием. Оттягивают на себя негатив – примерно так. Другие подселяются рядом с душой какого-нибудь мерзопакостного человечка и, совершенно не вмешиваясь, с удовольствием наблюдают за тем, как он самостоятельно творит гадости. Пример – та бабка у подъезда. Самые сильные бесы, не склонные к насилию – те в контролирующих организациях подвизаются, при проверяющих всяких…


- Ну хорошо, с ними ясно. А нечисть, которая как обычный человек выглядит?


- Да далась она тебе! Пельмени бросай, закипело… Ага, вот так! Засекай время!.. Так вот, с нечистью ещё проще. Они как люди – хорошие и плохие; всякие, одним словом. И агентуру, по слухам, среди них заводить хорошо… Всё! Вылавливай!


- Угу… Фрол Карпович как отреагировал?


- Нормально, в общем. Сказал: «Месяц наказан», и всё. Я, по правде, ничего не понял, но считаю, что легко отделался. Думаю, списали на то, что это второе моё самостоятельное дело на Земле.


- Радует. Последний вопрос, и приступим: Ленка нам армию вампирят из лучших побуждений не наклепает?


- Нет. Она же полукровка. Это папаша её – тот может при большом желании; да и то, там такой ритуал – замучаешься читать, не то что делать. Так что не бойся. Давай бутылку!


Рядом с прекрасными (со сметанкой, перчиком, уксусом, парующими нежной гаммой тончайших ароматов) пельменями была поставлена бутылка казённой, по-простому, прямо из морозилки.


Отлетела крышечка, забулькала в рюмке тягучая жидкость. Серёга отказался, предпочтя чай и стараясь не смотреть на провокационное зрелище.


- Ну… - Антон заворожено глядел рюмку. – Будем…


И лихо, с немалым опытом, махнул её в рот.


Лицо Швеца окаменело, Иванов перепугался – он ещё никогда не видел призрака таким… мёртвым. Не говоря ни слова, инспектор схватил бутылку и без всякой подготовки начал вливать водку в себя, словно минералку в жаркий день.


Выхлестав две трети, он наконец оторвался от горлышка и обратился к помощнику:


- Что за шутки?!


- Какие шутки? Ты о чём?


- Серёжа, - из грозного голос Антона стал проникновенным. – В водочную бутылку лить воду – это глупая шутка. Очень глупая.


- Да не лил я ничего, в супермаркете брал. Дай, посмотрю…


С этими словами он схватил подозрительную тару, понюхал, капнул на палец, лизнул.


- Антоха, ты гонишь… Это водка. Чистая, сорокоградусная…


- У-у-у, ё-ё-ё-! – призрак схватился за голову. – За что?!! Да лучше бы!.. Лучше…


Что хотел сказать Швец – осталось загадкой, потому что его возмущённые вопли заглушил раздавшийся из ниоткуда раскатистый смех Фрола Карповича.

Показать полностью

Скидки на товары и услуги для геймеров (и не только) в честь E3

specials спoнсорский пост

Е3 — это крупнейшая выставка электронных развлечений и ежегодный праздник для всех любителей видеоигр. Пикабу не смог пройти мимо и запустил закрытую распродажу для геймеров. Классные скидки на товары и услуги и всего две недели, чтобы ими воспользоваться.

Игровая периферия от SteelSeries

Скидки на товары и услуги для геймеров (и не только) в честь E3 Длиннопост

Гарнитуры, мыши и коврики для них, клавиатуры, контроллеры – за этим можно идти к бренду SteelSeries, который поддерживает киберспортивные турниры. Вводите промокод SS10 и покупайте разные игровые устройства со скидкой 10% – без ограничений.


Ввести промокод (только перед этим зарегистрируйтесь)

Доставка еды от «Кухни на районе»

Скидки на товары и услуги для геймеров (и не только) в честь E3 Длиннопост

«Кухня на районе» идеально подходит, чтобы не отвлекаться от игры или стрима. Вы просто заказываете в приложении и за 25 минут получаете свою еду. Без минимальной суммы заказа и комиссии за доставку. Всем новым клиентам – скидка 500 рублей по пикабушному промокоду PIKABUE3.


Заказать еду

Автобусы на Daedu.ru

Скидки на товары и услуги для геймеров (и не только) в честь E3 Длиннопост

До Лос-Анджелеса, где проходит E3, на автобусе, конечно, не доехать, зато вот по стране и ближнему зарубежью прокатиться можно. Сайт Daedu.ru — это простой и удобный поиск самых дешевых билетов на автобусы. Вы просто задаете направление, а сервис ищет в интернете лучшее предложение.


Найти билет

Игровое кресло ThunderX3 EC3

Скидки на товары и услуги для геймеров (и не только) в честь E3 Длиннопост

Удобное кресло – важно всегда: и для работы, и для стриминга. Кресло ThunderX3 EC3 может похвастаться двумя подушками в комплекте (под поясницу и шею), механизмом «топ ган» и технологией AIR Tech – дышащей поверхностью, с которой летом не будет жарко. Главный плюс – раскладывающая спинка аж на 180 градусов. Когда надоест сидеть, можно прилечь.


Не забудьте перед заказом ввести промокод PIKABU20, который дает 20% скидку.


Купить кресло

Игры месяца в июне от PlayStation

Скидки на товары и услуги для геймеров (и не только) в честь E3 Длиннопост

Эксклюзивное предложение для подписчиков PS Plus в этом месяце включает две бесплатные игры для PlayStation 4:


Sonic Mania

Выход этой части был приурочен к 25-летнему юбилею серии игр о Сонике. Разработчики сохранили лучшие черты игрового процесса первых игр (с SEGA!), добавив новые возможности.


Borderlands: The Handsome Collection

Это сборник из игр Borderlands 2 и Borderlands: Pre-Sequel. Если вы никогда не играли в этот комедийный экшен, сейчас, в преддверие выхода третьей части, самое время наверстать. А тем, кто уже знаком с серией, стоит обратить внимание на новое бесплатное сюжетное дополнение «Командир Лилит и битва за Убежище», которое послужит мостиком к грядущей Borderlands 3.


Посмотреть игры месяца в PS Plus

Первая поездка на Uber Russia

Скидки на товары и услуги для геймеров (и не только) в честь E3 Длиннопост

Если еще не пользовались Uber Russia, тогда качайте приложение в App Store или Google Play. В разделе «Промокод» введите PIKABU, при заказе машины выберите оплату картой и наслаждаетесь скидкой 40% (максимальный размер скидки – 150 рублей). Акция действует до 14 июля 2019-го.

Товары для геймеров на goods.ru

Скидки на товары и услуги для геймеров (и не только) в честь E3 Длиннопост

Используйте промокод PikabuE3, чтобы получить выгоду 1000 рублей при покупке от 4000 рублей на первый заказ. Он работает с 14 июня по 30 июня 2019-го.


Промокод действует на все товары, но мы рекомендуем заглянуть в специальный раздел goods game и обратить внимание на акционные товары, спецпредложения, кэшбэк на все товары и многое другое.


Перейти в геймерский раздел

Показать полностью 5
Отличная работа, все прочитано!